Охота на "Черных Вдов" (СИ) - Страница 62

Редкий топот по стальным настилам, крики, ругань, смех, стук.

Условия, поставленные Органам Вдовой, должны были быть выполнены до наступления темноты.

Время шло. Миновал полдень. Вот-вот ожидалась группа с первопрестольной!

Никита заерзал на холодном полу дизельной, выворачивая руки и просовывая их через согнутые в коленях ноги.

- Ты чего, парень?! - шепнул бригадир, повернув голову к Топоркову.

- Помоги, батя!

- Чего это ты? Всех подставить хочешь? Чтоб нас тут...

-...Помолчи, мужик, немного! - тихо сказал парень. - Здесь все свои?

- Да.

- Всех знаешь?

- Да. Не считая тебя!

- Ого как! Ладно. Помоги мне, батя, и не дрейфь!

Никита подставил бригадиру артели свой зад и уверенно попросил:

- Помоги!

- Ты чего?! - опять пробурчал мужик в телогрейке. - Совсем очумел!

- Это не то, что ты думаешь, папаша! Сними мне штаны, нащупай у меня между ягодиц липкую ленту и оторви ее. Только быстро и незаметно.

Рядом хохотнул один из рабочих.

- Тихо!

Бригадир подполз к парню и нащупал сцепленными руками ремень потертых джинсов.

Через две минуты в его пальцах висела лента - два на три сантиметра с приклеенной к ней острой заточкой в полдециметра.

Дальше в работу вступил язык. Отцепил от неба тонкий клейкий пакетик с бритвенным лезвием, вытолкнул его изо рта и довольно причмокнул.

Пальцы, как жирные черви переплетались, зашевелились, освобождая острую пластинку.

- Бери и режь! - приказал Никита бригадиру.

Истекло минут семь-восемь пыхтений и кряхтений.

Наконец парень растянул путы, спрятал куски веревки, перерезал скотч на ногах и принялся за остальных.

Еще пять минут.

- Ты что ли из СПЕЦНАЗа? - спросил кто-то из кучи сгрудившихся тел.

- Почти, - мимолетом ответил парень, но мельком заметил, как у некоторых пооткрывались рты и отвисли челюсти.

- Они нас убьют! - запричитала кассирша. - Как же так? Зачем ты нас освободил?

- Тссс, - зашипел Топорков, - руки держите за спинами и лежите, как лежали! Никаких разговоров и вяканий! Яснооо???

- Да понятно, парень! - поддержал бригадир. - А ты?

Никита пропустил вопрос мимо ушей и стал собирать "оружие". Тонкую иглу, заточенный до состояния шила надфиль, лезвие, веревку. Из шнурков ботинок вытянул крепкую леску с мягкими эластичными колпачками на концах. Из каблука, измазанного грязью, выудил латунную трубку толщиной со стержень авторучки и в пятьдесят миллиметров длиной.

Иглу аккуратно извлек из прозрачного пакетика, вставил ее в трубку и зажал в левой руке. В правой очутился моток лески. Надфиль, утяжеленный полупластилином, полугерметиком, засунул в рукав.

- Целый арсенал! - восхитился шофер "УАЗика", качая головой.

Все неотрывно следили за манипуляциями парня, гадая про себя, к каким спецслужбам он относится - ФСОТ, ФСБ, ОМОН или армейский СПЕЦНАЗ.

- Сержант? - поинтересовался тот же водитель.

- Офицер, - сообщил Никита и метнул на любопытного суровый взгляд, - много вопросов! Я попросил соблюдать тишину!

- О"кей, братишка! Думаешь получится? - сказал неугомонный мужичок, но, встретившись с грозным и недовольным взглядом парня, осекся и замолчал.

- Так. Где здесь более менее можно укрыться от бандитов и пуль? - обратился Никита к рабочим.

- Вот там, - бригадир показал жестом на серую дверь возле двух бочек, - у нас находится лебедка. Дверь крепкая и легко закрывается, но как от пуль... Не знаю! За лебедкой - площадка приема породы. Она тоже с дверью!

- Хорошо! А площадка закрыта со всех сторон? Доступа снаружи к ней нет?

- Есть окошко транспортера, открытая крыша и вторая дверь.

- Это плохо! А за лебедочным цехом или под ним...

-... Есть еще шламовый, где насос, сток и шламовый амбар! Он имеет только вход с цеха лебедки, а выход - не в счет!

- Почему?

- Узкий крутой сток из жестянки прямо в карьер. Забраться по нему невозможно! - пояснил один старатель.

- А выбраться наружу? - Никита прищурился.

- Ну... наверное... если только ободрать всю кожу, да нырнуть в грязную воду!

- Отлично! Значит так, шепнул Топорков, - охранники на мне, а дальше не вашего ума дело! Чтобы ни случилось, сидите в шламовом, закройте или застопорите обе двери, забаррикадируйтесь и ложитесь на пол, желательно за укрытиями. Приготовьте все, что можно кидать в противника - инструмент, камни, ботинки, пар и воду. При попытке взломать дверь, бросайте из-за укрытия все это в террористов! Я понятно излагаю?

- Ясно!

- Да-да!

- Чего же не понять!

- А ты, парень? - спросил вдруг бригадир.

- За меня не волнуйтесь! Но на всяк случай - пароль "Самородок"! Ясно?

- Ясно, командир! - совсем без иронии ответил один из артельщиков.

Приятная теплая волна пробежала по телу парня от этих слов. Он улыбнулся и вздохнул.

- По моему сигналу действуйте! - напомнил Топорков, разминая затекшие суставы ног и рук. - Ничего не бойтесь и не позорьтесь перед женщиной! Ну, до встречи, мужики!

Опешившие и встревоженные рабочие похлопали его по плечам, спине, мило заулыбались, шепча пожелания удачи и счастья.

Кассирша нежно взглянула и тоже пожала Никите руку.

Парень сел на корточки, передвинулся по влажному, холодному чугунному полу к одному из двигателей цеха и посмотрел на ту сторону.

Зек с "Калашниковым" восседал на бочке солярки и заново бинтовал себе руку. Другой с "АКСУ" на плече прогуливался по мосткам, часто поглядывая в щель на окрестности вокруг драги.

Никита ощупал слепок рукоятки шила-заточки. Застыла. Хорошо!

Дал знак бригадиру, чтобы он слегка пошумел.

Тот кивнул и, глубоко вздохнув, принялся карябать и скрежетать по полу каблуками.

Раненый бандит посмотрел на товарища:

- Грызь, глянь, че они там царапаются!

Зек по кличке "Грызь" недовольно сморщился и спустился в дизельную по лестнице.

- Я позырю природу за тебя! Вона мля клюшку себе не могу замотать! - сказал первый.

- Помочь?

- Сам справлюсь, че пацан че ли?!

Грызь затопал по масляному полу дизельного цеха, а раненый зек уткнулся в щель стены.

Бандит, конечно, не ожидавший подвоха со стороны запуганных связанных заложников, поравнялся с Топорковым. Расслабленный и спокойный.

Никита резко вскочил, сразу нанося удары. Ботинком в колено, ребром руки в шею и сразу в ход лезвие.

Рывок к другому, но сильный удар ногой в спину первого. Бедняга с перерезанным горлом и заточкой в виске кулем полетел в толпу артельщиков.

Три шага. Нет, оказалось четыре!

Зек у стены повернул голову и обомлел, выпучив глаза.

Две секунды ему на понимание происходящего, еще две - на изготовку к стрельбе - и то при условии, что он профессионал! Хоть мало-мальский! Но он не был профессионалом!

А четыре секунды для Истребителя - куча времени!

От испуга и неожиданности зек потерял способность кричать. Но Никита подстраховался - трубка во рту издала хлопок. Парень дунул в нее и отравленная игла "Черных Вдов" полетела прямо в глаз бандиту.

Тот дернулся и загнулся, подняв руки к лицу. Адская боль!

- Еба... - завопил было зек, но удар локтем в ухо заглушил крик.

- Молчи, ублюдок! - шепнул Никита и рывком стянул леску на шее часового.

Отчего тот умер - непонятно! То ли от отравленной иглы, застрявшей в веке глаза, то ли от удавки, прорезавшей горло.

Он тихо улегся на бочке и замер.

"АКСУ" перекочевал к Никите - только с одной обоймой. Жаль! Но может и хватит.

Парень подскочил к рабочим, проверил состояние другого бандита. Мертв.

- Автомат возьмите себе и тихо-тихо дуйте в шламовый! - шепнул Топорков, а сам развернулся и побежал на цыпочках к лестнице.

Сын Инны Иосифовны Фальк держал СПП "Скорпион" на плече, в бинокль изучал карьер и подступы к драге со стороны воды. Он насчитал трех снайперов - но это только на одной стороне агрегата!