Пейсбук - Страница 6

Русский: Что-то я устал спорить. Если бы, да кабы, то у всех на подоконнике народились ананасы, да сразу с шампанским. Вы тут еще поболтайте, а пока я пойду, займусь чем-нибудь полезным. Книжку напишу о вреде курения и алкоголизма, чтобы не думали, будто мы в этом понимаем только одно.

Еврей: Давай-давай! Если что, я в спортзале, подтягивайся. Будет скучно, там нам тоже будет, о чем поспорить!

А. Х. (оставшись один): Находясь по разные стороны круглого стола, мои герои порой отпускали в отношении друг друга чересчур острые шутки, допускали не всегда корректные высказывания, иногда даже на грани фола. Но, оказавшись внутри меня, их взгляды становились не так уж радикальны. Несмотря на то, что им бывает порой очень тесно друг с другом, найти общий язык оказывается все-таки проще, чем разрешить дело сварой. И невольно задумываешься, а что, если меньше слышать себя, но больше других. И не просто слышать, а еще и слушать. Конечно, прерогатива принимать решения всегда за тобой, но как здорово будет жить, если эти решения будут удовлетворять всех, и кто рядом, и кто далеко!

По-другому засияет солнце, шире откроются глаза. Сознание и душа сделают массу удивительных открытий. И либо убедишься в своей правоте и правильности суждений, либо наоборот, ломая стереотипы, откроешь для себя абсолютно новые видения мира.

Со временем понимаешь, что все значительно тоньше и глубже. Беседуя с двумя, казалось, такими разными персонажами, я сделал для себя несколько удивительных умозаключений.

Родина – понятие абсолютно не географическое, оно скорее характеризует субъективное ощущение комфорта в данном месте и в данное время. Причем, родину нельзя назначить. Она или есть, или ее нет. Нашел себе такое место, значит, ты счастливый человек. Но есть и космополиты, которые чувствуют себя одинаково комфортно повсюду, будь то Россия, Америка, Израиль, Япония… Дай Бог им быть успешными и счастливыми.

Как ни странно, не всякий русский любит Россию, и далеко не всякий еврей любит Израиль. Часто бывает наоборот. Хотя, можно поспорить. Но я не навязываю никому свое мнение. Пусть каждый выбирает сам. Где, как и с кем жить. Кстати, две глобальные в мировом масштабе личности, внесшие неоспоримый вклад в еврейское движение, – Альберт Эйнштейн и Марк Шагал – никогда не рассматривали для себя даже теоретической возможности перебраться в Израиль. А Высоцкий, который задыхался и в конечном итоге задохнулся в Союзе, без того же Союза свою жизнь не представлял. Его учитель, режиссер мирового размаха, Юрий Петрович Любимов, столько хлебнувший и столько натерпевшийся, при первой возможности вернулся домой.

И самое главное. В отношениях людей не существует ни русского, ни еврейского вопроса. Проблема начинается, когда мы находим собратьев по нашим неудачам, комплексам или неуменьям, и вместе пытаемся установить, а кто же виноват? Крестовые походы и инквизиция, черносотенные погромы и Холокост – порождение идеологии, следствие массового помутнения рассудка. Ведь если одним хорошо, то другим обязательно должно быть плохо. А виноватые найдутся всегда: русские, американцы, китайцы, чукчи, в крайнем случае, китайские гегемонисты или израильская военщина.

Так недалеко и до…

Прости, Господи, бес попутал!

Их спор закончился также внезапно, как и начался. Сидя на террасе Salle Empire в Hotel De Paris, Монте-Карло, русский, сам не понимая почему, вдруг заказал местному оркестру попурри из еврейских песен. Еврей не заставил себя жать и ответил «Романсом» Свиридова. Потом они уже вместе попросили оркестр исполнить Show Must Go On. Музыканты развели руками и, в свою очередь, предложили Hey, Jude. Русский с евреем, не задумываясь, согласились, ведь эта песня была написана в те далекие времена, когда Леннон и Маккартни считались закадычными друзьями.

Возможно, на Земле до сих пор царил матриархат, если бы не события относительно недавней истории, которые разделили мир на «до» и «после».

Чуть больше двух тысяч лет назад в Бейт-Лехеме родился мальчик, у которого не было бабушки по отцовской линии. Про бабушку по материнской линии мальчик и сам толком ничего не знал, да и не мог знать: подробности ее жизни и появления на свет придумали и записали греки лет через 200 после того, как повзрослевший мальчик закончил свой земной путь.

Непростая получилась у мальчика жизнь, изрядно поносило его по миру. И пригляда за ним надлежащего не было: отец круглосуточно, практически вечно пребывал на работе, в то время как мать покорно исполняла отведенную историей роль и ни во что не вмешивалась.

Родной народ мальчика, даром, что считался богоизбранным, настрадался в те годы в полной мере. То свой собственный царь не давал ни вздохнуть, ни выдохнуть, то сменивший его наместник лютовал не по-детски. А с чего им быть добрыми? Ведь оба росли без бабушек. По крайней мере, ни в Библии, ни в Википедии о них не сказано ни слова.

Но наша история началась значительно раньше.

В те далекие-далекие времена, когда мы еще не были людьми, у нас не было и бабушек. Жизнь была настолько короткой, что родители родителей обычно не доживали до того момента, когда могли увидеть детей своих детей. А даже если и доживали, то вряд ли могли осознать и почувствовать родственную близость. Ведь изначально все отношения строились исключительно на потребности в еде и защите. Кормила самка, защищал самец. Родители родителей в силу скоротечности жизни быстро становились обузой для племени, и потому в них ценности не было никакой. И как результат – нравы, которые, кстати, иногда живут и поныне, но называются всегда одинаково – дикие.

Не могу согласиться с Дарвиным, который вдруг решил, будто бы труд сделал из обезьяны человека. Труд, вернее продуктивные движения (не путать с репродуктивными!) возникли значительно раньше человечества. В противном случае наши далекие предки просто замерзли от холода. Лично у меня не вызывает никаких сомнений, что первопричина нашего появления на свет как людей – огонь, вернее его укрощение. Научившись управляться с огнем, предки научились греться. А чуть позже – и готовить. И в этот удивительный момент на свет появилась первая бабушка. Именно бабушка в сегодняшнем понимании, а не родительница родителей.

Скажу больше. Как только питекантроп понял, что сидящая у костра красивая старуха – это и есть его бабушка, он начал уважать свою семью, своих предков. И – стал человеком.

Историю, как известно, творит тот, кто ее записывает. Царивший на Земле тысячелетиями матриархат с легкой руки историков-мужчин превратился в полумиф-полусказку. До нашего сознания написанные мужчинами учебники доносят имена лишь единичных представителей слабого пола, который оказался отнюдь не слабым. Клеопатра, Ярославна, Мария Медичи, Жанна Д’Арк, Екатерина II (Романова), Елизавета II (Виндзор)… Ну, возможно, еще несколько десятков женщин вселенского масштаба и две-три сотни – местного. Историки-мужчины пытаются убедить всех, что на этом роль дам в истории заканчивается, и, самое странное, большинство им верит безоговорочно!

Но как тогда оценить появление на свет величайших антигероев нашего времени?

Грабитель банков Коба с трудом помнил родителей и, повзрослев, стал страшнее Ирода, убивавшего младенцев. Адольф, стыдившийся кровосмешения в своей родословной, вообще избегал упоминания о предках и придумал религию, в сравнении с которой деяния первосвященника Каиафы казались детской шалостью…

Вы не задумывались, почему планета Земля насчитывает миллиарды лет, живой мир на ней – сотни миллионов, но в то же время, если верить святому писанию, современному человечеству никак не более десяти тысяч лет?

Может потому, что именно тогда наступила пора начать называть все и всех своими именами, включая людей? Ввести в оборот такие понятия, как любовь и ненависть, верность и предательство, честь и подлость, вера и неверие?