Победитель (Лунная трилогия - 2) - Страница 70
Вдобавок из-за моря также приходили не очень хорошие вести.
Новые колонии, постоянно подвергаясь нападениям шернов, постоянно требовали новое подкрепление в виде людей и оружия, ничего не давая своей стране взамен.
Марек, сраженный неуспехом дела, за которое держался уже только из упрямства, все с большей тоской оглядывался в поисках человека, с которым мог бы искренне и открыто говорить... У него было множество врагов скрытых и явных и небольшая горстка приятелей, которые теперь держались вдалеке от него потому, что все еще считали его божеством, а не человеком. Он чувствовал, что находится в странном положении человека, вынуждаемого ко лжи. Скажи этим немногочисленным последователям, что на самом деле он такой же, как они, человек, и он утратил был последних приверженцев. Те же, для которых он прежде всего действовал: самые бедные, самые убогие, живущие в рабском труде, гораздо охотнее верили злым сплетням и, либо опасаясь утратить благосклонность состоятельных людей, в свержение которых не верили, либо просто не понимая, что для них лучше, ни в чем не хотели помогать Мареку.
Тогда он собирал маленькую горстку своих приятелей и, размышляя о зерне, которое оставит им для посева после отлета, долго рассказывал им о добре, возвышенных стремлениях, знаниях.
Ихезаль не принимала участия в этих собраниях. Изменившаяся до неузнаваемости, она или избегала теперь Марека, или снова дразнила его своими неожиданными порывами, чтобы потом вдруг выскользнуть у него из рук с издевательским смешком. А Марек в самом деле стал тянуться к ее обществу, и чем более странной и дикой она становилась, тем больше он тосковал по той, какой он увидел ее в самом начале.
Он не хотел признаться даже себе, что эта девушка - одна из причин, может быть, самая главная, по которой он еще остается на Луне, не торопясь с вылетом...
В один из дней, после неожиданной ссоры с Элемом, который, чувствуя за собой почти весь народ, отбросил притворную покорность, Марек вышел на крышу храма, чтобы немного отдохнуть и посмотреть на широкое море. Неожиданно он увидел там Ихезаль. Она стояла опершись о балюстраду и задумчиво смотрела вдаль. Море шумело внизу и заглушало шаги подходящего, а может быть, она так погрузилась в свои мысли, что не услышала их...
Только когда он приблизился к ней на такое расстояние, что мог вытянутой рукой коснуться ее плеча, она неожиданно повернулась и громко крикнула от испуга, увидев его рядом с собой.
Она стояла в углу и не могла уйти, минуя Марека, тогда она еще глубже втиснулась туда и испуганно посмотрела на него. Марек отступил на шаг, давая ей проход.
- Ихезаль, ты хочешь уйти...
- Я должна,- прошептала она, опустив голову, но не двинулась с места. Лицо у нее было болезненным, но тихим, как когда-то давно, когда она проводила здесь долгие часы с Победителем, слушая его удивительные рассказы о Земле, о звездах...
- Что с тобой? - спросил Марек тихим и мягким голосом, как бы опасаясь спугнуть ее.
Она ничего не ответила, только плечи ее задрожали, а на ресницах повисли две большие слезы, медленно скатившиеся на побледневшие щеки.
Марек взял ее за руку и тихо потянул к себе. Она не сопротивлялась и уселась на каменной лавке. Он же, по своей теперешней привычке, опустился на пол и, оперев подбородок на руки, долго смотрел ей в глаза. Она выдержала его взгляд, только глаза ее стали какими-то мутными и погасшими. Потом она опустила ресницы.
- Ихезаль,- начал Победитель,- почему ты избегаешь меня? Ты так мне нужна...
Она едва заметно пожала плечами. А он продолжал:
- Когда-то ты была при мне, как птичка, которая села мне на плечо, золотая райская птичка. Ты была совсем рядом, и мне стоило только протянуть руку...
Она подняла на него грустные глаза.
- Почему же ты не протянул тогда руку, Победитель?
- Не знаю, не знаю! Может быть, мне не было тогда так плохо, может быть, я еще не был так одинок... А сегодня перед недоброжелателями я должен изображать сильного, от друзей скрывать свою человеческую природу, а ведь я, хотя рожден на далекой Земле, хотя больше вас ростом и сильнее разумом, такой же человек, как вы, я здесь один, один, один! Ихезаль, будь со мной!
- Слишком поздно,- беззвучно сказала она,- слишком поздно. Я могла навсегда стать твоей тогда. А теперь я так страшно далека от тебя... Уходи, уходи, пока есть время. Улетай на Землю!
Он протянул к ней руки - она легонько отстранилась.
- О, почему ты принес мне такое несчастье! - снова заговорила она с каким-то странным ожесточением в голосе.- Почему ты мной пренебрег? Почему ты не смотрел на меня, когда я была у тебя перед глазами, или почему не оттолкнул меня сразу...
Она неожиданно замолчала и посмотрела ему в глаза блуждающим взором. Злая усмешка скривила ее губы.
- Ничего у нас не выйдет, Победитель...- сказала она.- А может быть, я - это Душа лунного народа и тебе нужно было позаботиться о том, чтобы я была с тобой?.. А ты прозевал минуту, а теперь ходишь с протянутой рукой за птичкой, которая уже улетела. Хаха, улетела... И теперь ты - Победитель...
Она засмеялась сухим и отвратительным смехом.
- Ихезаль!!
- Прочь! Я не хочу смотреть на тебя, не могу! Не могу! повторила она, опускаясь на колени.
В глазах ее светился ужас. Она протянула к нему дрожащие руки.
- Сжалься надо мной! Уходи! Уходи! Улетай! Сделай так, чтобы я не видела тебя, чтобы забыла...
Марек медленно поднялся. Безбрежная тоска переполняла его
душу и сковывала движения. Он постоял около девушки, собираясь протянуть к ней руки. Огромная усталость вдруг охватила его. Марек повернулся и тяжелой, ленивой поступью направился к лестнице, ведущей вниз. Ихезаль еще какое-то время слышала его шаги на лестнице, потом они затихли...
После его ухода она бросилась на каменный пол и забилась в страшных, неудержимых рыданиях. Она вся тряслась, как листок, билась светлой головой о пол, рвала руками волосы и одежду.
Но время шло, и она постепенно успокаивалась. Сначала она лежала совершенно неподвижно, похожая на мертвое тело, и только дрожь, изредка пробегавшая по ее телу, свидетельствовала о том, что она жива. Потом она встала, бледная, с посиневшими губами. Широко открытые глаза девушки запали, под ними залегли темные тени, на гладком лбу появилась морщинка. Она начала автоматическими движениями поправлять на себе одежду, приглаживать волосы.