Плюшевый: кулак (СИ) - Страница 42
Так вот, ради представления от нашей Школы Дуба вышло два подмастерья и четверо старших учеников на «подтанцовке» — и показали класс. Я даже не ожидал, что упражнения на старших рангах выглядят настолько зрелищно. Вроде бы типичная акробатическая пирамида, когда на одного человека становятся еще несколько, ничего особенного, в любом цирке «у нас» такого насмотришься. Но вот когда человек в самом низу этой пирамиды просто берет и идет, спокойно пересекая зал туда-сюда… Нет, ладно, не спокойно — широкими, скользящими шагами, глубоко приседая, словно в фехтовальной стойке. У него получилось даже быстрее, чем обычным шагом. Потом выскочил другой подмастерье и начал наносить по этой конструкции удары кулаками — но ребята в «пирамиде» продемонстрировали, если я правильно понял по поведению их внутренних энергий, объединенный энергетический щит, и ордер свой не разомкнули.
Круто, что ни говори. Живая осадная башня. На этом фоне лично меня всякие показательные пробивания кулаком металлических пластин и кирпичных кладок уже особенно не впечатлили: считай, стандартные тренировки старших учеников, я на такое в Школе насмотрелся. И даже кое-что уже сам могу: Фиен показал продвинутые техники, позволяющие разрушить даже довольно серьезные препятствия с относительно небольшим количеством энергии — чисто за счет хорошего контроля. С контролем у меня проблем нет, в отличие от мышечной массы…
Школа Тростника — это метательно-стрелятельная школа. Показывали интересные техники со взрывающимися и загорающимися в руках снарядами. Я отметил, что среди адептов было несколько девушек — больше, чем среди наших, да и среди всех остальных, не считая Цапель. Видимо, их стиль был терпимее к ограничениям женской физиологии, чем Путь Дуба.
Школа Кузнечика прыгали чуть ли не под потолок, разбивали ногами все то же самое, что мои коллеги проделывали кулаками, — красиво и зрелищно. Но Школа Цапли лично меня впечатлила сильнее.
Обдумывая слова матери и оговорки отца, я почти сразу заключил, что, скорее всего, особый «женский» стиль этой школы действительно заключается в том, о чем я сразу подумал: в проституировании своих адепток с целью сбора значимой информации. Что ж, не они первые, не они последние. Однако небольшая делегация, которую Глава Школы (а я так понял, прибыла именно Глава) привезла с собой, состояла из мужчин и женщин примерно поровну. Всего около десятка человек. Парни казались обычными качками: крепкими, спортивными, все поголовно очень коротко стриженые, в черной униформе и довольно хмурые. Судя по яркости внутренней энергии, максимум второй-третий ранг по меркам Школы Дуба. А вот девушки…
Нет, особой яркостью они тоже не отличались, хотя среди них попалась по крайней мере одна перворанговая. Но как они двигались! Какая пластика! Вот кому следовало вышить через всю грудь: «Кошечка». Каждой. Причем смотрелось это не как пародия из плохого мюзикла, где актрисы с ушками и в обтягивающих трико изгибаются всем телом и кокетливо «поджимают лапки». Девушки ходили и жестикулировали вполне естественно, но по каждой чувствовалось — хищница!
И какой танец они показали!
В отличие от всего остального, это был именно танец. У них даже аккомпанемент оказался не барабанный, а полноценный: одна из адепток играла на флейте, другая — на чем-то вроде скрипки, и еще один парень — на сложном щипково-молоточковом инструменте, издающим звук, который немного напоминал клавесин. До сих пор я слышал тут в основном только простенькие деревенские танцы, народные песни и храмовые песнопения, так что сложная и полная нюансов мелодия в минорном ключе порадовала сама по себе. А они еще и станцевали под это сложнейшую акробатику, что-то вроде привычной мне художественной гимнастики, где парни работали поддержкой, а основной фокус был на девушек. И те этот фокус удерживали с блеском, несмотря на то, что одеты были в почти такую же черную униформу, как парни. Более облегающую, разве что. Ничего излишне сексуализированного, ничего пошлого, высокое искусство — но у всех зрителей мужского пола горели глаза! И даже женщин проняло, я видел, как Тильда кусает губы со сложным выражением лица, исподволь поглядывая на Ориса (тот старался сохранять невозмутимость).
Я тут же вспомнил репутацию классического балета у себя на родине.
А уж их Глава…
Я приметил ее одной из первых в зале. Сперва — как молодую девушку в необычном молочно-белом платье (тут предпочитали более яркие цвета) и с необычным, почти белым цветом волос. Потом, присмотревшись, понял, что девушкой эту даму последний раз называли, наверное, лет тридцать, если не сорок назад. Правда, исключительная стройность и такая же исключительная осанка скрывали возраст от беглого взгляда, но морщины у глаз и чуть дряблые щеки не оставляли сомнений. Однако в молодости она явно была чудовищно хороша — не хуже той самой перворанговой красотки (кстати, с ярко-рыжими, как у Тильды, волосами).
Глава спокойно сидела за своим столиком, приятно улыбалась, едва поворачивала голову и благосклонно аплодировала на каждое выступление — и при этом ее внутренняя энергия, стоило мне сосредоточиться, так и пылала! Бешеный костер, кажется, больше даже, чем у Ориса, который сверкал в моем внутреннем восприятии как удачное аутодафе.
Кстати, главы других Школ — или их представители, я не был уверен, что здесь именно сами — показались мне несколько слабее и Ориса, и этой дамы.
Правда, я пока не слишком хорошо различал внутреннюю энергию по яркости: например, в Школе не мог сказать, кто ярче — Фиен или Орис. А вот здесь четко увидел, что Эймин Он слабее и Ориса, и Фиена. Фиен говорил, это приходит с опытом.
Ни о чем больше я старался не размышлять: мысль, что Глава Цапель может оказаться Алёной, вызывала у меня слишком смешанные чувства. Главный отрицательный момент — она очень стара. Плюс такая мощная сила, подозреваю, на грани с Великим мастером… Внутренняя энергия — не магия. Она не дает своим носителям никаких бонусов ни к здоровью, ни к долголетию. Наоборот. Именно поэтому Тильда шутила, что если я стану Великим мастером до того, как мне исполнится двадцать, это разобьет ей сердце.
Если Глава Цапель — Алёна, мне придется радикально ускорить многие мои планы. А я пока не уверен, что мне удастся выполнить хотя бы часть из них достаточно быстро даже чтобы решить проблему с моей собственной продолжительностью жизни.
А вот если Алёна — перворанговая Цапля или любая другая из них, то возражений нет — ни одного!
Впрочем, шансов на то, что я найду жену так быстро, по-прежнему немного. Я не знаю полной численности населения этой планеты, поэтому точно сказать не могу, но даже по приблизительным прикидкам — какие-то миллионные доли процента в лучшем случае.
Глядя правде в глаза, я просто ищу под фонарем, потому что там светлее. Но поскольку альтернатива — не искать вовсе, будем честно отрабатывать проверку. Бог помогает тем, кто сам не сдается.
(Есть, правда, еще совсем кислый вариант, что Алёна перенеслась с потерей памяти, полной или частичной. Тут я вовсе ничего не смогу поделать, поэтому такой вариант даже не рассматривается.)
В связи с этим я ждал собственно танцев с намерением крутиться в них как можно больше и, по возможности, пригласить по крайней мере по одному разу всех особ женского пола в этом зале — уж с близкого-то расстояния они мою вышивку должны рассмотреть! И начать, разумеется, с Цапель и конкретно с их главы, Сорафии Боней. Да, смешно — девятилетний мальчик, приглашающий на танец старушку. Но именно поэтому она точно не откажет. С позиции взрослого она «пойдет на поводу» у вежливого ребенка, с позиции Главы Школы — не станет обострять отношения с наследником другой. А мне в любом случае нужно наладить с ней контакт: для моих планов позарез нужен союз хотя бы с одной из городских Школ, и Цапли — судя по всему, наилучший выбор.
Во-первых, они шпионы, значит, у них богатые архивы. Во-вторых, они, в силу своеобразия Пути, отщепенцы — значит, не будут воротить нос от союза с «деревенщинами». Тем более, госпожа Боней сама сюда приехала этот союз искать. В-третьих, у них есть этот оиянский чудо-лекарь. На него я тоже насмотрелся: издали. Он сидел рядом с госпожой Боней, время от времени о чем-то ней переговариваясь. Он… или она? Костюм просторный и многослойный, движения действительно плавные, манеры максимально сдержанные. Длинные иссиня-черные волосы заплетены в абсолютно шикарную, идеально уложенную косу, закрепленную шпильками на затылке в сложный узел. По лицу издали не понять: правильный овал, правильные черты, да еще непривычно-синяя кожа сбивает. Шея до подбородка скрыта высоким воротником: удобно, если надо спрятать отсутствие кадыка. Имя еще у него такое — Иар Иэррей. Словно бы придуманное романтически настроенной барышней. Алёна иногда бывает вполне себе романтичной барышней. Редко, но метко.