Охотник для вампира, вампир для охотника (СИ) - Страница 22
– Нашел, – выдохнул одними губами старший и отступил назад. – Стреляй!
– Нет!
Маринель попытался встать, но сил все еще не хватало. Тело выметнулось вверх и тяжело упало. Ноги не слушались. И его снова прижало к саркофагу, накрыло теплым и большим. Прочным. Только вздрагивающим, когда в него попадали толстые болты. Маринель видел, как пульсирует зрачок Радэка, как беззвучно складываются губы в «прости». Как горлом, уже не из прокуса, хлещет кровь. Как сердце судорожно сбивает ритм и заходится в истеричном бое.
– Оттащите его! – короткий приказ и опасливые шаги.
Охотник, закрывший собой, все еще дышал. Маринель обнимал и чувствовал торчащие иглы стрел. Радэк криво усмехнулся и склонился ближе, подставляя горло.
Удивляться некогда, охотники слишком рядом, а он слишком слаб. Маринель аккуратно припал к ране, широкими глотками высасывая горчащую кровь. Серебро еще не коснулось ее. Острым теплом разбежалось по венам. Трепыхнулось в груди.
Андрей сапогом свалил тело Радэка с вампира. Охотника перевернуло на бок, всадив глубже попавшие болты. Маринель на удар сердца позволил себе закрыть глаза. А потом Андрей лишился руки, со свернутой шеей упал к его ногам. Испачканный в крови, почти голый вампир был страшен. Охотники, не ожидавшие такой прыти в замкнутом пространстве, попытались перестроится, но не успели. Марин пихнул Радэка в бок, заставив лечь ничком. Чтобы не видел. Не надо…
Рыжая фурия пронеслась по потолку и еще один из охотников осел с вырванной трахеей, заливая пол густым почти черным. Чавдар ткнул факелом в Марина, но тот лишь фыркнул, сломав сначала палку, а потом руку человека. Лицо Чавдара разошлось лоскутным одеялом, куски кожи и мышц повисли разорванной бахромой. Маринель прыгнул сверху, успевая сделать глоток и сломать охотнику шею. Оставшихся трое выставили мечи, один пытался распустить сеть. Не в этот раз. Марин усмехнулся, напоказ медленно утирая губы и облизывая окровавленные пальцы. В голове все тише и тише билось сердце Радэка. Нужно спешить. Вампир вспрыгнул на стену, изящным пируэтом выгнулся, падая сверху на сгрудившихся в попытке защитить спины охотников. Броня летела клоками, бесполезная, ненужная. Последним умер Тишко. Пронырливый цыган, нашедший утром в каморке Радэка исчерканную записями тетрадь. Маринель убрал испачканные волосы с глаз. Осмотрелся, принюхиваясь и прислушиваясь. Склеп обняла тишина.
– Марин…
Вампир опустился на колени рядом с охотником. Радэк уже уходил. На губах пузырилась розовая пена. Расплывшийся от боли зрачок не реагировал.
– Марин…
Рыжий тяжко вздохнул.
– Держись, еще немного надо продержаться, охотник. И в кого ты такой неумеха?!
Маринель осторожно перекатил умирающего человека на живот, сноровисто выдернул из спины стрелы, с отвращением отшвыривая их в сторону, и снова перевернул.
– Радэк! – он легко похлопал по щеке, пытаясь привести в сознание охотника, но тот плыл. – Проклятие, ладно…
Крови в охотнике оставалось на два глотка. Жизни на два удара сердца. Но если Маринелю что-то нужно. Впервые рыжий вампир откровенно нервничал. Он никогда еще не обращал, но другого выхода просто не видел. Прокусив собственное запястье, Марин подлез под Радэка, приподняв ему голову и устроив на своих коленях, и плотно прижал руку к его рту.
– Пей! – Радэк попытался отодвинуться. – Пей!!!
Охотник слабо дышал и не двигался.
– Да что ж ты за осел такой!
Марин втянул глоток и с силой впился в губы, вталкивая свою кровь в охотника, заставляя поневоле сглотнуть. И успел оторваться, снова прижимая запястье. Радэк сделал глоток. Второй… трансформировавшиеся первыми клыки вошли в кожу. Маринель уткнулся носом в короткие темные волосы на макушке, крепче прижал к себе охотника. Радэка выгнуло, судорога прошла снизу вверх. Он попытался отшвырнуть Маринеля, но тут же вцепился в его руку, жадно высасывая кровь. Рыжий ухмыльнулся. Так-то лучше.
Сердце охотника испуганно дернулось и замерло. Марин не помнил, как это, но чувствовал, как под руками бьется перерождающийся вампир. И думал о Владе. Среди сломанных кукол-трупов, окровавленный, голый, он баюкал новорожденное существо, слушая, как оно набирает силы.
– Марин? – бывший охотник уперся еще непослушной рукой и приподнялся.
– М? – рыжий поднялся, намеренно закрыв собой трупы. – Марин, Марин, вставай. Только осторожно. Надо уходить.
Радэк встал с первой попытки, пошатнулся, неуверенно поводя руками. Маринель решительно вытолкал его в темный земляной коридор, не дав толком осмотреться. Не надо. Нельзя. Даже теперь. Это уже прошлое. А запах еще свежей крови – настоящее. Если голодный вампир не сможет себя удержать, а Радэк толком вообще не понимает, что произошло…
– Холодно, – Радэк удивленно поморщился, трогая шею и оглядываясь в кромешной раньше темноте.
– Потому что ты голоден, – Марине крепко взял бывшего охотника за руку и потянул за собой. – Идем, в этом городе больше делать нечего. К тому же, твои товарищи сейчас будут рыть землю.
Маринель прикусил язык. Напоминать, что после убийства шестерых охотников Орден встанет на уши и прочешет все и всех, всего несколько минут назад покинувшему их послушнику не стоит. Город ждет охота на ведьм. И если не найдут настоящего вампира, значит найдут кого-то на эту роль. Жителей надо успокоить показательной казнью. Рыжий фыркнул.
Радэк остановился у реки, с удивлением оглядывая ночь. Марин погладил его по руке. Охотник обернулся:
– Ты пойдешь в таком виде? – скривил бровь Радэк, приподнимая двумя пальцами лоскут фиолетового шелка, чудом задержавшийся на поясе вампира.
– А что, я тебя смущаю? – хмыкнул Марин и вдруг подался вперед, прижался к боку Радэка и легко поцеловал его в щеку.
Винетор возмущенно дернулся, нахмурился, глядя на мягкую улыбку Марина совсем рядом. И вдруг сгреб его, рыжий непроизвольно выдохнул.
– Дымом пахнет, – Радэк запрокинул голову, ноздри его раздувались, он часто моргал, пытаясь приспособиться к другому зрению. – Сладко…
Маринель беззвучно рассмеялся и потянул за собой.
Лес, тропинка едва заметная для человеческого глаза. Светлая лента сама стелилась под ноги. Марин шагал легко и бесшумно. Радэк не выдержал на середине пути и отдал ему свою рубашку. Получилось веселенькое платьице. В купе с длинными ногами, золотыми украшениями и засыхающими потеками крови рыжий выглядел странно и красиво. Опасно. Радэк рассматривал лес, крепко сжимая прохладные пальцы вампира. В голове было пусто, только знобило и тянуло в желудке. На опушке Марин остановился, осматриваясь. Чуть покосившийся охотничий домик, давно брошенный и забытый, стоял, прячась за разросшимся подлеском.
– Ты тут живешь? – изумленно спросил Радэк.
– Нет, здесь я живу, когда не успеваю домой. Близко от города, далеко от… дома. Не стой. Тебе надо лечь. Сейчас ты слаб, пока не до прогулок.
Внутри домика сильно пахло хвоей. Радэк с непривычки расчихался. Пока Марин осматривал комнаты и чердак, проверял свои ловушки и метки, бывший охотник сидел на полу под окном, обхватив колени и упираясь в них подбородком.
– Эй, ты чего? – Маринель внезапно оказался рядом, прижался, подпихивая голые ноги под него.
Радэк молча мотнул головой. Ничего. Совсем ничего. Он словно забыл что-то и никак не мог вспомнить. Очень хотелось обнять Маринеля, прижаться к шее губами. Радэк тронул свою, нащупал две маленькие точки-отметины.
– Мне нужно вернуться, – рыжий ласково потерся, погладил обнаженное плечо охотника. – Пожалуйста, не выходи, я быстро.
– Нет, – Маринель с укоризной покосился на сжавшую запястье руку.
– Я быстро, – он мягко поцеловал Радэка в висок.
Рыжий выскользнул на улицу. Оставлять новорожденного в явном раздрае опасно, но Марин прекрасно понимал, что сейчас заставить Радэка «поесть» обычным для вампира образом невозможно. Значит надо накормить.
Город только недавно заснул и пребывал в сонном оцепенении. Не рискнув соваться вглубь кварталов, Маринель быстро разыскал, у кого занять крови, выскользнул через стену. Спустившись к реке, он прокрался оставленным входом, осмотрел трупы охотников, проверяя, чтобы они не стали упырями. Сюда он больше не вернется, а самостоятельно Орден может и е вычистить образовавшееся гнездо. Тренированные тела и вбитые рефлексы будут служить упырям и после перерождения.Убедившись, что все в порядке, Маринель собрал серебряные болты, выпачканные кровью Радэка, и отнес подальше к могилам с другого края кладбища. Так себе след, но отвлечет и запутает.Выйдя к реке, рыжий безжалостно разворочал подпиравшие тоннель сваи. Земля с тяжким вздохом осела, похоронив под собой проход. Теперь склеп стал бесполезен. Теперь Марину он был не нужен. Пройдя по воде, сбивая след, вампир вспрыгнул на повлажневшую к темноте траву и двинулся по тропке.