Осколки Русского зеркала - Страница 16

– Классно!

– Да ничего классного тут нет, – возразила Бусинка. – Детство у меня оказалось перечёркнутым любовью к ненавистнику человечества.

– За что же ты его так? – удивился Давид.

– У нас в доме была отличная библиотека, – пояснила Вилена. – Так вот, я там отыскала опубликованные в 19-ом веке публицистом Мотовиловым воспоминания старца Дивеевской пустыни Серафима Саровского. Надеюсь, ты слыхал, что он – один из немногих проповедников, так сказать, русских Екклесиастов, предсказавших историю России вплоть до наших дней?

– Конечно, – подтвердил Давид.

– Так вот. Старец Серафим предсказал, что Антихрист родится в 1970 году в России. Именно в этот год родился Владимир Ульянов-Бланк. Затем, править страной этот нелюдь будет три с половиной года. Именно так и было с точностью до минуты! Мы живём в царстве Антихриста, и Армагеддон давно уже начался!

– Как же так? – опешил Давид. – Сказано ведь, что прольётся много крови…

– А сколько крови безвинных уже пролилось только у нас в России? – воскликнула собеседница. – Или ты забыл, что Чечня ещё не сложила оружие, да и вряд ли сложит! Пока есть внешний враг, внутреннего никогда не трогают, вот кому это нужно. У власти остались те же ставленники американских архантропов, только вывеску сменили. Кстати, менять вывеску – это у них чисто национальная еврейская черта. В первом совете народных комиссаров из ста человек был только один русский.

– Примкнувший к ним Шипилов?..

– Да-да, примерно так, – согласилась Бусинка. – Я такую длинную преамбулу рассказываю, чтоб ты понял, почему в нашей семье возникла историческая война «отцы и дети». До школы родители отдали меня на воспитание в деревню к бабушке, поэтому прокоммунистические мысли не поразили мозг ребёнка в раннем состоянии. Характер человека создаётся на уровне от двух до трёх лет, поэтому я выросла настоящей русской девочкой без экзальтационного стремления к победе мировой революции. Более того, бабушка умудрилась тайком меня крестить и крестик я не снимала.

Так вот. С родителями воевать мне было не интересно, потому что любой учитель внимание всегда оказывает другим детям, но не своим. В домашней библиотеке я наткнулась на запись болезни всеми обожаемого Ильича. Для меня сифилис был тогда на уровне с подлостью и предательством. А как в военное время поступают с предателями, помнишь? Поэтому я в школе всем объявила, отчего представился любимый советский идол. Я, конечно же, попала в чёрные списки неблагонадёжных, а вот родителей чуть из партии не попёрли. Отца простили только за то, что он мог цитировать Ленина из любого тома и в любом количестве. Не знаю, сколько он выучил наизусть этих бесценных опусов, но, согласись, явление уникальное.

А сейчас самое интересное. Когда я приходила домой, то частенько полностью раздевалась в своей комнате и нагишом отправлялась в ванную. Родители очень редко приезжали домой днём, а мне нравилось ходить по квартире обнажённой. В этот раз я тоже скинула одежду и пошла купаться. Но, открыв двери в ванную комнату, я увидела отца, который только что вылез из-под душа и стоял у зеркала, подбривая щёки. Он услышал, что дверь открылась и резко оглянулся. Представляешь, что он увидел? В дверях стояла молодая оформившаяся женщина в одежде праматери Евы. Я только потом, много лет спустя, проанализировала его реакцию. Но тогда передо мной был голый мужчина, за несколько секунд возбудившийся до скотского состояния! Я, кажется, пискнула и бросилась в свою комнату. Там отец догнал меня и прижал к стене. От него, к тому же, пахло спиртным.

Я не нашла ничего лучшего, как, глядя на него в упор, медленно и чётко произнести:

– Если тронешь меня, то заражу сифилисом, как твоего любимого Ленина.

Он, признаться, опешил, ослабил хватку, а мне только этого и надо было. Я заорала что было мочи:

– Вон из моей комнаты!!

Отец мотнул головой, как с похмелья, и убежал к себе, хлопнув дверью. Меня долго бил озноб, но никаких эксцессов больше не предвиделось. Через какое-то время отец осторожно постучал в двери и принялся извиняться. Потом просил, чтобы я ничего не говорила маме. Она, конечно же, ничего не знает. Но жить с родителями после этого мне было в тягость. Поэтому сразу после школы я устроилась на работу и сняла квартиру.

– Комнату.

– Да-да, – засмущалась Вилена. – Комнату. Эту самую. Соседи у меня хорошие и мы давно дружим.

– А где же ты работаешь? Или это тоже секрет за семью печатями?

– Вовсе нет. Наша классная руководительница помогла мне устроиться в библиотеку Гоголя на Никитском бульваре.

– В библиотеку? – глаза Давида вспыхнули мимолётным огнём онгона. – Вот это номер! Я тоже сейчас интересуюсь библиотекой.

– Как-нибудь обязательно расскажешь мне про библиотеку, но сейчас я хочу знать то же, что и ты: то есть услышать мнение мужчины о первых сексуальных впечатлениях.

– Ну, что ж, желание дамы – закон! – пафосно изрёк Давид. – Только сразу предупреждаю, рассказывать о своих первых познаниях непознанного и почти запрещённого я не собираюсь.

– Вот тебе раз! – всплеснула руками Бусинка. – Это не честно! И точно уж, не по-мужски.

– Да я вовсе не увиливаю от обещанного, – отмахнулся парень. – Просто мне хочется поделиться с тобой почти тем же, то есть мне тоже пришлось испытать соблазн инцеста.[40]

– Вот это номер.

– Да-да, – кивнул Давид. – Можешь не сомневаться, что об этом я тоже никому не рассказывал. Дело касается моей сестры. Наши родители, прожив друг с другом двадцать пять лет, всё-таки расстались. Отец нашёл другую женщину и уехал из Москвы, старшая сестра вышла замуж, а я жил с матерью. Надо отдать должное сестре, потому как она виртуозно владела математикой, физикой и ещё несколькими проходными науками, без которых поступление в институт практически невозможно. Так вот, я наконец-то решил штурмовать неприступную стену науки и через несколько лет после окончания школы, решил поступить в институт. Сестра, естественно, предложила мне посильную помощь в подготовке к экзаменам. Я каждый день в назначенное время приезжал к ней домой и начинал грызть гранит науки с остервенением голодного хищника. Сестра с улыбкой смотрела на меня, но одобряла моё усердие. Более того, как-то раз она вспомнила:

– Я со своим мужем так же познакомилась, когда ему требовалась подготовка к очередной экзаменационной сессии в институте. Знаешь, тогда я ему была действительно нужна, как сейчас тебе…

– Разругались что ли? – решил узнать я. – То-то его дома не видно.

– Если бы разругались, это ещё полбеды, – заметила сестра. – Мне кажется, он ушёл и больше не вернётся.

Представляешь, глаза женщины были полны слёз, и мне искренне было жаль её. Я попытался утешить сестру, даже пару раз поцеловал в щёку. Представь, она отреагировала очень даже неожиданно и оригинально. На следующий день, когда я пришёл, дверь в квартиру оказалась открытой. Повесив куртку на вешалку, я вошёл в комнату.

Прямо передо мной на тахте лежала сестра в обнажённом виде, не прикрытая ни одеялом, ни простынкой и притворялась спящей. Я это определил потому, что животик у обнажённой женщины чувствительно подрагивал. От меня, видимо, ожидали такого же озверения рассудка, какой произошёл с твоим папой. Но, если честно, я просто растерялся и не знал, как поступить. Разрядила обстановку сестра: она приоткрыла глаза, повернулась в мою сторону и позвала:

– А, это ты? Иди сюда…

Но я дунул из квартиры, как будто пятки у меня были смазаны скипидаром. Мне действительно стало страшно. Не потому, что женщина позвала меня, а потому, что моим сознанием действительно мог овладеть дьявол. Я это физически почувствовал!

Вилена несколько минут размышляла над услышанным и, наконец, задумчиво произнесла:

– А ведь мы с тобой действительно лягушки из одного болота. Такое случается очень редко. Вот почему мне сразу не хотелось тебя отпускать. Понимаешь, Господь всегда подбрасывает человеку какую-то проблему, решив которую, ты получишь моральное и физическое удовлетворение, либо неожиданное знакомство, посредством которого может измениться вся жизнь. А если ты не обратишь внимания ни на проблему, ни на мимолётное знакомство, то повторения уже не будет. С этой стороны Вседержитель выглядит, как игрок, надеющийся, что сотворённый им человек переступит через все жизненные рогатки и сможет содержать свою душу в относительной чистоте.