Отдам котёнка в добрые руки (СИ) - Страница 30

Пальцы сами собой стучали по клавишам, заполняя прошения и приказы, но Стив исподволь разглядывал Джека, то, как он аккуратно держал чашку, как плавно двигался, гордо вскидывал голову, сам того не замечая.

— Люблю тебя, — негромко признался он, чувствуя, как в груди щемит от нежного ласкового чувства.

Джек вздрогнул от неожиданности. Это было… так сразу.

— Не думаю, что стою этого, — он покачал головой.

— Ты стоишь куда большего, — серьёзно ответил Стив, свернул все окна. Поднялся, подошёл, сел рядом, так, чтобы не коснуться ненароком. Стиву казалось, что он сделал или сказал что-то не то, расстроил самого важного человека, хотя и никак не мог понять, что не так. — Я не мастер признаний, — Стив глянул на свои ладони, сжал их в кулаки до хруста суставов. — Боялся ошибиться и, видимо, бегу вперёд паровоза. Поторопился. Знай, я… — он выдохнул. — Мои чувства они не обязывают тебя ни к чему. Ты невероятный настолько, что иногда мне кажется, что ты мне снишься. Ты сильный, несгибаемый… ты просто ты.

Стив дёрнул уголками губ, резко поднялся, достал из шкафа куртку.

— Поехали домой. Баки волнуется, наверное.

Джек подошёл к Стиву со спины, притянул за пояс к себе, поцеловал в загривок.

— Не сердись, — попросил он. — Я знаю, со мной бывает сложно. Мне просто нужно время на осознание, Стив.

Крупно вздрогнув, Стив покачал головой. Он не злился, точнее, злился, конечно, но не на Джека, а на самого себя, на своё неумение держать язык за зубами, прятать в себе то, о чём кричать хочется. Баки был таким же в сороковые — говорил, что думает, прямо в глаза, нисколько не тушуясь, и мог отстоять сказанное в любой драке, в отличие от Стива, слишком хилого, но такого же гонористого.

— Всё в порядке, не переживай, — соврал Стив. — Поехали.

Если Джеку нужно время, Стив даст столько, сколько тому понадобится, будет рядом, но не станет давить, лезть под руку. Стив прекрасно знал современные нравы, начитался в интернете, что-то случайно услышал из разговоров в столовой — секс не повод для отношений, он не повод даже порой имя назвать. И если сам Стив был из другого времени, то Джек никак не обязан соответствовать каким-то его представлениям.

Стив знал, что Баки поймёт, почувствует, как всегда понимал и чувствовал. И знал, что он не станет осуждать или винить, но с Баки можно будет посидеть в тишине, переваривая собственную поспешность. Стив будет рядом с Джеком так и до тех пор, когда тот это позволит.

На обратном пути до Башни Джек чувствовал тягостное непонимание, повисшее между ним и Стивом, и ломал голову, что бы с этим сделать. Но что он мог предпринять? Стив был дорог ему, был для него важен. Он был членом семьи, Джек не хотел другого любовника. Но Джек не знал, любит ли его. Ему действительно нужно было время.

Лгать Стиву Джек не хотел, а правда причинила ему боль. И Джек был в растерянности. Ему хотелось взять Принца и закрыться у себя на сорок втором этаже, но он понимал, что только обидит Стива сильнее, насторожит Баки.

Чувства — это сложно. Всегда было сложно.

========== 15. ==========

Баки наблюдал за странными плясками Стива и Джека недолго, почти сразу сообразив, что между этими двумя всё как-то странно разладилось буквально за один день, хотя последнее время и Стив, и Джек ходили счастливыми и только что не светились. Что же могло перемениться настолько кардинально? Складывалось впечатление, что Джек откатился в состояние их первой встречи, и с большим удовольствием забился бы в самый тёмный угол своего этажа и не показывался бы оттуда. Стив и вовсе будто посерел весь, выгорел, если и улыбался, то картонно, фальшиво настолько, что зубы сводило. Он не перестал приходить на ужины и завтраки, но смотрел при этом так, что Баки жутко становилось.

— Так, Стиви, — Баки поймал его как раз после ужина и чуть ли не за ухо втащил в лифт, нажимая на кнопку его этажа. — Мы сейчас сядем, и ты мне расскажешь, какого дьявола у вас творится.

— Баки, мы сами разберёмся, — попытался отмахнуться Стив, но замолчал, получив металлической рукой по затылку.

— Ага, разберётесь, — цыкнул Баки. — Доразбирались уже. Джек не знает, куда спрятаться, голову в плечи вжимает, стоит тебе на кухню войти, — толкнул Стива на диван, нависнув над ним. — Что ты сделал моему сыну?

— Ничего, — Стив глянул так, что у Баки сердце ухнуло куда-то вниз, пропуская удары. — Я сказал, что люблю его. Только это, и всё. Разве я мог причинить ему вред?

Выдохнув, Баки откатился в сторону, плюхнулся рядом, доставая сигарету из пачки.

— Ой, дурак, — протянул он, закурив. — Разве можно вот так вот нахрапом? Он всю жизнь получал по шее за свою любовь, только начал выползать из всего этого, и тут ты со своей любовью. Не мог подождать хоть немного? Чего тебе не хватало?

— Баки, я понимаю…

— Понимает он. — Баки выпустил струйку дыма в потолок, краем уха слыша, как усиленно заработала вытяжка. — Всё-то ты понимаешь, а что же тогда выглядишь так, будто жизнь кончилась? Ты ему нравишься, а любовь… Стив, любовь — сложная материя, особенно для Джека, особенно сейчас. Он не видел любви — никогда и ни от кого. Он боится принять приятие за любовь, боится причинить потом боль.

Стив съёжился на диване, подтянув ноги к груди, ткнувшись лбом в плечо Баки, чувствуя тёплую ладонь на затылке, он распадался на части, почти скулил, давая наконец выход страху.

— Друг мой Стивен, — тяжело вздохнул Баки, копируя Тора. — В первый раз, что ли, нас не любят те, в кого влюблены мы. Не мучай Джека, не смотри на него глазами побитой собаки. Радуйся хотя бы возможности находиться рядом, что он не улетел в Гильбоа, а остался рядом, и ты можешь его касаться. А любовь… разве тебе было плохо, пока ты не ляпнул о любви?

Баки посидел ещё со Стивом, молча гладя его по плечам и спине. Он знал, что терзает его друга, и этого всегда и боялся. Стив был идеалистом, верным своему слову, и когда влюблялся, это каждый раз было «навсегда», но из современного поколения мало кто мог потянуть такую ответственность. И, видимо, Джек оказался не готов.

Поднявшись на сорок второй этаж, Баки постучался в дверь и вошёл, не дожидаясь приглашения.

Джек стоял у балкона, смотрел на Центральный парк и курил.

— Ты пришёл рассказать мне, какое я дерьмо, что не ответил на светлые чувства Стива? — мёртвым голосом произнес он.

— Нет, — покачал головой Баки. — Ты ничего ему и его чувствам не обязан. Бывает так, что мы не любим тех, кто любит нас. Я пришёл попросить тебя не закрываться в себе, малыш. Нет для этого повода.

Джек повернулся к отцу.

— Я не знаю, понимаешь? Просто не знаю, Баки. Стив… у меня ощущение, что его чувство требует от меня так многого, а я… У меня пустыня там, где у него сады. Я не могу вот так смело сказать ему: «Я люблю тебя, Стив», потому что откуда я знаю, хватит ли меня надолго?

Он осунулся, под глазами залегли темные круги.

— Слишком высокая планка, — продолжил он. — Я… не дотягиваю.

Баки притянул к себе сына, обнял.

— Малыш, вот что ты навыдумывал? Что это за странное чувство несоответствия? Да и Стив от тебя ничего не требует. Он обозначил свою позицию, не более. Решил, что должен сказать. Он в этом весь — максимализм и излишняя отвага. Не представляешь, сколько он за всё это получал по зубам. — Баки усмехнулся, поцеловал Джека в макушку. — Ты хочешь быть рядом со Стивом?

— Сейчас — да, — выдохнул Джек. — Но откуда я знаю, что станет через год?

— Что-то ты не туда смотришь, малыш. Тебе сейчас хорошо рядом со Стивом? Тебя сильно напрягает то, как он себя ведёт, смотрит? Вот конкретно сейчас, без оглядки на далёкое «потом»?

— Да нет, — пожал плечами Джек. — Меня немного пугает его напор. Я не настолько хороший человек, чтобы быть объектом таких чувств.

Баки усмехнулся, взлохматив волосы Джека.

— Дурной ты, и всё. Не шарахайся от Стива, а то с него станется переехать обратно в свою квартиру в Бруклине, а будет слишком напирать — так и скажи. Он же не глупый и всё понимает, ну влюбился, с кем не бывает. Сын, живи сегодняшним днём, наслаждайся им и бери всё, что можешь и хочешь. С нашей работой завтра может и не наступить.