Плюшевый: кулак (СИ) - Страница 64

На самом деле, мне не «казалось», я просто тщательно собирал слухи. Но догадка в любом случае лежала на поверхности.

— Верно, сын! — удивленно произнес Орис. — Хотел бы я знать, как они уговорили чудо-оиянца раскрыть им свои секреты… Обычно эти лекари не посвящают в свое искусство никого, у кого кожа не синяя! Но старая Цапля нашла к нему какой-то подход…

«И, наверное, не один», — подумал я про себя, но при матери не стал озвучивать.

— Дело не только в оиянце, — покачала головой Тильда. — Мастер Боней и сама по себе показалась мне человеком опытным… Похоже, их Школа накопила немало знаний о человеческом теле, особенно женском. Что неудивительно. И сейчас они решили сделать это основным руслом для Пути своей Школы. Что ж, лично мы уже получили от этого первую выгоду!

Лекарь Коон подтвердил беременность Тильды еще в конце осени. Орис радовался, а сама Тильда попеременно то радовалась, то впадала в глубокий ужас — я еще не видел ее такой нервной. По-моему, она больше всего боялась съесть или сделать что-нибудь не то, чтобы не потерять ребенка. Коону даже пришлось ее поить успокоительными травами и уговаривать питаться как следует — мол, теперь уже можно.

Сам я далеко не был уверен, что между женским бесплодием и лишним весом действительно есть связь — возможно, имело место случайное совпадение. Но врачебный авторитет госпожи Боней среди руководства Школы Дуба после этих известий взлетел до небес.

— Не знаю, получится у них или нет, — заметил Орис. — С Гильдией медиков из Тверна они уже успели закуситься! Ха! Ну, в этой-то драке я помогу кому угодно, хоть демону из Царства Теней! — это он добавил с мрачным выражением лица, сжав кулак. — А уж после доброго совета, который дала старуха, тем более! Коннахов никто еще не обвинял в неблагодарности!

Мне не нужно было объяснять, в чем причина этой враждебности: отец винил одного из «городских медиков» в смерти деда. Что характерно, гильдия медиков с оиянцами не враждовала: те были очень «закрытой» кастой, учеников в Империи не брали, только привозили с собой, сведениями не делились. Видимо, именно поэтому в них не видели источник угрозы. Оиянец, который решился чему-то обучить женщин Цапли — это действительно чудо из чудес! Какими чарами Боней этого добилась?..

Нет, не может быть, чтобы речь шла только о сногсшибательном сексе, а то бы кто-то из оиянцев уже раньше раскололся! Или может? Боней — старая женщина, но выглядит неплохо, а если их эротические техники завязаны на внутреннюю энергию, которая, в свою очередь, зависит от ранга и опыта… М-да, с таким уровнем, как у нее, возможно, даже в ее возрасте она может скрутить любого мужчину в бараний рог! Точнее, сделать так, что он сам добровольно в этот рог свернется и начнет действовать против своих интересов.

…И все-таки нет, слишком несерьезно, в реальный отчет я бы такой вывод вписал разве что в качестве курьезного варианта с низким коэффициентом правдоподобия: процентов пятнадцать, не более того. Не походила динамика между Боней и оиянцем на безумную страсть, хоть ты тресни. По крайней мере, в те несколько минут, что я наблюдал их вместе — но уж настолько-то я даже здесь, до конца не въехав в культурный контекст, способен видеть людей! Дело в чем-то другом. Возможно, конкретно этот оиянец — не совсем обычный врач? Он из тамошних аристократов, обычно такие в Империю на заработки не подаются, а этот подался. Может, ему некуда возвращаться и плевать на репутацию? При случае надо обязательно разведать этот вопрос.

В общем, Орис уехал, а я внезапно получил передышку: руки, ноги и спина (Орис применял свою садистскую акупунктуру на всем моем теле, не только на верхних конечностях) перестали постоянно ныть. И я тут же придумал новую развлекуху, чтобы все начало ныть снова!

Зима вообще кардинально поменяла распорядок тренировок: например, с утра, вместо того, чтобы бегать кругами по площадке, все ученики дружно бежали до речки, как раз до той «прачечной» заводи, ныряли в прорубь, потом возвращались. Зато остаток разминки проходил в залах и отдельно по группам, а не всей школой вместе. А я… предложил своим побегать подольше!

— По снегу? — скептически вопросил Фиен.

— Именно! — ответил я. — Смотрите, мастер, если получается укреплять кости и мышцы с помощью внутренней энергии для ударного воздействия, то ведь можно и укреплять их против воздействия среды? Не говоря уже о том, что качественное развитие «лишних» мышц — это ключ к более успешной диссипации… — ох, вот на этом слове и Фиен меня потерял: глаза чуть остекленели. А я только накануне вычитал термин в переводном с эремского философском трактате и был очень рад расширению словарного запаса! — Короче, ключ к тому, чтобы внутренняя энергия более безопасно распространялась по организму на старших рангах! — переформулировал я. — Мне этот совет дала мастер Боней, а уже понятно, что она знает, о чем говорит!

Фиен тоже был под впечатлением от беременности Тильды: грех не использовать для моих собственных целей.

А мои собственные цели таковы, что мне все же нужны более универсально подготовленные кадры, а не только боевики, заточенные под «стоять насмерть».

В общем, с одобрения Фиена я предложил своей группе более длительные забеги по снегу — сразу километров на пять-шесть. В принципе, в нашей кондиции это как раз и должно быть что-то вроде легкой разминки.

Первый же натурный эксперимент показал удивительные результаты — усиливая мышцы ног и стоп, мы спокойно могли гонять по сугробам на «эльфийский» манер. Снег просто не успевал промяться! Не говоря уже о том, что с минимальной тренировкой скорость забега оказывалась больше лошадиной — а в перспективе и выносливость тоже.

Подумав, я даже довел ежедневную дистанцию до двадцати километров неспешным темпом: половину дистанции утром, половину — вечером. Заодно и учились ориентироваться в темноте: зимние дни короткие.

— Ничего нового ты не изобрел, — усмехнулся Фиен, поглядев на наши опыты. — В прошлом в наших краях существовала Школа Лошади, они как раз славились тем, что бегали быстрее любых скакунов и могли нестись так целый день без перерыва, а потом отлежаться, отожраться и бежать снова — то, на что лошадь не способна. Работали курьерами, в основном.

— И куда они делись? — спросил я, предчувствуя ответ.

— Их выбили чуть ли не сотню лет назад, — пожал плечами Фиен. — Слишком много секретов у них осело. Даже самого быстрого бегуна можно зажать и загнать, было бы желание. А именно как бойцы они… скажем так, уступали многим.

Подумав, он добавил:

— А вот Школа Зайца на севере цела и невредима, если что. У них похожие подходы, но они не настолько пренебрегают боевкой.

— То есть Орис будет возражать, что мы так тренируемся, когда вернемся? — уточнил я.

— Орис не станет включать это в план тренировок для всей школы, — заметил Фиен, — потому что я ему не дам такого совета. Ты молодец, что готовишь из своей собственной группы как можно более сильных и разносторонних бойцов — но для всех это не годится, слишком много усилий придется прикладывать. Разве что кто сам захочет и сумеет. Но против твоего личного плана мастер-наставник возражать не будет. Наоборот.

Ну да, пожалуй, даже скажет, что горд мной. Восхищенный моими успехами, отец очень сильно отошел от прежней зашоренности… ну, и я больше не нарушал главного табу — не брал в руку оружие и не пытался передавать внутреннюю энергию в предметы, даже наедине с собой. Потому что сколько-нибудь длительные такие усилия, как я уже знал, неизбежно отразятся на форме внутренних каналов. А мне нужно было сохранить их чистоту для успешной сдачи на следующие ранги!

Что ж, жаль, конечно, но я не столь самоуверен, чтобы не понимать: если такая система Школ сложилась, если Школа Дуба выживает в ней уже много веков и является одной из сильнейших — значит, у их Пути действительно есть преимущество в сложившихся условиях.

Правда, я не я, если эти условия не поменяю… Но тогда, если все пойдет как надо, способность прошибать кулаком листы металла уже не будет главным критерием оценки силы!