Плюшевый: кулак (СИ) - Страница 41

Когда мы устроились на покрытых подушками деревянных стульях в гостиной родительских апартаментов, Тильда первым делом спросила:

— Ну, что тут творится? Зачем нужен этот бал? Что происходит?

— Вашу матушку вылечили, Тильда, — басовито проговорил Эймин. — Она больше не на краю могилы.

Тильда удивленно вскинула брови.

— Матушка умирает последние пятнадцать лет, — сказала она сухо. — Я была уверена, что еще лет на десять она задержится, но чтобы вылечили совсем?.. Тот самый чудо-лекарь, о котором упоминали подмастерья?

— Да, оиянец, — кивнул Орис. — Уж не знаю, откуда он взялся, но уболтать может кого угодно. Наемников Уорика уболтал, его самого в придачу… И лечит при этом. А еще его защищают шлюхи… — он поглядел на меня и поправился. — Женщины из Школы Цапли.

— У них альянс? — живо отреагировала Тильда.

— Он, похоже, под их защитой, — покачал головой Эймин. — Возможно даже, вассал их главы. Или любовник. Или все вместе. Не очень понятно. По крайней мере, прибыли они вместе. И — они вербуют союзников. Я так понял, их Школа осталась в городе без защиты после недавней схватки. Они хотят получить в свое распоряжение несколько отрядов сельских Школ. Особенно их наша интересует.

— Погоди, погоди, — Тильда нахмурилась. — Но Уорик-то?.. Я так поняла, он прикармливал разбойников и нанимал бойцов, чтобы решить пограничный спор с моим отцом? Как он примирился? Здесь же горы, пахотной земли мало, все споры по этим вопросам очень жестокие…

— Деньги, — пояснил Эймин. — Уорик торгует целебными травами на всю Империю, даже оиянцам поставляет. У него же горная вотчина. Оиянец сказал, что если они замирятся, Школа Цапли у них будет покупать втрое больше, чем сейчас покупает вся гильдия Медиков из Тверна и Варида. Это очень, очень прилично.

— Торгаш! — прорычал Орис.

— Торгаш — но нам это на руку, — заметил отец Риды.

— А мой батюшка почему согласился? — уточнила Тильда.

— А у твоего батюшки как раз и денег, и сил для продолжения конфликта не так уж много, особенно в начале осени, когда нужно убирать урожай, — усмехнулся мастер Он. — Он, кажется, не верит, что это надолго, но решил пока замять дело, пока Уорик не соберет силы еще раз.

— Похоже на него, — кивнула Тильда. — Спасибо, Эймин, я знала, что мы с Орисом можем на тебя рассчитывать! — она улыбнулась мастеру с четко выверенной дозой теплоты.

Затем проговорила медленно:

— Теперь мне понятно… Матушку вылечили — конфликт прекратили — да еще он вызвал сюда Ориса со значительным отрядом, но больших стычек не было… ведь не было же?

— Так, немножко постучали друг по другу, — пожал плечами Орис. — С нашей стороны лишь пара раненых, убитых не было, — я вспомнил слова Дира о том, что «половина ходит с ожогами», и оценил, насколько по-разному они с Орисом увидели потери. — С их стороны… — глава Школы мрачно улыбнулся. — Ну, приложил я одного. Но он сам напросился!

— Ясно, — улыбнулась мужу Тильда. — Раз так, то, выходит, граф Флитлин просто обязан был объявить бал или еще что-то — иначе он выглядел бы ослабленным, проигравшим и скупым… — она выдохнула. — Хорошо, что я поняла! А то это, признаться, не давало мне покоя.

— Да, я тоже не мог понять, почему он не хотел тратить деньги на войну, но решился на этот прием, — пробормотал Эймин Он. — Спасибо, Тильда.

— Не за что, — усмехнулась матушка.

А я подумал: высший класс, Тильда. И кстати, высший класс, Орис! Ничего особенного отец во время этого разговора не сказал, но у меня в голове наконец четко оформилось: глава Школы Дуба отлично понимает, что не очень сообразителен — и действует в соответствии с этим, отдавая приоритет мнению советника перед своим, а мнению жены, которой — оправдано — доверяет больше, перед мнением советника. Что автоматом выводит его из категории «не очень умный» и уверенно вводит в категорию «на самом деле умный, просто бросил все силы на прокачку в другой области». Потому что неумный человек на такое не способен.

А еще подтвердилось прежнее подозрение: мне непременно нужно увидеть и оиянца, и представительниц Школы Цапли. И чтобы они увидели меня.

* * *

Глава 15

Танцы и танцоры

Бальный зал у графа Флитлина оказался — грандиознее некуда. Чувствовалось, что этому феодалу приходится уделять немало времени и денег светской жизни! Ну и, видимо, бонусы он от этого также получает немалые.

Люстры на несколько сотен свечей каждая, колонны с лепными капителями, паркетные полы, мраморные стены, как в том самом зале, где я впервые осознал себя Лисом. Возможно, те же строители-архитекторы постарались? Причем зал занимал не всю ширину главного здания поместья. С одной стороны вдоль него шел коридор-галерея с застекленными окнами по одну сторону и множеством дверей по другую, словно в театре. На галерею периодически выходили гости и по которой то и дело сновали слуги с подносами и даже тележками. Решение заложено явно на стадии проекта, и решение явно не дешевое. Лишний раз подтверждает гипотезу, что крупный феодал вроде графа — фигура более влиятельная (или, по крайней мере, более богатая, что не всегда одно и то же), чем глава Школы. По крайней мере, нашей Школы.

Что касается самого бала, то он сразу пошел несколько не так, как я ожидал.

Бал — это светское мероприятие с танцами, подчиненное определенной традиционной структуре. По примерам из нашего мира я знал, что на балах далеко не всегда кормят, однако прием у Флитлина предполагал масштабный пир. Вот где я впервые увидел, что местная кухня действительно включает в себя и сладости (даже мороженое!), и разнообразную «белую» выпечку, и массу вин, и какие-то хитровыделанные соусы… Все это говорило о более развитой гастрономической культуре, чем я предполагал. Только, в отличие от привычных мне «исторических» форматов, гости рассаживались не за одним или даже двумя-тремя длинными столами, а за множеством круглых, сгруппированным по двум половинам зала. В центре был оставлен широкий проход — как я и думал, для собственно танцев.

Однако сперва танцевали не сами гости; сперва их развлекали. С показательными «разминочными» выступлениями на середину по очереди выходили старшие ученики и подмастерья всех присутствующих Школ и демонстрировали отработанную боевую и околобоевую хореографию под размеренный ритм барабана. В барабан били порой сами представители Школы, порой профессиональные музыканты. Последние, судя по одежде, чей дизайн несколько отличался от привычного мне, видимо, были приглашены из города.

Результат выглядел весьма достойно. Я тут же прикинул, что из выступавших можно сколотить группу или несколько — и выпускать на столичные гастроли в моем родном мире, билеты будут раскуплены месяца за три до начала.

Кстати, я знаю несколько человек, с которыми можно было бы раскрутить такой бизнес весьма прибыльно для всех участников. Мысль на будущее, когда получится вернуться домой. Надо же будет откуда-то с нуля деньги зарабатывать? Помнится, почти все, что уже прямо не было вложено в семейную собственность, я завещал на различные научно-медицинские цели: дети уже сами заработали, а внуков пускай родители портят. Не выбивать же это обратно… Если будет откуда выбивать: сценарий большого бадабума тоже никто не отменял.

Но об этом потом — если будет актуально.

Я силой вернул мысли в русло текущего контекста, который никаких публичных выступлений, продажи билетов и импресарио не предполагал.

Школ в гостях у Флитлина собралось пять: наша Школа Дуба, Школа Тростника, прежде союзная, а ныне то ли нейтральная, то ли враждебная (я бы сказал, явно враждебная, после того, как они убили Элиса Коннаха, но там имелись нюансы, которые не позволяли говорить об открытом противостоянии), Школа Вепря, Школа Кузнечика (да-да, прыжки и удары ногами, все так!) и Школа Цапли. Отличить их друг от друга не составляло труда: часть учеников и подмастерий явилась на бал в форме своих Школ с вышитыми на видном месте тотемами или понятными символами (Вепри, скажем, нашивали пятачок и клыки), а те, кто были в «цивильной» одежде, озаботились украситься соответствующими аксессуарами — подвесками, кольцами, брошками, пряжками. У меня, например, была моя стилизованная вышивка с дубовыми листьями, у Тильды — колье с золотыми желудями, а Орис остался верен мастерской форме.