ПИСЬМО В НИКУДА - Электронно-почтовый роман - Страница 3

Настроение после обеда, а точнее — после разговора с Саней, катастрофически испортилось. Очень не люблю, когда я чего-то не понимаю. А сейчас я совершенно ничего не понимал. Ладно, в компьютерных делах я — «чайник», тупица, но даже я могу сообразить, что на адрес, которого никто не знает, который сам я узнал всего пару часов назад, не может придти никакое письмо кроме как по ошибке. А вот велика ли вероятность подобной ошибки? В данном случае совпадений два: адрес и имя. Казалось бы, возможность совпадения вдвойне невероятна. Однако, подумав, я пришел к выводу, что все как раз наоборот! Что такое «maximandr» в моем адресе? Сокращение от «Максим Андреевич». Допустим, существует мой двойной тезка — еще один Максим Андреевич, и он тоже открыл себе почтовый ящик на «mylnitsa.ru». А начинается его адрес тоже с сокращения, очень похожего на мое, например, «maxiandr» или «maximand». Некая же Люси просто-напросто ошиблась на одну букву, набирая этот адрес. Возможно такое? Очень даже! Да, скорее всего, так оно и есть!

Фу! Умения рассуждать и мыслить логически у меня не отнять! Сведя концы с концами, найдя объяснение расстроившему меня событию, я вновь почувствовал в себе пробуждающуюся любовь к жизни, радость к солнечному и теплому (несмотря на утренний дождь) летнему дню. Единственное, что еще несколько меня беспокоило — это мой нелепый ответ неведомой Люси. Ведь если у нее с темМаксом что-то начиналось, после такого письма все могло и закончиться. Она-то думает, что ответил он!

Что ж, это, в принципе, поправимо. По крайней мере, можно попытаться все исправить. Надо просто написать Люси еще одно письмо, в котором объяснить ее и мою ошибки!

С этими благими намерениями я запустил почтовую программу и не успел еще ничего предпринять, как вновь увидел на экране знакомое: «Получена новая почта. Открыть первое из полученных сообщений? Да. Нет». Я снова нажал «да».

3.

Я понял, что опоздал с объяснениями. Люси среагировала раньше.

«Ну, Макс, ты даешь!!!

>Здравствуй, мой славный Люсик-Санюсик!

Это уже не хохмочки! Это на срыв крыши больше похоже!

Какой я тебе Санюсик?!

>Каюсь, собирался пропасть навсегда из твоего любвеобильного сердца,

>да только, видать не суждено...

Слушай, давай откровенно: если я тебе надоела, то так и напиши, хорошо?

Нечего юлить — ненавижу это! А на откровенность я не обижусь.

>Зацепил меня твой милый носик за самые тонкие струны души!

Эту твою «хохму» я тоже не поняла. При чем тут мой носик?

Нормальный, кстати, нос, не хуже твоего!

>Жаль, не достоин я твоей неземной красоты!!!

Понимаю, что на «неземные красоты» ты насмотрелся.

«Не достоин» — следует понимать, как «Goodbye, my love!», да?

>А теперь прости, работать надо, а то Геша и мне, и тебе

>покажет любовь безо всякой переписки!

Мне лично твои начальники не указ! Честно говоря, не ожидала, что и ты можешь кого-то бояться!

Максим, ну а теперь еще пару слов... Ты знаешь, я терпеть не могу кому-либо навязываться! Даже если это такая знаменитость, как ты! Не переживай сильно, я вешаться не стану. Прошу об одном: напиши все честно. Да, мне будет очень грустно... Может даже чуть больше, чем грустно. Но так будет лучше, потому что — честнее.

А чтоб тебе труднее было соврать — посылаю свое самое «свежее» фото. Пиши ответ, глядя мне прямо в глаза!

Я жду его!

Люси.

P.S. Странно, что ты не знаешь про «смайлики»!

: - (— огорчение;

: - *— поцелуй».

Я прочитал все это и от досады пнул по столу. Валя с Юлей аж вздрогнули, покосившись на меня с недоумением.

— Все в порядке, девушки! — поднял я руки. — Ложная тревога!

О том, что в душе моей порядком и не пахло, я, разумеется, промолчал. Чтобы собраться с разбегающимися в панике мыслями, я вновь пробежал по тексту чужого письма. То, что оно было действительно «чужим», я уже не сомневался.

«Ну и подложил я свинью этому Максу! — подумал я, чувствуя, что снова безудержно краснею. — Надо срочно объясняться с Люси!»

Впрочем, меня заинтриговало сообщение о каком-то фото. Действительно, в конце письма значилось: «Прикрепленный файл: Lussi.jpg». На секунду вспыхнула мысль, что подсматривать, пожалуй, еще хуже, чем читать чужие письма. Но я тут же оправдался перед бунтующей совестью: не голая же она на этом фото!

Люси была не голая. Но я очень быстро пожалел, что открыл не предназначавшийся мне файл... Потому что я влюбился. С первого взгляда. Пошло, банально, но правда. С фотографии смотрела на меня печальными серыми глазами моя мечта... Мне даже показалось, что я видел уже где-то это лицо — то ли во сне, то ли, действительно, в мечтах. Снова банально, но я действительно подумал в тот момент именно это: «Вот она — моя мечта!» Второй мыслью было: «Прости меня, Катюха!», но почему-то я не испытал при этом никаких угрызений совести. Да и то сказать — я ж Катьке не изменил... Хотя, что считать изменой.

В общем, я понял уже, что положение мое стало еще хуже, чем я предполагал вначале. Теперь я тем болеехотел извиниться перед девушкой, но тем самым я должен был своими собственными руками отдать свою мечту неведомому хохмачу Максиму.

«Ну не дурак ли я? Ну не идиот ли? О чем я думаю, что возомнил?! — угрожающе забарабанило изнутри по черепной коробке. — Может, так и напишешь: Люся, я Вас люблю, готов бросить жену, лишь бы быть с Вами! А Вы бросайте своего Макса! Я тоже Макс».

Разозлившись на себя окончательно, я придвинул клавиатуру и решительно застучал:

«Уважаемая Людмила!

Считаю своим долгом сообщить Вам о возникшем недоразумении.

Дело в том, что я — не тот, за кого Вы меня принимаете. Получив сегодня на свой адрес Ваше письмо, я принял его за шутку своего товарища, поэтому и ответил соответственно... Извините.

Вероятно, Вы ошиблись с адресом. Меня тоже зовут Максим, но адрес моего ящика «[email protected]».

Пожалуйста, уточните адрес Вашего Максима.

Признаться, я ему завидую.

Еще раз извините.

Максим».

Не знаю, почему я написал эту фразу о том, что завидую ее Максиму... Да, себе-то я мог признаться, что это действительно так, но зачем я это сделал? Наверное потому, что знал: больше ничего уже не будет. Хотя, если честно, бегал внутри меня некто маленький и прохладный, долдоня писклявым голоском: «А вдруг? А вдруг?! А вдруг?!!» Что «вдруг»? Даже я не знал. Если только — вежливое «спасибо» за разъяснение ситуации... Впрочем, для меня и это было бы счастьем — ведь это равнодушное «спасибо» предназначалось бы именно мне,а не какой-то там «знаменитости»! Тоже мне, знаменитость! Певун, небось, какой-нибудь!

Осознав, что во мне начинает закипать ревность, я окончательно убедился, что иначе, как идиотом, меня назвать нельзя. Впрочем, как раз можно... Много для этого есть полезных, нужных слов, среди которых «идиот» выделяется своей щадящей мягкостью.