Память о мечте (сборник) - Страница 72
Изменить размер шрифта:
«Я была мертвой…»
Я была мертвой,
Но с землей не срослась.
Я двигалась, двигалась
И скользила незримо.
Я была мертвой,
Но по улице шла,
И мчались по мне
Автобусы и трамваи.
Но не было слышно
Пронзительного крика
«Скорой помощи»,
Но не было
Стоглазой толпы зевак.
Я вошла в дом,
И со мной говорила соседка,
И глаза ее
Не округлялись от ужаса —
Она не знала, что я мертва.
А я улыбалась,
Я притворялась живой.
И никто не знал, что я мертва.
Это знал только ты,
Мой единственный,
Самый лучший на свете,
Ты,
Которого я искала всю жизнь.
Но, может быть,
Ты просто забыл меня?
Мертвых забывают быстро.
«Не ищите могил забытых…»
Не ищите могил забытых —
Мертвым не нужно забот,
Нежных слов на мраморных плитах,
Подпирающих небосвод.
Ищите забытых людей,
Они спрятаны на виду —
В магазинах, среди площадей,
В толпе, в городском саду.
Каждый из них горд,
Им не нужно памятных плит,
Но обыщите город,
Найдите тех, кто забыт.
Ищите, ищите, ищите
До конца своих дней,
Улыбкой их воскресите,
Чтоб не стало забытых людей!
Понапрасну не тратьте сил —
Не ищите забытых могил.
«Я иду по фойе, как по вечности…»
Я иду по фойе, как по вечности.
Огни погашены.
Спектакль окончен.
Актеры освистаны.
Все овации достались статистам.
Я иду по фойе театра,
Где погашены все огни.
Но должна быть где-то дверь
С пятью красными огоньками —
«Выход».
Я иду долгие годы,
Я ищу в темноте дверь
С надписью «Выход».
А за ней —
Ворвется мне в легкие
Зеленая свежесть парков,
Я пройду под дождем света,
Света уличных фонарей,
Света звезд.
Будут и звезды.
Я могла бы отсюда выбраться
На метле, сквозь дымоход,
Потому что я ведьма,
Потому что мне ведомо
То, что неведомо многим,
Потому что я вижу
То, что не видят другие,
Потому что мне больно
То, что не больно другим.
Но звезды для ведьмы —
Это только черные дыры
В еще более черном небе.
Я иду по фойе, как по вечности.
Я нашла эту дверь.
Я прочла эти красные буквы:
«Выход».
И вышла.
Ледяная тьма обступила меня.
Больше нет и не будет двери
С превосходной надписью —
«Выход».
Монта Крома
(р. 1919 г.)
«Есть такие автобусы…»
Есть такие автобусы,
У которых широкие, синие окна,
Будто солнечный день
Постоянно стоит на дворе.
А с подножки сойдешь —
Под ногами осенняя слякоть.
Я – автобус.
Войди в него.
Окна мои темно-сини,
В них бушует гроза,
В них бушует такая гроза,
Что в простуженном воздухе
Явственно пахнет озоном.
Но выходишь,
И я в твоих круглых глазах
Вижу недоумение,
Горечь:
Обычное серое небо.
Ты вернулся в автобус
Затем,
Чтоб меня упрекнуть.
Но во все мои окна
Я желтый восход застеклила.
Желтый, словно пустыня.
Горячий, пустой, как пустыня.
Это
Кожей почувствуй,
Ему подымаясь навстречу.
Но выходишь.
И гнев тебе комкает губы:
Всюду серое небо.
Обычное серое небо.
Нет, меня ты не бьешь.
Но пощечину я ощущаю,
На плечах, на спине
Кулаков расходившихся тяжесть…
Я сгибаюсь,
Пытаясь себя защитить.
Так меня бы твой предок,
Твой честный, обиженный предок
Избивал бы
Пятнадцать столетий назад.
Нет, меня ты не бьешь.
Ты ни в чем меня
Не упрекаешь.
Но спешишь отвернуться,
Как будто плохой человек
Слишком близко стоит.
…Но в широких, изменчивых окнах
Всех цветов сумасшествие,
Счастье нежданных контрастов,
Будто мир на дворе
Необычно тревожен и сложен.
Мир,
Который понравиться может не всем.
Смотришь.
Медленно так расправляются плечи.
Плечи не понимают
Пока:
Это – сила
Иль это – бессилье,
Многоцветные окна мои?
Расправляются плечи,
Чтобы тяжесть нести,
Или с чем-то бороться,
Или окна разбить,
Или
Это обычное серое небо?!
Это все не игра.
Это жизнь.
В этой жизни мы двое.
Неделимы.