Опасное дознание - Страница 44

— С Лотти все будет хорошо, — сказал он Мэллою. — Я уверен, что она просто испугалась. Я видел случаи, подобные этому, прежде.

Мэллой удивленно посмотрел на незнакомого мужчину и через мгновение кивнул.

— Да-да… Я только сожалею, что расстроил бедняжку.

Так же быстро, как он преградил Мэллою путь, Алан отступил в сторону, посмотрел через открытую дверь на Клэр, еле заметно кивнул и ушел. Клэр хотела последовать за ним и спросить, в чем дело, но взглянула на Лотти и увидела, что девочка вцепилась в свою новую куклу и враждебно смотрит на собравшихся в комнате.

— С тобой все в порядке, детка? — спросила Клэр.

Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем девочка кивнула.

— Что-нибудь испугало тебя?

На этот раз не последовало никакой реакции. Лотти тронула спину своей куклы, и та начала читать стихи.

— Я зайду завтра узнать, как у тебя дела, ладно? — сказала Клэр.

Еще один кивок, но Лотти даже не взглянула на гостью.

Алан поджидал Клэр в главном фойе внизу.

— Что тебе пришло в голову? — спросила она по дороге к машине.

— Так, одна мысль, которую я хочу проверить. Сегодня вечером я собираюсь в соседний город. Не хочешь присоединиться?

Клэр засомневалась, а потом подумала: почему бы и нет? У нее не ожидалось на сегодня никаких визитов, а в суде не нужно было появляться до следующей недели.

— С удовольствием, — улыбнулась она.

Они зашли в один из лучших отелей и пообедали в ресторане. После этого Алан предложил пойти погулять. Создавалось впечатление, что именно за этим он и приехал в город, а Клэр так хотелось расспросить о том, что Алан намерен проверить. Однако она не стала задавать вопросы, уверенная, что он сам расскажет, когда будет готов к этому. И хотя ей было непросто подавить естественное любопытство, приходилось смириться: пока есть что-то недостаточно ясное для Алана, он не станет делиться ни с кем.

Парк был многолюден и напомнил Клэр рождественские ярмарки. Алан, казалось, никуда особенно не торопился, и нельзя было сказать, что он преследует какую-то цель. Иногда предлагал зайти в магазин, если что-либо в витрине привлекало его внимание.

— Ты бы прекрасно в этом выглядела, — заметил он, когда Клэр остановила восхищенный взгляд на шелковой бирюзовой блузке. — Может, зайдем?

Некоторое время она колебалась, а потом решительно замотала головой.

— Мне нужно быть экономной. Я не знаю, когда у меня теперь будут клиенты.

— Они в конце концов появятся, дорогая! Ты хороший адвокат, и, думаю, подавляющему большинству горожан ты по-настоящему нравишься.

— Нравлюсь? Ты можешь дурачить меня, сколько хочешь, но я жду полного провала, Алан. Правда! Я жду, что потеряю клиентов, жду грубых телефонных звонков, неприкрытых угроз… Иногда мне кажется, что мое дело полностью развалится.

— Я уверен, что это временно. — Алан взял ее руку, сжал и держал, согревая в своей ладони, пока они продолжали пробираться сквозь толпу. — И готов держать пари, что это только первая шоковая реакция некоторых твоих клиентов. Просто инстинктивное желание, чтобы их имена даже косвенно не связывались с этим процессом. Когда-нибудь шум утихнет, все придет в норму.

— Как бы мне хотелось верить! Не могу даже представить, что мне придется уехать отсюда и начать все сначала…

— А если и придется, то не из-за местных дураков.

Ответ Алана последовал с некоторым запозданием, и Клэр почувствовала, как у нее ёкнуло сердце. Может быть, он хочет, чтобы я все бросила и уехала с ним в Техас? Боже, я и не представляю, хватило бы у меня сил сейчас начать все заново?! И, кроме того, это так далеко отсюда! Там ведь все по-другому… Нет, я не могу даже думать об этом!

И все-таки Клэр с какой-то непонятной надеждой взглянула на Алана. Как будто наперекор доводам рассудка все каким-то волшебным образом могло уладиться, и она провела бы остаток своей жизни с этим добрым, понимающим, чудесным человеком…

— Когда заканчивается твой отпуск? — спросила Клэр.

— Я… не знаю. — Алан резко отвернулся, увлекая ее к освещенным окнам ресторана. — Давай выпьем кофе и возьмем какой-нибудь сногсшибательный десерт.

Шоколадный пирог со взбитыми сливками был большим искушением, и Клэр не устояла. Алан заказал себе датский пирог с яблоками и попросил официанта принести кофе.

— Почему ты не знаешь, когда заканчивается твой отпуск? — поинтересовалась Клэр, когда они остались вдвоем. — Что-нибудь случилось?

Алану не хотелось отвечать. Высказывая вслух свои проблемы, он как бы делал их реальными, более ощутимыми. Это было, конечно, нелепо, но суеверия преследовали его с тех пор, как жизнь вышла из-под его контроля. Алан снова и снова старался гнать от себя мрачные мысли и уж во всяком случае не собирался ни с кем ими делиться. Он никогда не был трусом, но существовали некоторые вещи, о которых не было никакого смысла беспокоиться — как будет, так и будет. Поэтому умный человек откладывает подобные проблемы в сторону и занимается тем, чем действительно может управлять. Кроме того, у Клэр достаточно своих забот с делом Блэккайта. Нечего ей вникать еще и в чужие проблемы…

Но Алан не мог увиливать от ответа или кривить душой. Клэр была с ним честна и откровенна и заслуживала такого же отношения к себе. Если он на грани увольнения из полиции, то она имеет право знать это.

— У меня… осложнение после ранения, — наконец произнес Алан. Слова с трудом давались ему. — Моя правая рука не желает работать с той силой, которая необходима. Я тренируюсь каждый день, но нет никаких гарантий, что я смогу пройти комиссию.

— О, Алан, но это же будет ужасно для тебя!

Клэр представила, что бы она чувствовала, если бы ее лишили адвокатской практики. Наверное, ей бы казалось, что у нее отрезали кусок сердца. Клэр очень хотелось как-то успокоить, утешить Алана, но она просто не могла найти слов. И тогда, не раздумывая, что это может смутить его, Клэр молча протянула через стол руку и сжала его ладонь.

Алан благодарно улыбнулся в ответ.

— Ничего не поделаешь. Но, конечно, я каждый день упражняю руку.

— Это помогает?

— Думаю, да. — Он сжал правую кисть в кулак. — Нет сомнений, что она стала сильнее, чем была. И дрожь, кажется, уменьшилась… Вопрос в том, удастся ли мне восстановить руку в достаточной мере. И за какое время.

Алан говорил с мужским стоицизмом, но Клэр это не обмануло. Она обнаружила, что отважный рейнджер не чужд и самым простым человеческим чувствам. И хотя Алан выражал их сдержанно, это не означало, что они не такие же сильные, как и ее.

— Ты уже думал, что будешь делать, если не пройдешь комиссию?

Алан отрицательно покачал головой, широко улыбаясь.

— Я упрямый парень, Клэр, и не привык впадать в панику. Ну… во всяком случае, у меня не слишком много вариантов. Может быть, стану следователем или займусь еще чем-то в этом роде.

Теперь Клэр поняла, почему Алан так охотно откликнулся на ее предложение, связанное с делом Блэккайта. Лучше быть занятым, чем сидеть в ожидании неизвестно чего. Это все можно было понять, но в груди у Клэр заныло. Ей-то казалось, что он взялся за это дело, чтобы воспользоваться случаем и быть рядом с ней. Еще одна утраченная иллюзия, усмехнулась она, хотя было совсем невесело.

Надеяться на что-то было нелепо, убеждала себя Клэр, пытаясь скрыть разочарование. Никто из нас не хочет быть связанным, мы оба сильно обожглись в жизни. Нет, гораздо лучше, что Алан занялся расследованием по причинам, которые не имеют ничего общего с нашими отношениями. Гораздо лучше!

Но все равно на душе было муторно.

Чтобы как-то утешиться, Клэр заказала еще одну порцию шоколадного пирога. А, ладно! Она с детства помнила, как подружки уверяли, что шоколад облегчает боль и страдания, если безответно влюбилась. Впрочем, ей потребовалось бы сейчас, наверное, фунтов десять шоколада… Как бы то ни было, эти шутливые мысли подняли ей настроение почти так же, как шоколад.