Плюшевый: кулак (СИ) - Страница 12
Но пока этот час мне пригодился: я вернулся в комнату, разыскал писчие принадлежности, которые все еще лежали в той же корзине, что приносил мне слуга. Затем сел за письменный стол — благо, у меня имелся нормальный, а не как в классной комнате. И решил воспользоваться несколькими свободными листами в одной из тетрадок, чтобы начать составлять досье на одногруппников — естественно, на родном языке. Если кто-то найдет, примет за детский шифр.
Однако когда я сел за стол, то, неловко устраиваясь, стукнулся коленом. И почувствовал, что наткнулся на что-то. Еще одну тетрадку?
Тетрадка оказалась закреплена под столешницей в чем-то вроде сетчатого кармашка, которые раньше встречались в междугородних поездах. Она представляла собой просто сшитые вместе листы без обложки, и была заполнена примерно на треть крупным старательным почерком моего «донора» — этот же почерк я увидел в его старой тетради.
Та-ак. Что это он прятал от родителей и слуг — личный дневник?
При свете вечернего солнца (весна, темнеет поздно!) я приложил максимум усилий, чтобы дешифровать лишь смутно знакомый шрифт. Хорошо, что расшифрованные буквы послушно подставлялись в голову в виде звуков и складывались в слова здешнего языка — мне капитально повезло, что тут не иероглифы! И все же читал я раз в десять медленнее, чем мне было привычно.
«Гертис Коннах, — гласила надпись на первой же странице. — Ранг: 9 (зачеркнуто) 8. Двоюродный брат. Сын дяди Э̀лиса (покойный). Мать: Айда Рен (Олѐр), ранг 3. Отчим: Фиѐн Рен, ранг высший. Любимое блюдо: фасоль с мясом. Боится: темные замкнутые пространства. Хорошо удаются силовые приемы. Хорошее чувство ритма. Трудно дается: читать тело, учиться. Лоялен Дубу. Уровень опасности: низкий.»
Я отметил, что Герт — это сокращенное имя, а кроме первого ранга существует еще и высший, после чего продолжил чтение.
Следующая страница была озаглавлена: «Рида Он». И далее подписано: «Ранг: 8. Отец: Э̀ймин Он, ранг высший. Мать: Лѐла Он (Коннах-Эстѐн), ранг 2. Любит животных. Лояльность Дубу:? Любит: сладости, фрукты. Боится: насекомых, тараканов. Честолюбива. Хорошо дается: следовать инструкциям. Плохо дается: придумывать новое. Гипотеза: ее отец считает Герта лучшим наследником для Школы, чем меня. Поэтому она меня задирает. Методы проверки: сделать так, чтобы они с Гертом оказались почаще в паре. Посмотреть, как будет себя вести. Поговорить с отцом. Результат: неоднозначный. (последние слова были подписаны чернилами другого цвета и явно позже). Уровень опасности: средний».
Почему-то в этот момент меня чуть на холодный пот не пробило, руки задрожали. Не ожидал от себя.
Это досье было составлено почти так же, как мог бы составить его я — в аналогичном возрасте, разумеется. В нем было больше подражания взрослым и фиксации угроз, чем сознательного анализа. Сейчас я бы писал иначе, с другими акцентами. Но для восьми или десяти лет более чем! Вот почему Герт считает брата таким умным.
Мы с Лисом были похожи. Очень похожи. Это явно не совпадение. Настолько не совпадение, что мне сделалось слегка не по себе. Правильно ли я оценил природу своего перемещения сюда?
А еще вдруг остро, болезненно стало жаль этого ребенка. Ребенка, которому не дали вырасти… и не позволили иметь нормальное детство.
Ладно, об этом потом. Данных все равно пока мало. Нужно обдумать ту информацию, что уже точно подтвердилась.
Во-первых, часть ответа на вопрос, почему среди старших учеников мало девочек, получена: их действительно выдают замуж. Но, видимо, они продолжают котироваться, как бойцы, раз Лис указал в досье ранги матерей своих однокашников.
Во-вторых, интересно, что у Герта есть отчим, но пока я про него ни слова не слышал. Хотя он, судя по всему, входит в число приближенных Ориса, раз указан высший ранг. Видимо, Орис воспитывает племянника, а у матери отдельная семья? Есть ли там еще дети? Надо уточнить этот момент.
В-третьих, Рида, видимо, тоже приходится мне родственницей. Девичья фамилия ее матери включает в себя слово «Коннах».
В-четвертых, и в главных: сын любящих родителей из явно богатого и более-менее благополучного рода настолько не чувствует себя в безопасности, что втайне ведет подобные записи. В отличнейшее место я попал.
Что ж, ладно, остальными «досье» займусь потом: пока мне надо приниматься за амбарную книгу. Вдруг «папочка» решит проверить, начал ли я уже отбывать свое наказание — а я еще даже не открывал.
* * *
Глава 5
Закон божий и молоко
Первое знакомство с финансовыми документами совершенно нового мира, с самобытной бухгалтерской системой должно было занять несколько дней, если не у кого спрашивать разъяснений. Причем нескольких рабочих дней!
К счастью, мне не было нужды заниматься самодеятельностью. «Отец» сказал, что, как наследник, я должен был заняться проверкой накладных расходов. Он нигде не говорил, что я не могу просить у кого-то помощи или совета. В конце концов, я ребенок! Надо этим пользоваться.
Логичная кандидатура в советники — мать. Она явно очень любит Лиса, явно разумна и наверняка также ведет хозяйственную документацию. Вторая возможная кандидатура: местный управляющий. Нужно только разузнать, кто это такой, и в каких отношениях он состоит с Коннахами. Это может быть один из мастеров школы, выполняющий заодно и вот такую функцию, доверенный слуга, уважаемый наемный сотрудник — или вообще старший раб? Я не исключал и такой вероятности. В зависимости от его положения я мог либо просто приказать этому человеку помочь мне, либо быть вынужденным задействовать другие методы.
Вопросы об управляющем лучше задавать сначала Герту в порядке невинного дружеского трепа: откуда я знаю, должен ли Лис знать эту информацию? А потом уже матери.
А, еще стоит пролистать до конца записи донора. Может быть, там что-то об этом встретится.
Но прежде чем делать все это я решил открыть «амбарную книгу» и хотя бы просто проглядеть, чтобы понять, с чем имею дело, и задавать вопросы не с абсолютного нуля.
И с удивлением увидел, что все оказалось проще, чем я думал! Я успел сформулировать сложнейший план — а тетрадь оказалась не многослойным бухгалтерским документом с приходами и расходами, информацией о должниках, процентах, тратах отдельных членов семьи и так далее. Нет, это, судя по всему, были простейшие записи о покупках для Школы — то есть для поместья — сгруппированные по неделям и месяцам. Хотя нет, не только о покупках. Кроме покупок был учет того, что, как я понял, производилось на собственных землях Коннахов и отдавалось в качестве оброка, а также о том, что изготовлялось в самом поместье.
Я был рад увидеть, что привычная мне семидневная неделя существовала и здесь тоже. Как и двенадцатимесячный год. Мелочь, а приятно. Правда, все месяцы оказались одинаковой длины — по двадцать восемь дней. Из чего, не наблюдая ни разу здешнее ночное небо, я логично заключил, что тут, во-первых, есть спутник, аналогичный привычной мне Луне — впрочем, согласно некоторым космогоническим гипотезам, у всех обитаемых планет должен быть крупный спутник или два, тут ничего нового. Интересно, они добавляют лишний месяц раз в несколько лет или несколько дней в конце года? Или тут лунный год совпадает с солнечным?
Что касается самих закупок, то написаны они были разборчивым почерком, и я начал свободно читать их быстрее, чем думал. Однако цифры оставались для меня проблемой. Нет, не сами цифры, а меры веса и цены. Не говоря уже о названиях продуктов! Здесь были не только продуктовые закупки, однако всякого рода пенька, древесина, уголь, деготь, масло, мыло и прочее вопросов не вызвали. А вот названия продуктов — да. Еда показалась мне по вкусу привычной или почти привычной, однако, как выяснилось, называлось все это часто совершенно по-другому! С привычными мне пшеницей и рисом соседствовали названия, которые я знал как прочесть и произнести, но понятия не имел, что они обозначают.