Пересекающиеся Миры. Ангелы (СИ) - Страница 8

***

Кто-то провозгласил: пить водку с подчинёнными, это чуть-ли не преступление. Может быть, но это смотря какой начальник и какие подчинённые. А скорее всего это провозгласил тот, кого, ну если случится такая пьянка, подчинённые прибьют в порыве "светлых чувств" к своему начальнику.

Чтобы не идти с мужиками пить пиво Фёдор даже ни секунды не задумывался, надо идти, обязательно надо. Ну а раз надо, Фёдор сунув пару соток охране на проходной договорился оставить до завтра свой автомобиль на территории завода, в подвыпитом состоянии он за руль не садился - принцип!

Пивбар, как ему и полагается, встретил бригаду Фёдора радостно и можно сказать, с удовольствием, разве что в обморок не упал от счастья. Народ в баре, не сказать что много, но уже был - в основном такие же работяги с завода. Сами знаете, когда работаешь ну на том же заводе, к примеру, то почитай всех, во всяком случае в лицо, знаешь. Так что атмосфера в пивбаре царила если уж не производственная, то почитай родственная. Посетители бара запросто переговаривались с другими точно такими же посетителями за другими столиками. Нет, никакого бардака и пьяной вакханалии вовсе не было. Ну отдыхали мужики, после рабочего дня отдыхали, и уж тем более после собрания.

Наверное это собрание, будь оно неладно, совершило некое чудо и напрочь уничтожило разговоры присущие каждой компании и каждому столу - все говорили об одном, правда каждый на свой лад. Кто-то потешался над перспективой стать новочеловеком, рассказывал анекдоты которых, кстати, им было посвящено великое множество. Разделяющие взгляды рассказчика, а может быть не решающиеся всерьёз обдумать случившееся дружно гоготали не забывая при этом про пиво. Кто-то с самым серьёзным видом рассказывал случай из жизни корефана или соседа, при удобном случае такие истории обязательно всплывают из глубин памяти, как тот попался в лапы к новолюдям и чуть было сам не стал одним из них, но слава богу, пронесло. Здесь комментарии были несколько сдержаннее, впрочем, всё равно находился кто-то, кто умудрился узреть в этом юмор, хоть и чёрный. Ну и конечно же, а куда без них, была группа, так сказать, гневно протестующих. Эти не рассказывали ни анекдоты, ни правдивые истории из жизни корефанов, в основном они налегали на пиво. Ну а кроме пива слышались гневные коментарии произошедшего, угрозы в адрес дирекции завода и вообще неизвестно кого и призывы чуть-ли не прямо сейчас идти в заводоуправление и на полном серьёзе спросить у того же директора: "кого это он назвал пидарасом?".

Бригада Фёдора расположилась за отдельным столом, благо оказался свободным. По дороге, святое дело, заглянули в магазин и прихватили с собой. Но прихватили, по мнению почитай всей бригады, совсем немного, всего-то два литра. Оно конечно, если смотреть на два литра водки вообще, тогда чуть-ли не море разливанное, а вот если посмотреть на то же её количество через призму состоящую из одиннадцати человек, то не так уж и много, вернее, в самый раз. Разумеется предложения о покупке третьего литра последовали прямо там, в магазине, но Михалыч, вот уж точно бригадир, кстати, за глаза его называли Серый кардинал, всего одной лишь фразой успокоил не в меру жаждущих членов бригады.

***

- Я вот что думаю, Михалыч, - начал излагать свою, как ему казалось, гениальную мысль всё тот же Николаич. - а что если нам письмо написать, ну в газету там какую-нибудь или на телевидение?

К тому времени бригада уже замахнула по первой, закусила тем, что пивбар послал и принялась за пиво с сигаретами.

- Ты телевизор смотришь? - вопросом на вопрос ответил Михалыч.

- Только футбол или хоккей. - не подозревая подвоха ответил Николаич. - Да и что там смотреть? Какой канал не включи, сплошное, типа этого, как его, ну который выступал.

- Вот ты сам и ответил на свой вопрос. - хмыкнул Михалыч и добавил. - Ну предположим напишем мы это письмо. А дальше что?

- Что? - спросил кто-то из мужиков.

- А дальше, эти самые, что с телевидения, что из газеты, припрутся к нам на завод. Более того, в нашу бригаду припрутся, всё перевернут с ног на голову, в смысле, напишут и наснимают такое, как-будто это мы чуть-ли не предложили всем поголовно вступать в эти самые новолюди. Ладно если только на заводе, отбрешемся, да и не поверит никто, потому что знают нас. А если по всему городу? А если, не дай бог, по всей стране, тогда что? Где мы тогда будем прятаться, на Луне или на Марсе?

Да уж, перспектива, нарисованная Михалычем выглядела ещё чудовищнее, чем само вступление в ряды новолюдей. Бригада захмыкала, закрякала, заматериалсь в полголоса - каждый по-своему прокручивал в голове последствия письма предсказанные Михалычем.

- Ну тогда в правительство, властям?! - не унимался Николаич.

- А там, что, думаешь другие сидят? - опять вопросом на вопрос ответил Михалыч. - Ах да, ты же телевизор не смотришь... А я его иногда смотрю, те же новости смотрю. И вот что я тебе скажу, Николаич: у меня такое впечатление, власть наша, за малым исключением, состоит из этих самых новолюдей. Думаешь почему они каждый день и с утра до ночи про реформы орут? Орать-то орут, а в стране ничего толкового не происходит. Вернее так, происходит конечно, но происходит то, что простой человек на себе ощутить не может, масштабы не те, и руками потрогать тоже не может. А что касаемо нашей, простых людей жизни, какие-то реформы, ну чтобы мы жили лучше, что-нибудь происходит?

- Хрен там! - отозвался Санька.

- Вот и я о том же. Хорошо хоть хуже не становится, и на том спасибо. Видать наши власти на более не рассчитаны. Вот так-то. Николаич, что сидишь?! Наливай давай.

После этого продолжать столь гнусную, не меньше, тему никто не отважился, а скорее всего просто не захотел. Тем более, что водка с пивом своё дело туго знали, как обычно, наобещали душе с три короба, а та - дура доверчивая, и поверила, и подобрела.

А что Фёдор, бригадир всё-таки? А ничего Фёдор! Это там, в цеху, он бригадир, а здесь, в пивнухе, такой же работяга как и все остальные. Да и, если бы сейчас ему предоставили бы вести разговор, то есть, продолжать быть бригадиром, он скорее всего не смог бы. А вот Михалыч смог, и не предлагал никто, и отлично справился, погасил в зародыше неизбежные в таком случае мрачные разговоры, угрозы и их последствия. Дальше всё пошло по накатанной, как всегда: кто-то принялся рассказывать только вчера услышанный новый анекдот, кто-то начал рассказывать, разумеется призывая в свидетели всю бригаду, мол, какой он, ну чуть-ли вообще непогрешимый, об очередном косяке жены, опять что-то там не то сделала, мозгов-то нету! Тут же нашлись критики непогрешимости рассказчика, которые вспомнили об его косяках, как на работе, так и вне её. Приблизительно через полчаса, и не только благодаря водке с пивом, бригада напрочь забыла об этом треклятом собрании: обсуждали тех же футболистов с хоккеистами, спрашивали совета или же делились им по поводу ремонта автомобилей, квартир, благоустройства дач, да много чего мужик способен рассказать в хорошей компании, если на душе кошки не скребут. А кошки, разумеется благодаря Михалычу, в этот вечер попрятались по своим углам и притихли, разумеется до поры, до времени.

- Ладно, мужики, пора по домам. - сказал как приказал Михалыч.

Разумеется мужики были не согласны с предложением Михалыча, но ослушаться никто не посмел. К тому же завтра на работу, а приходить с перекошенной с похмелья физиономией, хрен с ним, с заводом, в их бригаде не приветствовалось.

- И ещё, - уже прощаясь как-бы проинструктировал мужиков Михалыч. - дома о собрании, ни-ни...

***

Андрей возвращался домой в таком состоянии, что даже забыл о том, что за рулём, чуть-ли не подпрыгивал от счастья.

"Если это начало такое, то каким же будет продолжение? - радостно думал он - А через год? А через пять лет?".