Осколки будущего (СИ) - Страница 68
Из-за пережитой травмы мама всячески поддерживала выражение её индивидуальности. Тина предпочитала ультрасовременный стиль в одежде, отстояла права на дорогую косметику и даже лоббировала идею проколоть нос и бровь. Мнимая амнезия довершила превращение для тех, кто не был посвящён в тайну. Взрослые потихоньку переставали верить, что это расстройство пройдёт...
Курорт открыл для подружек дополнительные горизонты.
Соревновательные заплывы (в сторону Турции до тех пор, пока не поймёшь, что нет сил шевелиться, а потом обратно), пикники в глухих уголках парка (чтобы, не дай бог, не пронюхали Стас или Соня), танцы по вечерам в кафе с негласной установкой поднять на данс-пол половину отдыхающих. Прогулки по пустеющей набережной, когда с периодичностью в десять минут трезвонит ругаться и пророчит страшные беды мама...
В разговорах Тина всё реже поминала своих дуэний, а ведь сначала они, их мнения и поступки просто сыпались из неё на каждом шагу. Теперь имена пяти женщин, растивших заточённую принцессу, почти не звучали, как и истории из их бытности в околдованных стенах. Анина будущая дочь старалась абстрагироваться от унылого прошлого и ни в коей мере не скучала по своей темнице дворцового типа, изученной и смертельно надоевшей. Создавалось впечатление, даже живи она сейчас за шкафом в коммуналке - и то была бы в восторге.
Тина строила планы: ей столько всего нужно срочно посмотреть и попробовать! Сходить в аквапарк, прыгнуть с парашютом, провести ночь в кинотеатре, покататься на лыжах, пройти курс массажей, попариться в сауне, поплавать с аквалангом, полетать на самолёте, побывать на футбольном матче и многотысячном концерте... Практически ничего из задуманного Аня и сама никогда не делала - и потому была воодушевлена не меньше.
Правда, мама браковала сколько-нибудь экстремальные затеи на корню. Но ведь не обязательно же обо всём сообщать ей, учитывая, что Аня и так теперь скрывает от родительницы львиную долю своей повседневности.
Порой казалось, что Анжела даже неосознанно ревнует старшую дочь к племяннице, будто отобравшей у неё статус Аниного конфидента. Мама ещё пыталась украдкой завести задушевную беседу, но со всё большей безнадёжностью. Аня отвечала односложно или очень коротко. То, что волновало её, маме не озвучишь.
О существовании в жизни дочери убеждённого приверженца платонической любви Ники Анжела не догадывается. О переходящих границы кознях Евгении Витальевны не поведаешь. Да и масштаб их оценим в полной мере только с поправкой на идеальное знание Аней преподаваемого злостной интриганкой английского языка. Не пожалуешься маме, как третирует постоянно кошка Салли, не расскажешь о поцелуе с булгаковским Воландом, не покидающим Анины мысли. Не обсудишь сожжение целой вселенной в книге сказок. С мамой нельзя фантазировать о таинственном недоброжелателе Лунных воинов... Из всех действительно важных для Ани тем осталась одна чёртова Елизавета Афанасьевна, но в этом вопросе здравый смысл на стороне старшей родственницы.
Мыть за собой тарелки, не таскать в спальню еду, чистить обувь по возвращении с улицы, вешать свою одежду в гардеробной, протирать в комнате пыль, держать в порядке письменный стол, не просиживать ночи за компьютером или не орать на трёхлетнюю сестрёнку и оболтуса-брата - ультимативные требования няньки, которые навряд ли поставит ей в вину хозяйка дома и мать семейства.
Слава богу, они бежали от этой напасти на курорт!
Купаться и загорать - здорово, но к концу первой недели такая идиллия всё же несколько надоела, и деятельная Тина, оставив надежды победить врага, выдвинула гениальную идею с посещением экскурсий. Это развлечёт и Стасика, уже начавшего капать на мозги: ему нужны были компьютерные игры в Сети, а в здешних местах почти не работал интернет. Так что предложение приняли, хотя Аня и не поняла, почему из-за их с Тиной и Стасом мини-круиза на катере мама столь долго сомневалась и вообще билеты были куплены только благодаря папе...
В день запланированного мероприятия принцесса Авелилона проснулась в отличном расположении духа. Умываясь, она уже грезила о том, как будет с музыкой в наушниках плеера стоять на носу корабля и смотреть побережье, пока ветер развевает волосы... В пылу энтузиазма путешественница даже подкрасила глаза Тининой тушью. Будущая дочь - единственная, кто в семье пользовался косметикой. Эта страсть напала на неё как-то сразу, и особенному удару подвергались глаза. Тина уверяла: они выглядят непомерно маленькими с тех пор, как пришлось остричь брови. Потому теперь малюет вокруг раскраску племени папуасов. Аня косметики побаивалась, считая премудрость слишком сложной и совершенно лишней. Столько времени экономится, особенно по утрам перед школой. И точно никого не напугаешь, внезапно представ в своём природном облике. Глаза Тины без привычных теней и прочей ерунды и правда теперь казались крошечными, едва ли не китайскими.
Собираться в мини-круиз волнительно, как и красить ресницы. В общем, Аня была довольна.
Она нарядилась в коротенькие шорты прямо на купальник, накинула рубашку и завязала узлом, собрала волосы в хвост и выпустила сзади из кепки. Подумала - и надела босоножки на высоком каблуке.
Когда в этом чудесном ансамбле туристка вышла во дворик и упёрлась взглядом в сотоварищей по затее, лица обеих сторон живописно вытянулись.
На толстяке Стасе красовались рваные кроссовки и необъятные джинсы, Тина являла собой счастливую обладательницу более новой спортивной обуви, но предпочла майку и штаны. Аня скривилась. Что ж, на таком фоне из неё выйдет настоящая Роуз из "Титаника".
- Ой, фотик! - вспомнила принцесса Авелилона и метнулась в дом.
Тина проводила свою ещё не состоявшуюся родительницу с выражением, с которым русалка Алана в сказках слушала её рассуждения.
- Что? - уточнила Аня, впихивая фотоаппарат в небольшой рюкзачок в форме белого медведя.
- Ты на шпильках! - заржал Стас. - Во дура! Будет лазить по горам на шпильках! Поломает ногу, поломает ногу! Ха-ха-ха!
- Какие горы, придурок? Мы плывём на пароходе!
- Какой пароход?! - вмешалась Тина. - Мы идём пешком!
- Куда? - глупо спросила Аня. - До причала, что ли?
- Нет же!
- Погоди. - Закралось смутное и очень нехорошее подозрение, только усилившееся, когда Аня приметила внушительные рюкзаки Стаси и Тины, лежащие на лавочке. - Мы же вчера смотрели экскурсии, и ты сама предложила прогулку на катере вокруг острова!
- Мы выбрали поход! - перебил Стас.
- Заткнись, дебил! Мы решили проплыть вокруг...
- Нет, - замотала головой Тина, - вокруг гор катаются папа, мама и Соня! А мы идём пешком.
- Вы издеваетесь?!
Кадр из "Титаника" сменила картинка карабканья по жарким отвесным скалам. Аня скисла.
- Переодевайся! - приговорила её будущая дочь.
Понурившись, Аня побрела в комнату.
Она отыскала более длинные шорты, кокетливо завязала на груди рубашку, натянула носки и кроссовки. Макияж и причёску оставила в прежнем состоянии, только обновила помаду на губах. Помадой она время от времени пользовалась, так что та была личная и отправилась в поход вместе с Аней.
А вот зачем, интересно, брать с собой Стасю? Он же плешь проест! Да и куда этому жирному борову пешие туры? Стас отбросит коньки, поднимаясь на метровый холмик! Экстремал недоделанный...
Уже с гораздо менее весёлым настроением Аня вернулась во двор.
Тина смерила экипировку взглядом, потом зыркнула на часы и, вздохнув, пошла к пляжу. Аня и Стас отправились следом, причём братец взялся напевать что-то экспромтом о долбанутой девочке на высоких каблуках.
Впереди вприпрыжку бежала Соня в матросском сарафанчике. Папа помахивал небольшим пакетом. Тина и Стас тащили здоровенные рюкзаки. Аня глянула на своего медвежонка - в нём печенье, сок и "Сердца трех" Джека Лондона. Ну и жвачка, помада, салфетки... Она опять оценила внушительную ношу. Что-то не то, но никак не удавалось сообразить, что именно.