Охотник для вампира, вампир для охотника (СИ) - Страница 16

– Что ты там все время читаешь? – Андрей сунулся под руку.

Радэк быстро захлопнул тетрадь с записями.

– Что ты здесь делаешь? – холодно спросил он охотника.

Они прибыли в город четыре часа назад. Как раз под темноту. Приор отправил спешно, ничего не объясняя. У Радэка тревожно заныл затылок – известный ему хорошо город, куда охотник возвращался раз в год как минимум. Проверяя на прочность собственные нервы и удачу. Удача скалила белоснежные клыки, кокетливо поправляла рыжие волосы и издевалась, как могла. И пусть на обнаженной груди все чаще появлялись глубокие раны, руки украшали кровавые браслеты, вампир оставался существовать. Наяву и во сне.

– Старший звал, – Андрей пожал тощими плечами. – Поесть не успеем. Хорошо, если в ночь не потащит.

Винетор промолчал. Только кивнул, сверля Андрея тяжелым взглядом. Тот понятливо хмыкнул и исчез за дверью. Спрятав тетрадь среди вещей и задвинув сумку поглубже, охотник вздохнул, унимая нервную лихорадку. Что-то не так с этой приближающейся осенью.

Старший группы – почти совсем седой Чавдар, не из местных, незнакомый никому их отряда – командовал жестко и с изрядной долей пренебрежения к охотникам. Не распространялся, зачем они здесь. Радэк с тяжелым сердцем спустился в общую комнату. Свечи горели по периметру. Окно забрано тяжелой решеткой, прикрыто ставнями. Тяжело пахло дешевым воском и вином. За столом расположился сразу десяток охотников. Опытных, крепких. Половину Радэк знал, приходилось работать. Незнакомцы хмуро глазели друг на друга и на товарищей. Чавдар, развалившись на табурете, цедил мерзко пахнущий травяной отвар.

– Все? – он сосчитал расположившихся за столом охотников, кивнул Радэку, последнему пришедшему, и прикрыл глаза, играя в деланное ленивое равнодушие. – Хорошо. Нам предстоит охота и охота славная. Здесь вы лучшие, хотя в некоторых я сомневаюсь.

Короткий острый взгляд Радэк ощутил, как укол, но сделал вид, что не заметил. Уставился в кружку, внимательно слушая.

– Недельная разведка и подготовка. Через восемь дней от нас ждут доклада. Охота на старого и ушлого кровососа, он достаточно долго водил многих за нос. Но это вампир – точно. Не подранок. Ищите следы, проверьте заброшенные дом в городе и около него. Докладывать каждый вечер. Радэк, останься. Остальные свободны.

– Что и все? – кто-то из охотников забубнил под нос, что можно было и попроще сказать, без пафоса, но на него зашикали – Чавдар уже показал дурной вспыльчивый нрав.

Радэк продолжал рассматривать блики и тени в кружке с водой.

– Я слышал, ты знатная ищейка, – старший дождался, пока дверь закроется и шаги стихнут. – Этот город знаешь, как свои пять пальцев. Родственники тут?

– Нет, – Радэк осторожно подбирал слова. – Но помогаю местному приорату. Я к нему приписан. Город знаю.

– Что ж, за столько лет ни разу не натыкался на следы мертвеца? Что-то не верится.

Охотник промолчал. Натыкался. И не раз. Только не смог убить. И не смог рассказать никому. Почему-то. Кто б ему самому сказал – почему.

– Нет, – твердо ответил он, впервые встретив прямой взгляд собеседника. – Пару раз видел упырей.

– Одного даже совсем свежего зарубил, судя по записям, – Чавдар снова прикрыл глаза.

– Повезло, – Радэк пожал плечами.

Разговор шел опасный. И охотник изо всех сил старался говорить меньше. Сделка с совестью и без того трещала от непомерного залога – напрямую врать старшему группы это близко к последней черте. Замалчивание и без того жгло каленым железом долг и обязательства перед Орденом.

– Ну, повезло, так повезло, – Чавдар жестом указал на дверь. – Иди, на тебя рассчитываю больше всех. Докладываться раз в полдня, если будешь успевать. Нет – вечером поговорим.

В комнатушке-келье Радэк уселся на пол, сжал голову руками и закрыл глаза. Плотно, до боли зажмурился. В цветных пятнах в темноте разливалась золотая искра. Осенние краски. Господи, дай сил выстоять. Охотник сухо сглотнул. Сколько лет он уже живет во лжи и тщетных надеждах, что его отпустит. Отпустит наваждение. Каждый раз, докладывая о результатах рейда, он утаивал самое главное. И сколько раз пытался рассказать, но не поворачивался язык. Сначала это была гордость, задетое самолюбие – обвел вокруг пальца кровосос. Потом, охотник и сам не понимал. От мыслей о рыжем вампире бросало то в жар, то в холод. Томилось, тлело внутри что-то, огненным постыдным жаром разливалось по телу бессонными ночами. Или того хуже, во сне. Пять долгих лет постоянно кошмара. В этот раз, все будет не так. Он должен суметь. И раньше, чем его товарищи отыщут что-нибудь.

Город был неласков. С утра пошедшим дождем размыло все: очертания домов, улицы, дальнюю линию горизонта. Даже речка казалась вышедшей из берегов, пенилась и ворчала. Охотники накидывали плащи и уходили по одному, по двое. Радэк выскочил самым первым, сообщив, что направляется на запад. Проверить кладбище. Над ним беззлобно подшутили – слишком очевидно. Для кого как. Очевидно, что Маринель в такую погоду не появится.

Добравшись до знакомого павильона, охотник присел на корточки под его мнимой защитой. Дождь с легкостью захлестывал меж колоннами, вымачивая скользкие камни. Радэк утер лицо, присмотрелся, выискивая в полу глубокую царапину. Ровную, от хорошего клинка. Не нашел. Стерлось, потускнело. Под потолком что-то завозилось, запищало. Радэк шарахнулся, закрыв голову предплечьем и выхватывая кинжал. Тихонько рассмеялся. Под куполом пряталась пара летучих мышей – мелких, закутанных в крылья. Видимо присутствие человека их разбудило. А что загнало сюда? Дождь?

Далеко и глухо завыл волк. Звук долетел со стороны леса и рассеялся. Еще одна странность – лесные хищники не подходили к человеческому жилью поздним летом, незачем. Но вой был хорошо слышен – стая близко. Радэк стесал об порожек павильона сгусток жирной грязи, обметавшей сапог. Гостеприимная могильная земля. Представил Маринеля, выбирающегося из могилы и хмыкнул. Вряд ли вампир спал в гробу. Но если да. Что если да? Винетор не раз обошел могилы, но что если он пропустил самое очевидное. В городе нет мест, где мог ночевать вампир. Охотник вынюхивал каждый уголок. Если предположить, что Маринель, несмотря на любовь к эпатажным шуткам, не настолько глуп, чтобы свить гнездо в башне Ордена. Но даже ее Радэк втихаря проверил.

Охотник перегнулся через перила, пытаясь за серой плотной взвесью рассмотреть кладбище. Цепочка склепов-усыпальниц шла по контуру кладбища, забирая справа глубоко в сторону реки.

– Радэк! – окликнули сзади. – Нашел что-нибудь?

Тишко, щербато улыбаясь, уперся руками в бортик павильона.

– Нет. Что ты тут делаешь?

– Скучно стало по городу шляться, – чернявый снова усмехнулся. – Чавдар достал своими нравоучениями. Решил тебя найти. Рядом вечно что-то происходит.

– Здесь ничего нет, - Винетор сунул руки в карманы.

Тишко всегда вызвал у него неприятное чувство, как он крысы, хотя внешне охотник напоминал скорее хорька. Пронырливого и очень опасного. Заснешь, вцепится в глотку. С Радэком цыган работал несколько раз, но спину подставлять Винетор опасался, стараясь всегда держать чернявого в поле зрения. Иногда возникало стойкое ощущение, что Тишко за ним шпионит. Цыган, как сегодня, появлялся, словно чертик из табакерки, задавал внезапные вопросы и пытливо смотрел в глаза, пытаясь подцепить тень неискренности.

– Ну и ладно. Мы хотели вчетвером посмотреть за рекой. Там несколько лет назад поселился кузнец. Из пришлых. В городе не стал жить. Обособился. И уже несколько дней не показывается. Подозрительно это. Что думаешь?

Радэк хотел ответить, что зря потеряем время, но не стал. Только кивнул. Проверить надо. На Маринеля это не похоже, но мало ли что могло завестись в доме, стоящем у самого леса. Волки же даром не воют.

В общем зале сидел Чавдар. Старый охотник снова тянул свой мерзкий настой и поглядывал в распахнутое окно. Андрей и еще один из незнакомых Радэку парней сидели на крыльце. Ждали.