Пирамида (СИ) - Страница 50

- А почему Светолик князю обещан, если он ещё маленький, в слуги не годится? – удивился Геннадий.

- А Белянка-то у нас Ведающая, стало быть и Светолик магом будет, - пояснила старушка.

В это время в толпу ворвался запыхавшийся Нариман. Он сразу прошёл к плачущей Белянке.

- Не волнуйся, дорогая, спасли твоего малыша. Всё с ним хорошо будет. Он сейчас наелся и уснул, а как проснётся, моя жена тебе его и принесёт.

Та радостно вскрикнула и обняла покрасневшего Наримана.

- Спасибо, спасибо вам, добрые люди, - плакала Белянка. – Видно, Создатель вас послал к нам на спасение.

С высокого дерева на краю площади послышался громкий детский голос.

- Дяденька Ставр, дяденька Ставр, верховые вдоль реки скачут, а за ними повозки. Ты велел сказать сразу.

- Ну вот, Гордей, и кончилась твоя недолгая власть, - злорадно заявил воспрянувший духом Ставр. – Да и тебе, волхв, - он пренебрежительно глянул на Дмитрия – теперь не поздоровится. Может, успеешь сбежать, если поторопишься.

- Зачем же бежать, - усмехнулся Князь, - я отсюда бежать не собираюсь, я здесь буду жить.

- Ага, ага, - закивал Ставр, удовлетворённо оглаживая бороду, - поживёшь ещё немного, пока княжьи дружинники подъедут.

Князь незаметно кивнул Витьке, пока Ставр отвлёкся, напряжённо вглядываясь в сторону берега.

- Скажи тихонько старосте Гордею, чтобы старики, женщины и дети отошли за помост, но постепенно, чтобы бывший староста этого не заметил.

Витька восторженно кивнул и прошмыгнул к Гордею. Выслушав Витьку, Гордей так же тихо и незаметно сказал несколько слов окружающим, и в толпе началось движение, мало заметное со стороны.

Около десятка всадников и три повозки въехали в деревню со стороны реки. Земляне мысленно ахнули от неожиданности. Впереди на белом единороге ехал дородный мужчина в полушубке, меховых штанах и сапогах. Рог единорога был покрыт каким-то чехлом. А остальные верховые сидели на странных лошадях: по бокам этих лошадей виднелись прижатые ремнями крылья, которые выдавались сзади.

«Пегасы», - догадались волхвы.

 Передовой всадник важно держал поднятое копьё, за спиной лук с колчаном, на боку – сабля в ножнах. Остальные были одеты похоже, тоже вооружены луками и саблями. Они подъехали ближе, и первый приветствовал Ставра, нарочито не замечая остальных.

- Ну, Ставр, а вот и мы. Готов ли оброк, собраны ли княжьи слуги? А то мы торопимся, нам надо засветло успеть в следующее поселение.

Ставр ответить не успел. Раздался спокойный голос Князя:

- Оброка с этого поселения вам больше не будет. Разворачивайтесь и уезжайте в следующее поселение, если такое вас примет. Заодно и Ставра прихватите, здесь он больше жить не будет.

- Это ещё кто такой? – верховой сурово глянул на Князя.

- Представляешь, Жихарь, - пожаловался Ставр, - заявился неизвестно откуда, распоряжаться начал, народ мутит. Говорит, теперь он здесь жить будет, волхв он какой-то.

- Ну, это мы сейчас прекратим, - нахмурился Жихарь. – Тебя спрашиваю, кто ты такой? – грозно обратился он к Князю.

- А ты кто такое, чтобы меня спрашивать? – пренебрежительно отозвался Дмитрий. В толпе послышались смешки.

- Я княжеский дружинник! – грозно рявкнул Жихарь.

Остальные конники нахмурились  и положили руки на рукоятки сабель.

- Да неужели? – весело удивился Князь. – И с каких это пор княжеские дружинники одеваются как разбойники?

- Какие разбойники, ты что? – глаза у Жихаря забегали. – Мы же не в походе, на сборе дани.

- Дань собирали осенью, - отрезал Князь. – Зимой пропитание только разбойники собирают.

- И правда, - охнул один из мужиков. – У нас же прежде никогда дань два раза не требовали.

Взрослых мужчин в толпе было не менее трёх десятков. Ватажники тревожно заёрзали в сёдлах.

- Вот что, разбойнички, - решительно сказал Князь. – Забирайте своего сообщника, уезжайте по-хорошему и забудьте сюда дорогу. Здесь вам больше ничего не обломится.

- Ах ты, мразь, - разъярился Жихарь, поднимая копьё. – Я тебе сейчас покажу, чего тебе не обломится…

Он осёкся, с недоумением глядя на оставшийся у него в руке черенок копья, который разломился от брошенного Князем сюрикена. Копьё с наконечником лежало теперь у ног старосты Гордея. Тот с довольной улыбкой поднял копьё и опёрся на него.

- Ну, гад, сейчас ёжиком будешь, - мрачно пообещал Жихарь, выхватывая стрелу и готовясь положить её на тетиву. – Стрелами его, братья, - обратился он к ватажникам.

Снова свистнули сюрикены, и шестеро ватажников, которые последовали призыву главаря, с криками схватились за руки. Перебитые сюрикенами тетивы повредили им кисти рук.