Особенности национальной модели институционализации в России в условиях глобализации экономики - Страница 4

Критического уровня нищета достигла в Замбии (76 %), Нигерии (71 %), Мадагаскаре (61 %), Танзании (58 %), Гаити (54 %). Во всех этих развивающихся странах указанный процент населения вынужден выживать на сумму менее одного доллара в день. Странами-лидерами по уровню жизни являются: Норвегия, Австралия, Швейцария, Дания, Нидерланды.

По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР)[21], в списке развитых стран с самым большим социальным неравенством четвертое место заняли США. Единственной страной из постсоветского пространства, которая вошла в десятку, стала Эстония. Больше, чем в США, разрыв между бедными и богатыми в Чили, Мексике и Турции. В первую десятку наиболее неравных стран также вошли Израиль, Великобритания, Греция, Португалия и Япония.

Неравенство между бедными и богатыми не только снижает социальную устойчивость общества, но и замедляет развитие экономики. Так, по мнению ОЭСР, 34 члена ОЭСР из-за неравенства в доходах и уровне жизни в 1985–2005 гг. потеряли 4,7 % роста экономики.

Наименьшее неравенство в доходах между бедными и богатыми в Дании, Словении, Словакии и Норвегии.

В восьмидесятые годы прошлого века разрыв в доходах между 10 % наиболее богатых и 10 % наиболее бедных граждан по ОЭСР равнялся 7, а в двухтысячные – 9. В 2017 году он вырос до 9,6. В Америке разрыв вдвое больше – 18,8 (15,1 – 2007). Для сравнения: во Франции этот показатель – 7,4; в Германии – 6,6, а в Швеции – 5,8. Россия в рейтинге отсутствует, так как она не является членом ОЭСР, однако уровень неравенства доходов в нашей стране оценивается примерно так же, как в Соединенных Штатах[22].

Растущий разрыв между богатыми и бедными объясняется социальными причинами. Однако и глобализация причастна к этому, так как это связано с повышающимся ростом мирового населения и усилением интенсивности миграционных потоков (см. Приложение).

Так, в 2017 году численность населения Земли составила немногим больше 6 млрд человек. Большинство ученых уверены в том, что в 2100 году количество людей возрастет до 11 млрд[23]. При этом наблюдается старение населения мира, которое, по оценкам ООН, в ближайшие десятилетия ускорится (рис. 1.1).

Безусловно, такая ситуация не может не сказаться на экономическом росте, сбережениях, рынке труда, пенсиях, здравоохранении и т. д.

Кроме того, необходимо обратить внимание на то, что если в развитых странах прирост населения либо отрицательный, либо нулевой, то страны «третьего» мира характеризуются сравнительно высокими темпами демографического роста при том, что уровень экономического развития здесь очень низкий. Все это оказывает негативное влияние на состояние окружающей среды и позволяет предположить, что основной вызов человечеству в ближайшие 100 лет станет именно экологический, от которого в прямой зависимости находится выживание. Данная проблема является глобальной, и решать ее нужно глобально, в частности путем создания систем глобального экологического регулирования действий человека, экологизации политики и массового сознания, что в целом будет способствовать уменьшению риска экологической катастрофы.

Рис. 1.1. Численность населения 60 лет и старше, млн чел.[24]

Еще одно противоречие состоит во взаимодействии культур.

Результатом динамики глобализационных процессов становится расширение форм и уровней взаимодействия культур. Таких уровней имеется несколько:

– этнический, характерный для отношений, которые возникают между локальными этносами, историко-этнографическими, этно-конфессиональными и другими общностями;

– национальный, на котором государственно-политическим структурам отводятся регулятивные функции;

– цивилизационный, имеющий спонтанно-исторические формы и предполагающий обмен духовными, художественными, научными достижениями.

Повседневная практика межстранового общения характеризуется перекрещиванием процессов и отношений, характерных для всех выделенных трех уровней взаимодействия.

Проникновение глобальных идей в локальные этнические культуры способствует формированию глобального социокультурного пространства, в основе которого находятся сложные переплетения тенденций универсализма и партикуляризма. В культуре развиваются одновременно процессы интеграции и дифференциации, «по горизонтали» («глобализация снизу») предоставляются новые возможности развития для каждого этноса через освоение всего многообразия мира, «по вертикали» («глобализация сверху») универсализируется и унифицируется социокультурное многообразие.

То есть понимание «самобытности» культур в условиях глобализации переосмысляется и сводится не к упрощению и примитивизации культурных форм, а к постоянному усложнению, укреплению центра культуры, вокруг которого осуществляются инновации.

Следствием глобализации социально-экономических процессов стала глобализация преступности, которая становится все более организованной и транснациональной. Здесь необходимо упомянуть и нелегальную миграцию, и международный терроризм, и незаконный оборот оружия, и наркотрафики и др.

С другой стороны, глобализация влечет за собой рост производительности труда за счет распространения передовых технологий, увеличение торговых операций, создание новых рабочих мест, повышение жизненных стандартов, усиление взаимозависимости и взаимодействия стран, что способствует созданию основы для разрешения проблем, стоящих перед человечеством, преодолению вызовов современности.

Также не стоит отождествлять глобальные проблемы с глобализационными процессами.

Таким образом, современному миру характерны два противоположных по своей направленности процесса: усиление гомогенизации социальной и культурной жизни (стремление к однородности) и увеличение ее гетерогенности (разнородности).

Первый процесс (гомогенизация), с которым, прежде всего, связаны процессы глобализации, неизбежным образом влечет за собой второй процесс (увеличение гетерогенности), что выражается в росте национализма, в динамике пространственной локализации, в росте сепаратизма, принимающего различные формы.

Противоречивыми являются и процессы глобализации социально-политической жизни. Можно предположить, что в основе глобализации будут лежать ослабление государства, освобождение экономики от вмешательства государства, от политического контроля в любой форме. Формирование транснациональных корпораций, монополизация финансового капитала, которая свидетельствует об интеграции социальных отношений, тотальное проникновение финансовых рынков во все сферы социальной жизни, создание наднациональных организаций (ВТО, Всемирный банк, Международный валютный фонд и т. д.) предполагают и базируются на существенном ограничении государственного суверенитета.

Меняются и институциональные отношения общества и государства. Остановимся на этом подробнее.

Современная Россия как никогда нуждается в интенсификации сотрудничества государственных органов и общества для нахождения национального консенсуса по ключевым направлениям социально-экономического развития.

При этом диалоговое пространство для обсуждения наиболее насущных проблем развития государства и российского общества в современном общественном пространстве не получает должного развития. Не всегда имеется готовность представителей разных социальных и экономических групп, гражданских организаций, властных органов, бизнес-структур к ведению общественного диалога, зачастую такой диалог даже не рассматривается в качестве насущной социальной необходимости в построении отношений между государством и обществом.