Первый пользователь. Книга 12 (СИ) - Страница 32

— Ну и хрень… Неужели до белочки допился? — Пробормотал он, опрокидывая в рот очередную порцию спиртного.

Но алкоголь не помогал. Крысы не уходили, вдобавок на запястье вновь вибрировал коммуникатор, словно стараясь привлечь его внимание и Богдан сдался, обратив на него внимание. Устройство, долгие месяцы не подающее признаки жизни, внезапно начало показывать новости, транслируя мелькающие один за другим заголовки: «Вторжение ящеров. Паника в городах…», «Призыв к сопротивлению. Формирование добровольческих отрядов проходит в зданиях администрации ваших населенных пунктов.»

Богдан сжал челюсти, пытаясь отмахнуться от этих тревожащих сообщений, как от назойливой мухи. Хватит! Он уже отвоевал своё! Теперь будет жить как хочет! Но, они уже впились в него, как клещи. Его взгляд невольно упал на трещину в потолке, из которой сочился белый свет. Он вспомнил, как Макс что-то говорил о портале, о космосе, о других мирах. Вспомнил, как тот уходил, оставляя его одного и подумал, что возможно следовало пойти с ним. Он же как-то выбрался.

— Да чёрт с ним! — Громко закричал мужчина, но его руки дрожали. — Мне и тут нормально.

Он попытался забыться, продолжая заливать мысли алкоголем, но в голове снова зазвучал голос из прошлого: «Ты десантник, Богдан. Даже если ты бросишь службу, ты всегда будешь десантником. А это значит — что твоё призвание, защита людей.»

Голос человека, который учил его прыгать с парашютом, стрелять в цель. Голос, который он ненавидел после увольнения, когда все его идеалы разбились о реальность. Голос, который не умолкал, хотя человек был давно мертв — ведь он сам тащил окровавленный кусок мяса на базу. Голос, последними словами которого были: «Не вини себя». Но он знал, что это он виноват. Что он не послушался слабого предчувствия, терзавшее его в тот день с самого утра. Он не остановил командира, не сказал, что нельзя!

— Заткнись… — Прошептал он, но голос в голове не умолкал.

Внезапно крыса, сидевшая рядом, резко прыгнула на стол, перевернув бутылку. Самогон расплескался, и Богдан раздражённо ударил рукой, отшвырнув грызуна в угол. Ошеломлённо посмотрел на него. Этот, грызун, в отличие от предыдущих крыс — был настоящий.

Крыса, обиженно попискивая, ринулась в угол, пересекая комнатушку наискосок и закопалась в ворохе старой одежды.

— Ладно… Уговорили. — Пробормотал он, глядя на коммуникатор. — Посмотрю, что там у них там приключилось.

Он активировал устройство, открыл новостной портал и ткнул в первое попавшееся видео: камера снимающего дрожала, вокруг раздавались истошные крики людей. На заднем фоне — разрушенный город, пылающие дома. И среди всего этого хаоса — плачущий ребёнок, сжимающий в руках окровавленного игрушечного медведя.

Богдан замер. Он узнал этот город. Если по этой улице пройти прямо, потом повернуть налево, то вот — родной подъезд в старой пятиэтажке. Место, где он вырос.

— Чёрт… — Прохрипел он, до боли впиваясь отросшими, давно не стриженными ногтями себе в ладонь.

В голове снова всплыли воспоминания, на этот раз с присяги, когда он, ещё молодой срочник, только завершивший курс молодого бойца, стоял на плацу с автоматом в руках: — «Я, Алексеев Богдан Денисович, торжественно присягаю на верность своему Отечеству — Российской Федерации. Клянусь… »

Потом сверхсрочная, первый контракт, второй, третий… Боевые действия, ранение, гибель сослуживцев и дембель… И гражданская жизнь. Работа в частной охране, попытка собственного бизнеса, если можно так назвать самогоноварение, периодически накатывающие плохие воспоминания. Пьянство. Банкротство. Нищета. И наконец вот — этот подвал, где так хорошо было прятаться от мира.

— Ты же обещал… — Прошептал он сам себе, слепо смотря в стену. — Обещал, что если что — встанешь на защиту Родины. А теперь прячешься, как таракан.

Вокруг, в мерцании воздуха начали появляться десятки крыс с блестящими глазами. Они выстроились вокруг него, склонив головы, словно прислушиваясь.

Богдан медленно опустил взгляд.

— Вы что, тоже хотите выбраться?

Он рассмеялся — коротко, горько.

— Ладно. Хватит прятаться. Нужно возвращаться домой.

Он резко встал, скинул с себя потрёпанное одеяло и начал действовать. Проверил запасы в инвентаре, открыл меню коммуникатора, бросив взгляд на характеристики и навыки. Тот костюм, который ему подарил Макс, тогда преобразовался в навык, и он из интереса закинул в него десяток очков навыка. Пару раз протестировал, ненадолго активируя, но потом бросил забавную игрушку. Вонючее одеяло было гораздо роднее, чем стерильный скафандр.

— Пора. — Сказал он, выходя из комнатушки и снова поворачивая налево.

Там, вдали, стены снова начали мерцать, меняясь прямо на глазах.

Активировал защиту и все посторонние чувства словно отсекло. Исчезло давящее чувство тревоги, ощущение, что кто-то за ним следит и в этот же момент реальность словно взбесилась. Будто «нечто» потеряло его и теперь спешно старалось отыскать.

Коридор внезапно расширился, превратившись в огромный зал. Вот только вместо кирпичей, стены здесь состояли из пульсирующей плоти. Пол под ногами был скользким, покрытым слизью, а потолок сочился капающей вниз кислотой. Богдан остановился, чувствуя, как внутри него поднимается паника.

— Матерь божья! Это я что, всё это время тут жил, что ли? В каком-то желудке? — Проговорил он с отвращением.

Рядом вспух отвратительный нарост, сформировал безглазую голову с одним большим ртом во всю ширь и из него раздался низкий, резонирующий, голос. И в нём звучали подозрительно знакомые интонации его бывшего командира. «Останься. Ты счастлив здесь. Ты всегда был трусом. Мир жесток, но тут тебя никто не тронет!»

Богдан сжал кулаки.

— Я не трус! — Закричал он. — Я десантник, мать твою! А десантники бывшими не бывают!

Голос, словно знающий его сомнения, продолжил: «Десантник? Ты же месяцами прятался в подвале. Пил, жрал крыс и ждал смерти. Ты не герой. Ты трус. Останься со мной. Ты будешь счастлив. И я буду счастлив. В слиянии сила.».

Не желая даже слушать этот голос, он активировал навык «Запасливости», и начал выбрасывать из инвентаря трехлитровые банки с самогоном, разбрасывая их повсюду. Десятки, сотни банок. Они падали на пол, разбиваясь, заливая всё вокруг спиртным.

— Сдохни тварь! — Крикнул Богдан, доставая спички. Он чиркнул одной о спичечную коробку и бросил её в лужу спирта.

— Посмотрим, как тебе это понравится!

По всей поверхности тут же вспыхнуло пламя, а он, стоя по колено в огне, надежно защищённый бронёй, продолжил забрасывать всё вокруг банками с девяностоградусным самогоном. Огонь охватил весь желудок, и голова монстра завыла от боли в том самом, давно слышимом им чудовищном вопле.

Со всех сторон, в огонь начали бросаться крысы, тут же сгорающие в очистительном огне, и монстр начал биться в пароксизме боли. Но, даже несмотря на то, что мужчину сбило с ног, он не переставая хохотать от того, что наконец решился действовать, продолжал вытаскивать из инвентаря всё новые и новые трёхлитровые банки и бросать их в разные стороны, добавляя все больше и больше огня.

=Убит босс локации, синергический ментальный паразит 110 уровня. Получено 398 процентов опыта, 700 процентов опыта за прохождение локации, 5 очков бонусных характеристик, 1 очко навыка=

=Убит секретный босс локации, синергический ментальный паразит 120 уровня. Получено 911 процентов опыта, 10 очков бонусных характеристик, 2 очка навыка=

Прямо возле него появился портал на выход и последний, уже рефлекторный спазм мышц убитого монстра, выбросил его как раз в него, не оставляя человеку выбора.

Богдан рухнул на пол в том же самом подвале, из которого и уходил в портал, спасаясь от облавы полиции, ощущая что-то странное. Кожа покалывала, словно её обработали антисептиком, а мышцы, которые давно превратились в бесформенные мешки, внезапно стали твёрдыми, как сталь. Он спешно деактивировал костюм и уставился на руки. Суставы больше не болели, а ногти, когда он посмотрел на них, были ровными, без желтизны. Исчезли все старые раны, пропали многочисленные язвы, ранее покрывавшие их, да и вообще — он стал ощущать себя так, словно только ему снова восемнадцать лет и вся жизнь впереди.