Однажды в Сторибруке - 3 (СИ) - Страница 16

Чанг нахмурилась. Как закончилась? У неё ещё контракт. Девушка-медсестра взяла её за руку.

- У вас сильное осколочное ранение, мисс Чанг. Вам повезло, что вы остались живы. Вас отправят в Бангор, в Медицинский центр. Там вы продолжите лечение. И вы – свободный человек.

Мулан прикрыла глаза. Свободный человек. Лёгкая улыбка коснулась её губ. Она вернётся в Сторибрук. К Руби… Завтра… Завтра она позвонит ей и … Но стоило ли? Она перепугает Руби. Скоро. Скоро ей станет лучше. Да, Чанг решила. Не завтра. Но она позвонит в Сторибрук и сообщит Лукас, что она скоро вернётся к ней. И они могут попытаться. «Да, Руби, я готова».

Но ночью у Мулан подскочила температура. У неё началось осложнение. Она металась по простыням, мечась в бреду. Она вспоминала то Аврору, то Руби. Видения сменяли одно другое. То она снова качала на руках мёртвую любимую. То неожиданно в руках у неё оказывался её армейский нож, и она всаживала его в Дороти, защищая от неё Руби. Она пыталась встать с постели и пойти вырезать боевиков. Бред сменялся бредом. Она не знала, что два сильных медбрата с трудом сдерживали её, пока медсестра вкалывала успокоительное. С температурой вернулась боль в области груди.

Мулан открыла глаза рано утром. Температура спала, но рана болела. Дышать было тяжело, но возможно. Она слегка откашлялась и посмотрела на задремавшую девушку на стуле возле её койки. Услышав кашель, сестра открыла глаза. Обрывки воспоминаний о прошедшей ночи заставили Мулан смущённо улыбнуться. Её взгляд упал на запястье девушки, на котором красовался синяк в виде пяти пальцев.

- Это я вас? – прохрипела Чанг указала глазами на синяк.

- Ничего страшного, мисс Чанг.

- Простите меня, - прошептала Мулан. Она провела языком по пересохшим губам. Медсестра мигом подскочила и налив в стакан воды, поднесла его к Мулан. Девушка сделала глоток и закашлялась. Вода обожгла горло. Было больно глотать. Скорее всего, когда её доставляли в госпиталь, пришлось вставить трубку, так как дышала она с трудом. Превозмогая боль, Мулан сделала ещё пару глотков и откинулась на подушки.

- Спасибо вам.

Температура в течении следующих десяти дней ещё поднималась несколько раз, но обострение прошло. Организм Мулан медленно, но шёл на поправку. Горло саднило, говорить было ещё тяжело, ранение порой болело так, что хотелось взвыть. Но Мулан знала, что всё будет хорошо.

========== Глава 26 ==========

В ночь перед отправкой Мулан спала плохо. Температура снова поднялась, не так сильно, но всё же девушка ощущала жар. Рана ныла, горло всё так же саднило. Но она не будила Джуди, её медсестру, чтобы спросить обезболивающее. Переживёт.

Мулан лежала, прикрыв глаза, думая о будущем. В полевом рюкзаке, в томике стихов китайской поэзии, подаренном её родителями на пятнадцатилетие, лежала фотография Авроры. Её образ всё ещё порой приходил к ней во сне. Но уже без кошмаров. Почти без кошмаров. Они прекратились недавно. После встречи с Руби. Руби. Мулан улыбнулась, вспоминая эту немного взбалмошную брюнетку. Как она там в Сторибруке? Китаянка надеялась, что с той всё хорошо и Гейл от неё отстала. Чанг, конечно, боялась благодарить небеса за её ранение. Но всё же. Теперь она вернётся в Штаты, и кто знает. Завтра её отправят в Дамаск, а там на военном самолёте отправят в Бангор.

Тут Мулан услышала шорох и открыла глаза. В полумраке палатки она увидела Галиба, местного паренька, который помогал им в госпитале. Галибу было четырнадцать, и он был сиротой. На сколько знала Мулан, у того были ещё старший брат и сестра. Сестра была замужем и жила в Дамаске, а про брата Галиб ничего не рассказывал. Что делал парень у неё в палатке? Галиб улыбнулся и в темноте блеснули его белые зубы. Мулан нахмурилась. Улыбка больше напоминала оскал.

- Привет, Галиб, - спокойно сказала девушка. – Ты что-то хотел?

Парень качнул головой и его оскал стал ещё страшнее.

- Да, я хотел, - с арабским акцентом прошептал парень. – Только ты молчи.

Китаянка видела, что одна его рука спрятана за спину. Галиб явно что-то держал в ней. Чанг не выказала страха. Хотя араб мог прятать всё что угодно за спиной. Начиная от простого ножа, кончая гранатой. Он медленно продвигался вглубь палатки.

- Галиб, я думаю, что не стоит делать то, что ты задумал.

- Я воин Аллаха и не тебе указывать мне, американская шлюха, - прошипел парень. Глаза его странно блестели и Мулан поняла, что он находится под воздействием каких-то психотропных веществ. Девушка нащупала на бедре свой армейский нож, с которым старалась не расставаться, находясь в Сирии. Она мысленно оценила свои силы и силы Галиба. По её ощущениям своего тела, девушка понимала, что парень в данный момент мог быть сильнее. Она ранена и обессилена. Он молод и горяч. Мулан понимала, что парня накачали наркотиками и он в своём безумии был физически сильнее. Что ж, она должна. Поднимать крик было нельзя. Если у араба в руке граната, то он спокойно мог подорвать себя, её, Джуди, палатку со всем оборудованием. Большим плюсом было то, что на Галибе не было пояса шахида. Он не смог бы пронести его в госпиталь. А вот оружие или гранату вполне возможно. Девушка приподнялась на койке и спокойно смерила подростка взглядом. Договориться с ним не получится. Поэтому Чанг выбирала момент, когда можно первой нанести удар. Главное это сделать вовремя. Иначе… Но об этом Мулан старалась не думать. Она не хотела погибать так глупо, когда выжила после тяжёлого осколочного ранения. Она обязана выжить. В Сторибруке её ждёт Руби. Её ждёт новая мирная жизнь.

А араб медленно-медленно подходил всё ближе. Вот он уже в нескольких шагах от койки. Мулан краем глаза заметила, что Джуди проснулась.

- Тсс, спокойно, - прошептала китаянка, - ты только молчи, пожалуйста.

Девушка глубоко вздохнула и качнула головой. Она не показывала своего страха. Да и трусы не шли работать медсёстрами на войну.

- Здорово, - улыбнулся араб, - вторая шлюшка проснулась. Вы двое увидите, как я буду творить правосудие. Я заберу вас с собой.

Ощущение было как в замедленной съёмке. Мулан видела, как Галиб достаёт из-за спины гранату. В тот же момент она метнулась в сторону парня. Грудь пронзила адская боль, от которой девушка чуть не потеряла сознание. Араб не ожидал нападения от раненой девушки и пришёл в замешательство. Это их и спасло от взрыва. Чанг набросилась на Галиба, повалив того на землю и вырвала из рук гранату, с которой тот ещё не успел вырвать чеку. Пока араб приходил в себя, Мулан отбросила гранату в сторону. В следующий момент парень уже пришёл в себя и с рычанием отбросил от себя Чанг. Девушка заметила, как в руке того сверкнуло лезвие ножа. Её рука метнулась к бедру, выхватывая свой нож. Силы явно были не равны и Чанг чувствовала, что слабеет. Ей удалось увернуться от ножа парня, но он всё же полоснул её по щеке. Мулан почувствовала боль и кровью.

- Ублюдок! – красная ярость начала застилась глаза девушки. Она вспомнила смерть Авроры, вспомнила, как уничтожала боевиков в захваченном позже лагере и это наполнило её новыми силами. Она ударила Галиба ножом, метя в грудь, но парень смог увернуться и лезвие вошло в плечо. Тот взвыл, отбросив от себя Мулан. Девушка отлетела, чудом не стукнувшись головой о ножку койки. Если бы это случилось, то она никогда бы уже не вернулась домой. Тут же раздался выстрел. Это Джуди успела найти пистолет Мулан и выстрелить в Галиба. Но и эта рана оказалась не смертельной. Пуля прошла по касательной по виску араба. Это его разозлило ещё сильнее. Он повернулся к медсестре и накинулся на неё с ножом, выбивая оружие из её рук. Джуди явно не обладала той физической силой, что была у Мулан. Ещё бы мгновение и она бы распрощалась с жизнью. Но Мулан, почти теряя сознание, усилием воли заставила себя подняться. Она упала на араба и… лезвие её ножа перерезало его горло. Уже проваливаясь в бездну, она услышала крики. Кто-то вбежал в палатку. Она почувствовала, как её аккуратно оттащили от трупа араба.