Отбор для Слепого (СИ) - Страница 48

— Ну, не знаю! — Ярослав задумался, посматривая на Димона Десантника, входившего в команду в той поездке. — А мать? Мать Степки? Неужели сына своего от притворщика не отличила? Два года уже прошло, они в одной комнате бок обо бок живут, и никаких сомнений у нее не возникло? Ко мне она с таким вопросом не подходила…

— А давайте мать его сейчас сюда позовем! Где она? — Антон любил решать проблемы сразу и кардинально.

— В операционной. Зоя ей возле Степки посидеть разрешила. Он там от наркоза отходит после операции.

— Нам знать нужно, как там у притворщиков эти все процессы происходят, — мне пришла в голову мысль. — Где там Беркут, пусть бы этого…, Дениса сюда позвал, нужно послушать его размышления.

— Я бы не очень-то доверял этому Денису, — Антон недовольно нахмурился.

— Почему? Нормальный, вроде, парень, — у Димона, наоборот, все всегда были "нормальными парнями", может, поэтому, из-за доброты его и положительного отношения к молодежи, бойцы особенно любили Десантника, и предпочитали именно в его отряде тренироваться, а не у нелюдимого, неразговорчивого, хоть и замечательного профессионала, Лёхи Стрелка.

— Потому, Дима, — Антон на правах главного, единственный позволял себе так панибратски разговаривать с Димоном. — Что он — предатель! Пусть и предал не нас. А еще — скользкий такой, смазливый, гад! На Таисию смотрит, как на… смотрит, в общем, сука!

Я подумал о том, что в нашей поездке Денис проявлял явный интерес и к Регине. Не смущаясь, вел себя так, будто был с нами в команде всегда, а не слился во время диверсии. И пусть Антон ревновал свою жену ко всем, порой, несмотря на свой статус, доводя дело чуть ли не до драк, тем не менее, его чутью, его интуиции я верил.

— А другие, Пророк? — Ярослав всегда обдумывал каждое слово и, в отличие от Антона, предпочитал сначала решить задачку, а уж потом только объявлять результат. — Другие твои ребята? Они нормально себя вели? Никаких странностей ты не заметил?

Ох, что мог заметить я, если думал только о Милане? Вел себя, как мальчиша, как идиот, потерявший голову!

— Давида бы нужно позвать! — продолжал Ярослав, и добавлял без насмешки, на своем собственном опыте, видимо, понимая, какие чувства сейчас могут обуревать Давида. — Хотя, встретил я его по дороге сюда, он… не адекватен пока…

— А что так? — Антон подобных мелочей не замечал. — Ну отнес девку, помог Зое перевязать, и пусть сюда идет, поговорим, успеет отдохнуть!

Все замолчали. Конечно, отношения Давида и Регины — это только их общее дело, и никто из нас не имел никакого права вмешиваться и обсуждать их. Но ситуация такова, что подозревать сейчас можно любого из нас. В нашей группировке действовал предатель, и пока всё указывало на раненого Степку. Но не укладывалось в голове… Парня в Северной группировке знали с детства, и если я еще мог в нем сомневаться, то эти люди все-таки, наверное, были уверены. Да и подменить того, у кого есть настолько близкий, родной человек… на мой взгляд нереально.

Ярослав со вздохом сказал то, о чем думал и я сам:

— Может, завтра решим, что с этим шпионом делать? Подумать надо. Да и Степку допросить, когда в себя придет. Отсюда и плясать…

Антон был недоволен. Я это хорошо чувствовал. Ему, как, впрочем, и мне хотелось ясности. А спокойно спать, когда у тебя под боком — шпион, практически невозможно. Но Яр был прав. В настоящий момент мы ничего решить не могли. Опять же, если шпион — Степка, то сейчас он неопасен. Если же кто-то другой… То кто? И если не Степка, то зачем он стрелял в Милану?

Все поднялись, собираясь отправиться каждый в свою комнату, к семьям. Ярослав повернулся ко мне:

— Жень, я с тобой пойду! Как раз Зою заберу, уверен, она теперь пока все подробности у твоего удивительного бойца не выпытает, домой не вернется.

Вслед нам с Ярославом донеслось недовольное от Антона:

— Дорофеев, ребенка своего у моей жены забрать не забудь! А-то устроили у меня в комнате детский сад!

По пути Ярослав расспрашивал:

… — Как же ты понял, что это — девушка, а не парень?

— Ох, Яр, не спрашивай! Я уже готов был в педика переквалифицироваться — так меня к ней тянуло! Только… я тебя прошу, никому об этом!

— Да ладно, понимаю, не дурак! И ты бы смог?

— Не хочу даже и думать о таком… Ну это — потом. А как твой сын? Я в прошлый раз не успел зайти — испугался, что заразу какую-нибудь такому маленькому занесу, да и пробыл здесь всего полдня.

— Да что… ест и спит. Маленький совсем, — он помолчал немного, а потом добавил. — Женькой решили назвать.

Я остановился посреди коридора. В мою, значит, честь… И, вроде бы, что тут такого… Но в горле стоял ком — вот они мои родные, мои… люди, те, которым небезразличен я, те, которые не оставят, не предадут, и в радости и в горе, как говорится… Повернулся к нему, обнял.

— Спасибо. Спасибо, Яр!

… Тихо в комнате. Зоя ушла еще до нашего прихода, и Ярослав, заглянув на секунду, тут же прикрыл за собой дверь, отправившись домой. Я, конечно, "видел" свою девочку — она свернулась калачиком на моей… на нашей теперь кровати. Раздевался и улыбался, потому что знал — так с этого дня будет всегда. Чувствовал. Пророк все-таки!

— Женя, а я тебя жду, — донеслось тихое из-под одеяла. — Я с Зоей познакомилась. Она — замечательная. И очень тебя любит.

— Она мне… как сестра.

— Она сказала то же самое. А еще, что ты ей жизнь спас. А еще, что ты её с Ярославом познакомил и придумал целую аферу, чтобы они были вместе.

— Милая моя, что за глупости? Ничего я не придумывал. Они сами. Без меня.

— Но она сказала…

— Нет-нет, подобными вещами я не занимаюсь! Увольте! Я не сваха какая-нибудь, — когда-то я, действительно, заметил притяжение Ярослава и Зои друг к другу, но поспособствовал их совместной поездке, руководствуясь изначально совсем другими причинами, хотя в их сближении я и видел возможность объединения своего клана и Северной группировки. — А она, эта выдумщица, не сказала, можно мне спать с тобой в одной кровати, или руку могу повредить?

— Сказала…

— Ну?

Она почему-то смущенно молчала, не решаясь начать. Но потом все-таки выпалила:

— Она сказала, что даже ожоги ее мужа не мешали им заниматься… хм, любовью. И, в общем, чтобы ты ни в коем случае никуда не уходил, а был ночью рядом со мной, вдруг мне помощь понадобится — ну там, воды подать…

56. Давид

Жизнь давно научила меня спать очень чутко. Даже уставший, даже раненый, даже под усиленной охраной на территории завода, где-то на подсознательном уровне я запросто отфильтровывал звуки привычные и повседневные, как например, храп и сопение, разговоры, шорох веток за окнами, скрип половиц под шагами возвращающегося с дежурства бойца, от неясного, непонятного, потенциально опасного или непривычного, незнакомого.

Да, собственно, я еще и заснуть-то толком не успел, как Регина осторожно сдвинув мою руку, выбралась из узковатой для двоих койки и осторожно выскользнула за дверь. Глаза привыкли к темноте, поэтому я спокойно наблюдал, как она стащила с вешалки мое полотенце и хотел было сказать ей, что в чемодане под кроватью есть чистое и сухое, но решил, раз уж не сказала мне о том, что хочет помыться, значит, были на то причины. Скорее всего, просто стесняется. И не нужно сейчас мешать. А я — идиот, и не подумал об этом, не предложил!

Некоторое время лежал на своем месте, закинув руки за голову, и ждал, предоставив ей возможность самой осваиваться, а потом вдруг подумал о том, что одеваться с перебинтованной рукой ей, мокрой, будет гораздо сложнее, чем раздеваться. И, может быть, понадобится помощь. А еще, конечно, ей будет неприятно на чистое тело надевать грязные вещи, поэтому прихватив из чемодана свою чистую рубашку, я натянул штаны и потихоньку, чтобы не перебудить ребят в соседних комнатах, направился к душевой.

Хотел позвать ее от входа, чтобы не испугалась, но вдруг услышал в душевой голоса. Странный заговорщицкий шепот — тихий разговор, в котором трудно было разобрать слова. И сначала я с горечью и даже ужасом подумал, что это Регина с кем-то о чем-то шепчется. В голове мелькнули страшные мысли о том, что она — предательница, что втерлась ко мне в доверие, что, возможно, действует сообща с кем-то. Тут же эти неприятные мысли сменились едва ли не более неприятными о том, что Регина там с мужиком, который, возможно, вызывает у нее гораздо больший интерес, чем я. Дико захотелось ворваться в помещение, врубить там свет и устроить им кошмар наяву. Но, сквозь пелену злости и ревности, в какой-то момент я явственно различил два мужских голоса! Естественно решил подождать и посмотреть, кто будет выходить оттуда.