Пленники Камня 3. Дух погибели - Страница 29

— Понятно, — вздохнул Бирес. Боцману показалось, что лай он всё-таки истолковал неверно. – Мне тоже не по себе. Но я Слепца не могу попросить сотворить мне заклятье, чтобы о Ксарти не думалось.

Как ни странно, боцман понял, о чем говорил стигиец. В прошлую его побудку в комнате, кроме Биреса находился еще один маг. Перед тем как его допросить, он сделал так, что Зелтран перестал испытывать то безумное чувство страха, что одолевало его уже на подступах к поместью. Вероятно, его источником и был тот самый Ксарти.

Зелтран тихо тявкнул в знак сочувствия.

Но маг беседы решил не продолжать. Вместо этого снова улегся на кровать, обхватил голову руками и уставился в потолок. И тут боцман сообразил, отчего стигийца мучили кошмары. Его вчера избили. Следов, разумеется, не осталось, благо в поместье есть кому раны лечить, а вот двигался маг так, словно его тело еще помнит все болевые ощущения. Шеей и левой рукой Бирес вообще старался не шевелить, постоянно прикрывал локтем правый бок, то и дело жмурил глаза.

«Во те на!» — подумал боцман. – «Я и представить не мог, чтоб одного из Хозяев так отметелить можно было. И ведь не ноет и мебель не крушит, значит еще понимает, что легко отделался. Эх, узнать бы, что же с ним такое приключилось!»

Вот уже около колокола единственным движимым объектом в комнате было пятно от солнца на стене. Маг лежал и смотрел в потолок, пес лежал и смотрел на мага. Оба ждали неизвестно чего.

— Плохи наши с тобой дела, пес, — вдруг ни с того, ни с сего произнес маг. Положения своего при этом он менять не стал. – Жить осталось нам совсем немного. Хотя, может статься, ты поживешь подольше. Вот только от собачьей шкуры избавиться не выйдет.

Зелтран тявкнул, показывая что заинтересовался.

— Подробностей желаешь? – спросил маг.

Снова короткое «гав».

— Пожалуйста, — ответил Бирес. – Наш с Карун-Ра план по устранению духов вчера вечером отправился прямиком в пасть к Нергалу. Теперь от ярма Ксарти нам уже не отделаться. Скоро, очень скоро эта тварь обо всем догадается и прикончит нас со Слепцом, а тебя пустит на ингредиенты для заклятий. На тебе сохранились следы, как минимум, одного из его братьев.

На этот раз лай был наполнен злобой и решимостью бросить вызов врагу.

— Помощь предлагаешь? – усмехнулся стигиец. – Вот до чего дошел! Собак в союзники набираю. Впрочем, ты третье в поместье существо, свободное от мысленного контроля.

Тут Бирес вскочил с кровати и быстрым шагом направился к гостившему у него псу. Зелтран аж отступил на шаг от неожиданности. Слишком уж резкой вышла смена настроения у мага.

— Интересно, пес! – сказал Бирес, присаживаясь на колени. В глазах мага горел огонек азарта. – Очень даже интересно. И может получиться. Ксарти настолько самоуверен, что наверняка всецело полагается на уже имеющиеся в поместье ловушки и на контроль сознания. Сегодняшний вор доказал, сколь мало это значит. Конечно, Ксарти усилит защиту, чтобы избежать подобных проникновений в дальнейшем. Но ведь ты уже внутри поместья и к тому же не человек, а собака. Если тебе обеспечить магическую поддержку, может статься ты и доберешься до Ксарти.

Боцман из всей этой речи понял то, что подбивают его на что-то опасное до крайней степени. И отказаться, похоже, никакой возможности. Хорошо бы как-нибудь истребовать от магов клятву вернуть привычный облик и отпустить на все четыре стороны.

— Надо обязательно переговорить с Карун-Ра на эту тему! – продолжал рассуждать Бирес. – А до тех пор…

Договорить он не успел. В дверь постучали.

— Сиди, слушай и запоминай, — велел псу Бирес. – Мы с тобой теперь заодно. Победим, будет тебе и жизнь, и тело. Проиграем, обоим конец.

Лаять Зелтран не стал, побоявшись, что человек за дверью может услышать. Просто кивнул лохматой головой. Бирес кивнул в ответ, в знак того, что понял.

Вошедший в комнату человек размеров был гигантских. Чуть меньше Конана, но зато побольше Сигурда. До знакомства с этими двумя северянами Зелтран полагал здоровяков людьми тупыми, способными лишь есть, пить да девок по кабакам лапать. Но теперь боцман в своих суждениях был более осторожен, а потому предвзято относиться к гостю не стал. Вполне возможно, перед ним маг огромной силы. В поместье таких должно быть немало.

— Проходи, Арзарес, — пригласил здоровяка внутрь Хозяин комнаты. – Желаешь чего-нибудь?

Голос у Биреса прямо-таки источал яд. Насколько это была игра, насколько правда, Зелтран отличить не мог. Скорее всего, маг просто привык вести себя подобным образом с незваными гостями.

— Нет, благодарю тебя, — ответил названный Арзаресом. – Я пришел по делу.

— По поручению Ксарти? – уточнил Бирес.

Арзарес никак не отреагировал, хотя Зелтран подозревал, что предыдущей фразой Бирес стремился его уколоть.

— Нет, но в его интересах, — сказал он и добавил. – А значит, и в наших с тобой тоже. Не разделяю я твоего скептицизма.

— Тебе проще, — ответил ему Бирес, творя себе бутыль вина. – Я стражником не служил и к строгой субординации не приучен. Я умею подчиняться, но мне не нравится, когда за меня пытаются думать.

Арзарес улыбнулся и присел на свободный стул. Бирес уже давно развалился на кровати.

— Так говорят все новобранцы, — сказал бывший стражник. – Потом они понимают, что работать головой нужно с удвоенной силой, а если хочешь на лишний кусок хлеба заработать, то с утроенной. Озлобление, кстати, со временем проходит.

— Твоими бы устами…, — вздохнул Бирес.

— Втянешься, — обнадежил его Арзарес. – Я с тобой хотел о вчерашнем визитере поговорить.

— О воре? – уточнил Бирес.

— Ну, и о нем тоже, — сказал бывший страж. – Но там разговор выйдет долгий. Сначала давай расскажи, что ты о татуированном думаешь, который полубога искал.

— Я же только его труп и видел, — удивился Бирес. – Наверное, много чего сказать можно было, да прихлопнул его наш Ксарти вместо того, чтобы допросить.

— А если убрать иронию? – попросил Арзарес. Словами этого здоровяка было не пронять.

— Странный субъект, — сказал Бирес, немного подумав, — который не вписывается в историю, рассказанную Ксарти. Судя по реакции духа, он тоже не понимает, откуда этот татуированный туранец со своим Обществом взялся.

— Ты в курсе, что двух других членов этого Общества так и не нашли? – спросил Арзарес.

— Ничего удивительного, — ответил Бирес. – Наш Ксарти так организует поиски, словно специально стремится к отрицательному результату. И мне плевать, что он меня слышит. Я правду говорю.

— Заканчивай ерничать, — попросил товарища по искусству Арзарес. – Эти двое кажутся мне опасными противниками. Наверняка, они очень скоро выйдут на оставшихся братьев, и если один из них окажется тем самым полубогом, нас ждут большие неприятности.

— От меня-то ты чего хочешь?! – вспылил было Бирес, но потом сменил гнев на милость. – Думаешь, разочарую тебя в твоих подозрениях? Если так, то правильно делаешь. Я не верю, что тело туранца предназначалось одному из братьев. Происхождение у них общее и структура ткани бытия обязана быть схожей. А Ксарти сказал, что оболочка явно не под него делалась, он даже в неё вселиться не попытался.

— Ты опытней меня в таких вещах, — сказал Арзарес, — но нет никаких сомнений, что Общество к братьям имеет самое прямое отношение. Туранец говорил о видении, в котором ему явились четыре духа.

— Для самых сложных вещей, — сказал Бирес, прихлебывая вино, — обычно находятся самые простые объяснения. Скорее всего, один из братьев и впрямь в прошлое свое пришествие организовал это самое Общество, которое должно было готовиться к его возрождению. Но срок ожидания оказался непомерно длинным, и однажды в ритуалы Общества закралась ошибка, и дальнейшие оболочки стали отличаться от той, что дух задумал для себя изначально. Повториться этот казус мог бесчисленное количество раз, и я почти не сомневаюсь, что именно так оно всё и было. В результате, к настоящему моменту тела членов Общества превратились в некую безумную субстанцию, имеющую отдаленное сходство с оригиналом. Этим и объясняется то, что привиделись туранцу четыре полубога вместо одного. Из его тела исчезли те составляющие, что отвечали за нахождение разницы между братьями во время исполнения ритуала обнаружения.