Пирамида (СИ) - Страница 53

Иван с Атилом, появившись на веранде дома Куприных в долине Тёплого озера (так они решили называть свою долину впредь), подождали, когда к ним присоединятся Алексей с Литой. Это произошло довольно быстро, хотя Алексею пришлось взять девушку на руки, так она ослабела. Атил поделился силой с подружкой.  С веранды они перешли в Межмирье, в общий зал, где находились остальные волхвы, вернувшиеся из Власово. Иван попросил Атила рассказать об их жизни на Весте.

«Последние сто лет у нас появились проблемы. По достижении сорока лет нашим парам нужно отправляться в Большой мир, то есть в Миры Вселенной, для дальнейшего совершенствования. Всё шло хорошо, но сто лет назад одна пара была поймана людьми. Дело в том, что выход в Большой мир находится на этом материке. Каким-то образом люди быстро выяснили, какая от нас может быть польза для них: всадник, который садился на единорога, становился неуязвимым для любого оружия и яда, а эльф излечивал всех больных и раненых. А ещё мы можем находить короткие пути. Отряд, который ведёт единорог, попадает в нужное место гораздо быстрее, чем идущие по обычным путям. Вот, например, отсюда до болотного поселения добираться приходилось неделю. Я провёл их за полдня. Поэтому за нами началась охота».

- А почему вы не дали отпор?

«Отпор? – удивился Атил. – Мы не могли найти другой путь, а сковывающие чары на людей-охотников вскоре перестали действовать».

- Прикончили бы парочку, глядишь, остальные бы отступились, - со злостью сказал Нариман, вспомнив свою жизнь в плену.

«Лишить жизни разумного? – содрогнулся единорог. – Это в сто раз хуже, чем лишить жизни что-то живое. За такой грех твой народ никогда не расплатится. Для нас неприемлемо даже думать об этом».

- Не обращай внимания на мои слова, - смущённо улыбнулся Нариман. – Это у меня ещё отголоски старого. Я ведь сам позавчера только из плена освободился, вот и ляпнул сгоряча, не подумав. А сказал, и самому плохо стало. Знаю, что не имеет права один разумный отнимать жизнь другого разумного. Не будет ему за это прощения.

- И что, вы так и смирились? – с возмущением вмешался Витька.

- А что делать? – вздохнула Лита, с благодарностью удобнее устраиваясь на кресле, созданном для неё Алексеем. – С тех пор примерно каждой сотой паре не удаётся пройти по пути в Большой мир. Мы идём на это, поскольку знаем, что все наши маги заняты этой проблемой, как уберечься от злых людей, и надеемся, что они найдут решение.

- Считай, что решение уже найдено, - сообщил Иван. – Я лично берусь освобождать каждую пару, которая будет поймана, пока мы вообще не покончим с похищениями. Кстати, вы ведёте учёт, сколько ваших уже томятся в плену у людей?

- Да, эти «горькие списки» хранятся у нашего Старейшины, - подтвердила Лита.

- Лита, а с информационным полем Весты у вас есть связь? – спросил Алексей.

- Да, есть, - отозвалась Лита, - но это получается у тех, кто возвращается из Большого мира, чтобы руководить нашим народом. Все дети рождаются только на Весте.

- Сейчас я свяжусь с вашим Старейшиной, - проворчал Алексей. – Попрошу у него эти «горькие списки» и договорюсь, куда отправлять ваших освобождаемых сородичей.

«А куда отправишь ты нас?» – осторожно спросил Атил.

- А куда захотите, - тут же откликнулся Иван. – Хотите – на свой материк, хотите – на путь в Большой мир, а захотите отдохнуть и подумать – милости просим погостить у нас.

Симбионты переглянулись, ответила Лита.

- Спасибо за приглашение, мы решили побыть у вас, очень любопытно познакомиться с новыми, необычными людьми. Мы ощущаем, что вы отличаетесь от жителей Весты, нам интересно.

*

Пока братья Куприны занимались единорогом и пегасами, а Князь обсуждал дальнейшие дела со старостой Гордеем, Семён обратил внимание на помост в глубине площади, где стояла стайка испуганных детишек с узелками в руках. Рядом с ними на краю помоста сидела молодая женщина, прижимающая к себе двух малышей, по виду 2-х и 3-х лет. Помост окружала толпа тихо плачущих женщин, с отчаянием и надеждой глядящих на неожиданно появившихся людей Князя. Семён решительно направился к помосту.

- Что загрустили, бабоньки? – нарочито весело обратился он к женщинам. – Что случилось? Грех в такой хороший день печалиться.

Женщины молчали, с опасением поглядывая на Семёна. Рядом с ним показалась старушка, которая уже рассказывала волхвам про Белянку. Она бесстрашно вступила в разговор.

- А это, сынок, родительницы тех детишек, что на помосте собраны. Потому и плачут, что с детьми прощаются.

- А зачем прощаться-то? – с недоумением спросил Семён. – Что с детьми не так?

- Их староста отобрал из семей. Сегодня должны были увезти в чужбину. Князь наш повелел ему детишек малых присылать, чтобы сызмальства приучались служить ему.

- Во-от в чём дело, - протянул Семён и оглядел всех поникших женщин. – Так чего вы сейчас-то ждёте? Старосту сменили, князь у нас теперь другой, ему слуги не нужны, так что разбирайте своих детишек и домой ведите, нечего им…

Семён не успел договорить, как толпа женщин ринулась к помосту, детей быстро расхватали, и вскоре на площади не было видно ни женщин, ни малышей. Только скорбная фигурка на краю помоста продолжала прижимать к себе детей.

- А ты что же домой не идёшь, милая? – Семён подошёл к ней поближе.