От ненависти до любви 2. На пути в вечность (СИ) - Страница 79

- А потом его отец начал бороться с нашими чувствами, отправил его учиться в Англию, - продолжала я. – Он вернулся в тот день, когда мы с мамой к вам приехали, и я с ним вернулась в столицу. Мы решили бороться с его отцом, Ваня стал открыто меня по вечеринкам водить, знакомить со всеми. Но отцу это не понравилось. Перед побегом его отец устроил нам большие проблемы и даже можно сказать объявил войну. Тогда мое имя тоже много в прессе мусолили, может, помните?

- Да мы ж все в работе, на желтую прессу и не смотрим, - отрицательно покачала головой бабушка, и знаком попросила продолжать.

- В общем, сил у нас не осталось все это терпеть, мы и уехали в Китай по поддельным документам, как муж и жена, - дедушка удивленно хохотнул, а бабушка всплеснула руками. - Жили там все это время. Я училась, Ваня работал, мы были счастливы. Ничего не предвещало беды. Мне оставалось несколько недель до получения диплома в университете, мы собирались в путешествие по Европе. Но его отец снова все разрушил. Он силой затолкал его в машину и вернул домой, когда однажды Иван вышел пройтись.

- Вот ирод, сына-то… - покачала осуждающе головой бабушка.

- Да. Я сильно переживала, мне стало плохо, и я попала в больницу, где мне и сказали, что я беременна. Поэтому я домой вернулась. За Ваней. Надеялась, что ребенок сможет смягчить тирана-отца, что он позволит нам быть вместе. Но это невозможно, он просто неспособен никому быть счастливым, если это не приносит выгоду. Он сказал, чтоб я больше никогда не попадалась ему на глаза. И Ивану запретил приближаться ко мне, угрожая, что уничтожит мою семью. Ведь мама и Аркадий Леонидович работают в Империаль. Вот в таком я положении.

Я завершила рассказ и только заметила, что по моим щекам бегут слезы, а бабушка с дедушкой с жалостью смотрят на меня.

- Нам не суждено быть вместе. Это было понятно с самого начало. Я птица не его полета. А он герой не моего романа. Кажется, у меня на роду написано воспитывать ребенка одной. Мама смогла – смогу и я! – постаралась я вложить как можно больше воодушевления в свои слова, но запах отчаяния и безнадеги повис в воздухе. Молчание затянулось.

- Мы должны что-то сделать, - кивнул дед и хлопнул себя по коленкам.

- Как-то повлиять на этого царевича, – поддержала бабушка.

- Это невозможно, - шепнула я. – Для такой, как я.

- Так говорят мямли, - пожурил меня по-доброму дедушка. – Так, Нина!

- Не ори ты, спит она уже, - толкнула деду в плече бабушка. – Лучше Антошу позови. Он молодой, шустрее будет.

- Точно. Антон!

Из одной из гостевых комнат на балкон вышел секретарь и помощник дедушки и бабушка. Молодой ученый, который, по мнению дедушки, подает большие надежды. Выглядел он соответствующе всем моим представлениям о ботаниках.

- Поди сюда, дело есть!

Кивнув, он скрылся в комнате, чтоб скоро появиться на веранде.

- Такое дело. Нужно, чтоб ты собрал информацию на одну семью.

- Я? – удивился он и поправил очки.

- Ты, кто ж еще? Не Нина же, - хмыкнул дед, как будто не он звал ее минуту назад за этим. Антон, подумав, кивнул, признавая дедушкину правоту. – В общем. Царев Лев? – перевел на меня вопросительный взгляд дедушка.

- Петрович, - протянула растерянно я. Что они хотят сделать?

- Царев Лев Петрович. Тот Царев, который владеет ЦаревБанком и прочим. Узнай о нем все, что сможешь. И о его бизнесе. Есть ли у него что-то связанное с фармацевтикой.

- Зачем? Вы ведь уже решили сотрудничать с Министерством здравоохранения? – попытался возразить Антон, почуяв неладное. – Или вы решили изменить своим принципам и стать коммерсантом, наживающимся на здоровье бедных граждан? Это низко…

- Не спорь со мной! – оборвал его громоподобно дед, но выглядел он при этом пристыжено. – Я ничего не сделал для своей дочери. Хоть внучке я помогу стать счастливой. Это не из-за денег, леший тебя за ногу.

- Иногда Вы так ругаетесь, что я начинаю сомневаться в Вашей интеллигентности, - с достоинством вымолвил Антон, снова поправляя очки, которые съехали на кончик носа от того, что он вздрогнул, когда дед закричал.

- Ты глянь! Нет, ты слышала, Катя? – обратился обескураженный дед к жене.

- А что, ты действительно много ругаешься, - пожала плечами та и тепло улыбнулась, когда дед не нашелся с ответом. – Ты понял, что от тебя требуется? – обратилась она к Антону. – Сделай это как можно скорее.

- Как скажете, начальники, - поджал губы Антон и ушел не прощаясь.

- Не обращай на него внимания. Он хороший, но преисполнен осознанием собственной важности. Он надежный малый.

- Я не совсем понимаю, что вы хотите сделать, - протянула я, переводя глаза с одного на другого.

- Дайте мне рычаг – и я переверну землю, - поднял палец вверх дедушка, справившись с обидой на жену.

- Мы хотим найти рычаг давления на твоего свекра будущего. Но пока ничего не обещаем. Ты иди спать, а мы должны еще кое-что обсудить с дедушкой. Поди, поди, тебе надо отдыхать. И ни о чем не беспокойся. Как-нибудь все да наладится.

**

- Лев Петрович сейчас говорит по телефону. Подождете, пока закончит? – спросила секретарша отца, кокетливо стреляя глазами из-под фальшивых ресниц. Я только кивнул и принялся нетерпеливо расхаживать по приемной, хлопая папкой с бумагами по раскрытой ладони.

Да, это не та приемная, которая была у отца раньше, тут особо негде разгуляться. Когда его сместили с поста председателя совета директоров, он не пожелал сидеть дома, оставив все дела на свою замену. Он переехал в кабинет поменьше, на должность пониже, пренебрег своей гордостью. Я не думал, что он способен на это. Но я ошибался. Работа для него – все, ради нее он пожертвовал всем, она заменила ему даже семью. Теперь он стал злее из-за того, что его подвинули из его собственного офиса. Выбрал объекты для мести, определил свой путь и теперь ломится по нему к успеху, который он потерял. И не важно, кого он затопчет на этом пути: конкурентов, помощников или дочь и сына. Но я не намерен быть затоптанным. Только не после того, как узнал, что я сам стану отцом. Я намерен стать самым лучшим отцом на свете. И для этого мне предстоит воевать со своим собственным отцом. Слишком много «отцов» для одного абзаца…

Не воевать - поправил я сам себя, а заключить сделку. Я нашел отличный выход из кризиса, который поглотил всю корпорацию и тянет всех нас в бездну. Я расскажу ему и выторгую для себя возможность быть с Дианой и своим ребенком. И мне не терпится рассказать о своей идее отцу и узнать, получится ли у меня. Если только он позволит мне рассказать. Но я ни слова не скажу, пока не заполучу его согласие. Иначе он обманет меня.

Хоть я и узнал, что он смертельно болен по его словам, ничего более подробного и конкретного выяснить не удалось. Он тщательно скрыл всю информацию и, кажется, сильно пожалел о своем признании. Неизвестно, сколько еще он будет дееспособен, сколько еще будет терроризировать нас. Я не намерен ждать годами, пока он оставит нас всех в покое. А вдруг он вообще это выдумал? Нет, ждать в неизвестности я не собираюсь.

- Черт, и с кем она там треплется? – взорвался я вслух, заставив подскочить секретаршу. – Он не закончил?

- Пойду, посмотрю? – посмотрела на меня испуганно женщина.

- Пойди.

Секретарша лет тридцати поднялась со своего стула, обошла стол, продемонстрировав стройную фигуру, затянутую в офисное платье до колен и разрезом сзади почти до самой пятой точки. И что ты мне показываешь? Мало спать с моим отцом? Бесит.

- Быстрее, Лена, - презрительно бросил я.

- Таня, - поправила она и заглянула в кабинет. – Лев Петрович, к Вам Ваш сын, - сообщила она.

Сколько я бы еще тут торчал, прежде чем она соизволила бы сообщить обо мне? Дура некомпетентная. Где он только их берет? В борделе?

- Проходите, Иван Львович, - приторно улыбнулась она мне, а меня аж перекосило от раздражения и отвращения.

- Чего тебе? – «любезно» поприветствовал меня отец.