Рождество 1948 года
Придет Сочельник. Папа срубит ёлку
И привезет на маленьких санях.
Она, расправив снежные иголки,
Наполнит хвойным запахом барак.
И в комнате, где стены продувает,
Где камнем давит низкий потолок,
В огнях свечей нам радость засияет,
Нас уведет от горя и тревог.
И будет вечер тихий и хороший,
Как было в детстве много лет назад...
И мальчик наш захлопает в ладоши
И словно звезды глазки заблестят.
Земное счастье
Пусть говорят, что мир – пустыня,
Что в жизни страшно и темно, –
Пью из небесной чаши синей
Зари пурпурное вино.
И, пробежав по мокрым травам,
Бросаю всюду жадный взгляд,
Ловлю под деревом кудрявым
Грозы недавней аромат.
И капель ласковую тяжесть
Держа в ладонях тёплых рук,
Слежу, как быстро сети вяжет
Мой самый страшный враг – паук.
А дальше, там, в цветочной чаще,
Где лютик тянется к лучу,
Я желтой бабочке летящей
Какой-то нежный вздор шепчу.
И растворяясь в этой жизни,
И тихой радостью дыша,
На всё вокруг улыбкой брызнет
Моя поющая душа!
Я не скажу вам о моей тоске.
Зачем роптать? Все жалобы напрасны.
Года бегут... Уже на волоске
Трепещет жизнь, любимая так страстно.
Несётся время бешено вперёд.
Стал календарь ненужным и немилым.
И задержать бесшумный этот год
Ни у кого ни власти нет, ни силы.
Придёт пора и оборвётся нить...
Смирись, душа, и не моли о чуде.
Умей лишь лучше каждый миг ценить,
Умей дышать глубоко полной грудью.
На всё глаза пошире открывай,
И перед Жизнью преклони колени.
Что ждёт тебя за гранью? Ад иль рай?
Но рай земной, душа, благословляй
До самого последнего мгновенья.
Северная Америка
Читая стихи князя Василия Александровича Сумбатова, видишь в нем строгую, «чисто военную косточку». Родился он в Петербурге в 1893 году. Своё образование начал в Пажеском корпусе. После смерти отца, покинув корпус, переехал в Москву к тетке и продолжил обучение в Дворянском пансионе.
На войну с германцами пошел добровольцем. Был ранен, излечивался в госпитале Царского Села. Затем прошел обучение на офицерских курсах в родном своем Пажеском корпусе. Возвратился на фронт в Елизаветградский полк. Снова был тяжело ранен и долго лечился в Киеве. В Москву вернулся в разгар революции. Женился. И в 1919 году Сумбатовы выехали за границу, оказались в Риме, где прожили сорок лет. Позднее переехали в Больцано, а потом в Ливорно. В Италии, в Ватикане, князь Сумбатов работал как художник-миниатюрист, рисовал костюмы для театра, кино, был консультантом по военным формам, когда снимались фильмы из русской жизни.
Последние тринадцать лет своей жизни Василий Александрович был слепым – после тяжелой болезни глаз. И сочиненные им стихи диктовал жене Елене Николаевне.
Первый сборник – «Стихотворения» – издан в Милане в 1957 году. Вторая книжка стихов «Прозрачная тьма» вышла в 1969 году в Ливорно. В этом городе на 84-м году жизни скончался и похоронен оригинальный русский поэт Сумбатов.
Что алей – околыш на фуражке
Или щеки в ясный день морозный?
Что яснее – яркий блик на пряжке
Или взгляд смышленый и серьёзный?
Уши надо бы укрыть от стужи,
Но законы и в мороз законы:
На груди скрещён бышлык верблюжий,
Проскользнув под яркие погоны.
Заглянув в зеркальную витрину:
Вид – гвардейский, вид – отменно бравы
Всё в порядке должном, всё по чину, –
Не напрасно пишутся уставы!
Вот навстречу три драгуна рядом,
Офицеры, а идут не в ногу! –
Отдал честь, но очень строгим взглядом
Проводил их. Даме дал дорогу.
Локтем ткнул раззяву-гимназиста,
Рябчик, шпак, а корчит нанибрата!
Отдал честь по-офицерски чисто,
Повстречав с Георгием солдата.
Впереди завидел генерала, –
Отставной! И старенький, бедняга! -
Взял на глаз дистанцию сначала,
Повернулся на четыре шага,
Стал во фронт, чуть стукнув каблуками,
Вскинул руку, вздернул подбородок,
Генеральский профиль ест глазами,
Знай, мол, наших, я – не первогодок,
Мне – двенадцать, третий год в погонах!..
Третий год, а он уже мечтает
О гусарской форме, шпорных звонах,
И себя корнетом представляет.
– Да-с, корнет! А впрочем – осторожно!
Проглядишь кого – и попадёшься.
На бурбона напороться можно,
И тогда хлопот не оберешься!
А доложишь в корпусе об этом, –
Назовут позором и скандалом!..
Хорошо, конечно, быть кадетом,
Но, пожалуй, лучше – генералом!