Пересекающиеся Миры. Волшебницы (СИ) - Страница 36

- Нет, Тань, нету среди нас никаких мужиков. - такой же, как и в пансионате, уютный вечер только по-настоящему домашний хоть и без камина и кошки на коленях.

Татьяна, Ира и Катя поужинали чем холодильник послал, кстати, послал он не так уж и мало и теперь тоже пили чай, правда не из самовара.

- Тут не только мужиков, - продолжала Ира. - таких как мы и за границей нет, только у нас такие чудеса водятся.

- Это что же, религия что ли такая? - вообще-то Татьяна хотела расспросить, что и как, и куда она попала, кем или чем стала? Но Ира предвосхитила её просьбу, сама завела этот разговор.

- Нет, Тань, никакая это не религия, это древнее чем все религии. В те времена ни религий, ни жрецов с попами никаких не было, не придумали ещё. Это не я придумала, Зоя Павловна рассказывала. - Ира поуютнее устроилась на диване, залезла с ногами, не иначе для того, чтобы удобнее было дальше рассказывать.

Диспозиция охотниц, если это можно так назвать, выглядела следующим образом: как самой молодой и самой "мелкой", по телосложению разумеется, Кате досталось самое большое кресло в которое она погрузилась целиком и полностью, с ногами, и ещё место для двух таких же как она осталось. Ира расположилась на диване, ну а Татьяна на стуле, это потому что хозяйка, потому что гостей принимает. Хозяйке, сами знаете, надо, не надо, в большинстве случаев сама причину придумает, надо то за тем, то за тем на кухню или ещё куда сбегать, да и гостеприимство пока что никто не отменял. Видя что подруги, а заодно и гости окончательно почувствовали себя как дома Татьяна пошла в другую комнату и вернулась с двумя пледами. Одним одна укрыла Катю, которая как-то подозрительно притихла. Может уснула? А второй передала Ире, сама пусть накроется, а то через стол неудобно.

- И что дальше? - вернувшись на стул спросила Татьяна и тут же, словно вспомнив о том что гости у неё, а она радушная хозяйка, спросила. - Ещё чаю?

- Нет, спасибо, пока не надо. - ответила Ира затыкая под себя плед как будто в квартире была холодина лютая.

Катя же вообще ничего не ответила, даже не отреагировала, как сидела, так и продолжала сидеть, точняк уснула, сморило охотницу.

- Да вроде бы ничего. - пожала плечами Ира. - Знаешь, я по себе и о себе говорю. Зоя Павловна не очень-то много на этот счёт и рассказывала, ну может быть чуть больше чем я тебе сейчас. - и уже Кате, - Слышь, Охота, тебе Зоя Павловна много чего рассказала?

"Охота", она же Катя, открыла один глаз, помолчала как бы решая, достойна ли Ира её внимания, и только потом ответила:

- Не-а. Тоже самое. - после этого глаз Кати закрылся и опять не поймёшь, спит или просто сидит и слушает?

- Я, Тань, сама до всего доходила. - улыбнувшись поведению Кати продолжала Ира. - Нет, не потому что жизнь заставила, а потому что интересно стало. Ты знаешь, вот живём мы, живём, ну не мы, а самые обыкновенные люди и даже не подозреваем, что вокруг столько интересного. А знаешь почему?

- Почему? - спросила Татьяна, кажется Ира, уж неизвестно, специально или получилось так, заинтриговала гостеприимную хозяйку.

- А потому что в жизни полным-полно вещей и дел, которые кажутся главнее. Семья, дом, работа, дача у некоторых есть, некогда задумываться об окружающем мире. Ну, да что там представлять, видит человек то и тех, кто и что его окружает, постоянно видит, а значит привыкает. О том, что находится за пределами того, что он видит далеко не каждый задумывается, кому некогда, а кому лень. Вот ты какие книжки любишь читать?

- Ну, детективы. - ответила Татьяна.

- А почему?

- Откуда я знаю почему? Нравится и всё тут.

- Не всё, Тань, хотя и тут. - усмехнулась Ира. - Оказывается человек с удовольствием читает детективы, ну или детективные фильмы смотрит, потому что не совсем уверен в своей безопасности, в своём благополучии. Оно получается: смотрит человек тот же детектив, видит как на экране чёрт-те что творится, а внутренний голос, хоть и неслышно, в это время талдычит: а у тебя всё хорошо, а за тобой никто с ножом не бегает, и с родными твоими всё в порядке. Понимаешь?

- Да ну нах...! - удивилась Татьяна.

- Правда, Тань, правда. На самом деле так оно и есть, просто-напросто подавляющее большинство реакций нашего подсознания, наверное за исключением откровенной радости и откровенного страха, так глубоко скрыто и зашифровано, что мы их не замечаем. Для того чтобы, ну хотя бы найти их, эти реакции, определить их, надо начинать копаться в себе, а это у нас считается первым признаком сумасшествия. Вот народ в себе и не копается: кто боится, а кто сам себя стесняется.

Ну а насчёт нас, это Зоя Павловна пример такой приводила. Говорила: Мир, который в нас и который вокруг нас он очень большой и очень разнообразный. Ну например, это я от себя, вот пришла ты на луг, а там трава, цветы растут. Разве на нём только один вид цветов или травы растёт? Нет конечно! Их там столько всяких разных видов, считать замучаешься. Так и с тем, что у нас внутри и что нас окружает. Но человек, нет, не устроен, это он сам себя так устроил, выбирает что-то одно. Это, знаешь, как за столом: всякой всячины полным-полно, а тебе понравилось какое-то одно блюдо вот ты на него и налегаешь. Нет, разумеется и что-то другое лопаешь, но делаешь это в основном чтобы хозяйку не обидеть, старалась всё-таки, или же из любопытства.

Или же, представь, живёшь ты в большом и красивом доме. Дом большой, комнат много, а ты живёшь в какой-нибудь кладовке, хорошо тебе там. Это я к тому, что человек из всех дарованных ему возможностей выбирает самую малость тем всю жизнь и довольствуется при этом не забывая на ту самую жизнь жаловаться, мол, обделили. А кто, спрашивается, его обделил? Сам себя и обделил. Вот так-то.

- Правду говорит Браконьерша. - не открывая глаз сказала Катя. - Я тоже много думала на этот счёт, даже в себе копалась, интересные вещи выясняются.

В Катю сразу же полетела маленькая диванная подушечка, а затем грянул дружный и громкий девичий смех.

- Чё дерёшься?! - увернулась от подушки Катя, а глаза-то у неё были закрыты. Вот что значит охотница. - Тань, у тебя водка есть?

- Есть. - сквозь смех ответила Таня. - А тебе зачем?

- А я сейчас напьюсь и буянить буду! - заёрзала выбираясь из-под пледа Катя, как будто и правда собиралась пить водку. - Вот тогда попляшете у меня!

- Мы и так от тебя только и делаем, что пляшем! - ещё больше смеясь ответила Ира. - Тань, дай ей водки, пусть лопает. А мы, как напьётся, вытрезвитель вызовем, пусть там буянит, они буйных любят.

***

- На вот, возьми. - бабка Василиса протянула Алёне простой небольшой полотняный, типа кисета, мешочек завязанный на верёвочку.

- Спасибо, бабушка. - думая что это подарок принялась благодарить Алёна.

- Не подарок это! Не благодари! - строго сказала бабка Василиса. - Мох это, тот самый. Помнишь в лес ходила?

- Помню, бабушка. - кивнула Алёна. - А для чего он?

- Он знает для чего. - пристально глядя в глаза Алёне сказала бабка Василиса. - Коли придёт его час, увидишь. А так, мала ещё, баловаться начнёшь.

Каких-либо особых вещей Алёна с собой не брала, не на курорт ехала, небольшая дорожная сумка вот и все её вещи. Как водится, присели на дорожку. Помолчали, а потом бабка Василиса всё тем же ворчливым тоном сказала:

- Всё, иди. Провожать не пойду, некогда мне с тобой глупостями заниматься.

Автолавка представляла из себя самый обыкновенный автомобиль Урал-вахта. А что, для посещения полузаброшенных деревень - самое лучшее транспортное средство, причём невзирая на время года. В будке разумеется находился немудрёный товар в виде тех же макарон, сахара, чая, конфет печенья, консервов и прочей бакалеи.

Хозяин автолавки, а заодно водитель и продавец - Володя, весёлый, сорокалетний мужик, среднего роста, коренастый, с уже явно обозначившимися заслугами перед возрастом в виде живота встретил Алёну чуть-ли не как родную. Единственное, о чём он предупредил Алёну: в город они приедут только вечером, помимо этой, ещё надо будет штук пятнадцать деревень объехать. Алёна не возражала, да и как тут возразишь, если другого хоть какого-то транспорта чтобы уехать из деревни не было вовсе, даже лошади запряжённой в сани.