Плюшевый: кулак (СИ) - Страница 76

«Какая тяжелая смерть!» — успел подумать я.

Впрочем, видал я и потяжелее. Даже сам умирал. Не перед попаданием сюда, конечно же. Тут-то мне, наоборот, облегченный вариант достался — ни боли, ни агонии. Один удар и все.

— Отпускайте! — рявкнул Великий мастер.

Мой отец и Закатник разжали руки, Левин Фаэс даже отшатнулся, словно его опалило жаром. Орис остался стоять, где стоял. Олер же вскинул руки — и вдруг вспыхнул уже не только снаружи, но и изнутри, накаленным красно-белым пламенем, как электросварка. Еще секунда — и он осыпался тлеющими ошметками пепла и искрами. Сгорел целиком, вместе с одеждой, костями, волосами…

Самое магическое, что я до сих пор видел в этом мире. Мрачное такое выходит чудо.

— Прикинь, — вдруг сказал Герт, — когда-нибудь и мы так же!

Я поглядел на брата. Его лицо пылало восторгом.

* * *

Последний бой турнира проходил по-прежнему на плацу. Я слышал, как отец и Фиен еще раньше, с месяц назад обсуждали, не провести ли его тоже под Священным Дубом, но в конце концов решили не делать так — пришлось бы пустить в Коннаховское святилище целую толпу зрителей, чего ни тому, ни другому не хотелось.

Так что мы гуськом потянулись обратно к месту проведения турнира.

Зрители там, однако, не скучали: под чутким руководством Тильды и управляющего Рейкиса продолжали работать киоски и всякие развлекалки вроде того же тира, играли музыканты… Многие просто ждали на трибунах, что-то оживленно обсуждая — должно быть, делились впечатлениями. К киоску, в котором сам управляющий Рейкис принимал ставки, стояла небольшая очередь.

«Все равно Орис победит», — подумал я.

Левина Фаэса я вчера, разумеется, видел в бою, и успел составить мнение, что он отцу в подметки не годится. Нет, мужик был хорош — иначе ему не удалось бы дойти до финала. По физической кондиции он даже почти дотягивал до Ориса, разве только ростом был чуть поменьше — но не настолько, чтобы это бросалось в глаза. А кроме того, меньший рост при определенных условиях тоже может быть преимуществом.

Но вот его внутренней энергии далеко было до Орисовой. Соответственно, вряд ли его клинок, даже остро заточенный, пробьет щит моего отца. А ведь именно это ключ к победе на высоких уровнях внутренней энергии!

Однако в любом бою возможны сюрпризы, так что нотка волнения у меня сохранялась.

Тильда вышла из своего добровольного заточения, чтобы посмотреть этот бой, и мы с Гертом присоединились к ней же в ее ложе. Туда же подтянулись и мастер Фиен, и Айна.

Я услышал, как Герт говорит Фиену:

— Дядя точно выиграет этот бой, он гораздо сильнее даже на вид! Ему точно нечего опасаться.

Фиен ожидаемо покачал головой.

— Ни один бой не выигран или не проигран до его начала, — отозвался он в унисон моим мыслям. — А Левин Фаэс — большой мастер направленного удара. Боюсь, даже Орису с ним придется нелегко!

— Направленного удара? — не понял я. — Разве не все удары направленные?

— Та же техника, что у Мухоловок, только вне тела, — объяснил Фиен. — Те перенаправляют и нарушают потоки в теле соперника, а мастера Последнего Заката высшего ранга умеют своим оружием буквально взламывать чужие щиты, находя в них небольшие неоднородности… Да вы уже видели это в его предыдущих боях, мастер Фаэс отлично это умеет.

Мы с Гертом дружно замотали головами: ни на что подобное я не обратил внимание.

— А когда я с Фаэсом дрался… — начал я.

— Ты с ним не дрался, он принимал у тебя экзамен на четвертый ранг. И даже тогда ты должен был обратить внимание, насколько виртуозно он владеет дозировкой внутренней энергии в оружии!

Крыть было нечем: на это я внимание действительно обратил, как вспомню, так руки ноют. Между прочим, экзамен на третий ранг у меня принимал не он, а приглашенный мастер из Школы Кузнечика, и тот вообще в нашем спарринге ограничился всего парой ударов, после чего махнул рукой: «Знаешь, как драться. И энергии достаточно».

— Вам нужно тренировать насмотренность, — строго сказал Фиен. — Вот сейчас и начинайте.

— Я бы даже предпочла, чтобы Орис проиграл, — вдруг тихо сказала Тильда, которая откинулась на покрытую толстыми одеялами спинку своего кресла, поглаживая живот. — Хоть раз! Он не проиграл ни одной схватки за последние десять лет — та еще заявка! Все сумасшедшие слетаются на него, как мухи на мед.

— Проиграть было бы безопаснее, — грустно улыбнулся Фиен, — но ты же знаешь, он ни за что не сделает это специально!

— Знаю.

Чувствуя, что мой червячок тревоги несколько пожирнел и разросся, я постарался отогнать лишние мысли и уставился на поединок во все глаза.

И вовремя.

Если во внутренней энергии Орис действительно сильно превосходил Левина Фаэса, то в мастерстве разница была… не то чтобы незначительной, скажем так — неочевидной. Оба двигались исключительно быстро и исключительно ловко, оба действовали одновременно решительно и осторожно, прощупывая оборону друг друга. Орис, в отличие от многих других его боев, не давал противнику возможность напасть и не демонстрировал пассивность в первой половине схватки, чтобы потом перейти во взрывную атаку. Напротив, он с самого начала не оставлял закатнику ни единого шанса. Однако и у него самого не получалось закрыть дистанцию, чтобы достать Фаэса кулаками. Точнее, почти не получалось: один или два раза отец все-таки его достал, после чего, как мне показалось, Фаэс стал двигаться чуть медленнее. Однако первую минуту или около того у них сохранялся известный паритет.

Я глядел во все глаза, пытаясь засечь, как мастер Закатник взламывает щиты главы Школы Дуба, однако ничего особенного не увидел: он действительно пытался достать отца под разными углами, но щиты Ориса держали крепко: на предплечьях отца, которыми он блокировал большинство этих ударов, даже синяка не осталось.

А потом Орис вдруг ускорился — даже по сравнению с теми эпизодами, когда он ускорялся в предыдущих боях, это выглядело красиво. Он обрушил на Закатника такой град ударов, что тот не успевал парировать — это было отчетливо видно! В какой-то момент подставил меч, но удар Ориса пришелся по запястью, и оружие вылетело у Левина Фаэса из рук.

Я на секунду испытал приступ дежавю: припомнил, как осенью он точно так же выпустил палку во время экзаменационного поединка со мной. Скорее, конечно, от неожиданности, чем от мощности атаки, но тем не менее!

Долю секунды казалось, что схватка окончена, однако Закатник как-то исхитрился и перехватил меч другой рукой, одновременно отскакивая назад, чтобы разорвать дистанцию. Надо отдать ему должное: меч в левой руке он держал ничуть не менее уверенно, чем в правой.

— Сдавайся, — коротко сказал Орис. Вроде негромко, но слышно было далеко! — Ты отлично дерешься, но я пока сильнее.

— После того, как даже твой щенок меня обезоружил⁈ — с неожиданной злостью рявкнул Фаэс. — Никогда!

Дрянь. В этот момент я почувствовал, как мой червячок на сердце превратился в увесистую змеюку. Он что, серьезно затаил с тех самых пор⁈ Ведь не видно было, ни одного признака!

Или его только сейчас перемкнуло, после похожего удара Ориса?

Теперь в атаку пошел Фаэс, но увы: его «замыкание» в мозгах никак не сказалось ни на мощности, ни на точности ударов — скорее, наоборот! Казалось, он поймал то самое состояние боевого транса, когда время замедляется и море по колено. Будто действительно вся его честь и репутация зависели от исхода битвы с Орисом!

Отец же, я видел это, перешел в глухую оборону, — видно, надеялся, что мужик опомнится и протрезвеет. Или искал возможность как-нибудь гуманнее вырубить его одним ударом: в отличие от меня во время поединка с Ларисом Бергином Орис мог себе это позволить!

Мог. Наверное. Мог бы.

Потому что в какой-то момент Левин Фаэс, оказавшись сбоку от Ориса, рубанул мечом, Орис, развернувшись корпусом, отбил клинок ребром ладони… точнее, собрался отбить — но Фаэс вдруг развернул меч так, чтобы лезвие скользнуло под ребрами Ориса.