Обезьяна с гранатой - Страница 52

– Ты это чего? – насторожилась Алэйне.

– Поздравляю с совершеннолетием, ваша светлость! – поклонился он. – Желаю благополучия и радости!

– Святой Иисус! – ахнула Алэйне. – Я совсем забыла. Рей, милый!

Она выскочила из-под одеяла и повисла у него на шее. Не забыв при этом расцеловать.

– Теперь вы полноправная герцогиня! – сказал он, ставя спутницу на пол.

– Без интронизации[7] не считается! – вздохнула Алэйне. – Но все равно спасибо.

– Я приготовил тебе подарок, – сказал Рей, протягивая сверток. – Вот!

Алэйне развернула. В шелковом платке оказались какие-то ремни.

– Что это? – удивилась она.

– У меня нет денег купить тебе дорогой подарок, – вздохнул он. – Вот я и подумал… Ты показала себя настоящим воином, поэтому я дарю тебе пистолет, которым ты сейчас владеешь. А это приспособление для его скрытного ношения.

– Интересно, – сказала Алэйне, перебирая ремешки.

– Все очень просто, – сказал он, забирая подарок. – Где женщине носить пистолет? На поясе неудобно, да и на виду. Придется каждому объяснять, что это такое. Незачем. Я видел рисунок в корабле пришельцев, там пистолеты мужчины носят на бедрах поверх одежды. Женщины у нас в штанах не ходят, вот я придумал и заказал шорнику в Гвене. Все очень просто. Этот поясок вы застегиваете под рубашкой на талии. Ремешок с кобурой спускается на бедро и прихватывается к нему вторым, коротким пояском. Таким образом, пистолет сидит плотно и не болтается. Чтобы извлечь его, вам придется задрать подол, но в ситуации, когда он понадобится, это несущественно.

– Надень! – сказала Алэйне, задирая рубаху до пупа.

Рей залился краской.

– Аль…

– Я с этим полдня разбираться буду! – нахмурилась она. – Придумал – показывай!

Потея и едва не тычась лицом ей в лоно, Рей застегнул на талии девушки ремешок, затем – второй на бедре и вложил в кобуру пистолет. Алэйне, все так же в задранной рубахе, прошлась по комнате, попробовала извлечь пистолет и вложить его обратно и осталась очень довольной.

– Ты мой настоящий друг! – заявила, опустив подол и поцеловав Рея.

Тот в ответ только вздохнул.

К вечеру они въехали в Киенну. Экипаж, прогрохотав железными шинами по булыжной мостовой, подвез их к самой близкой к королевскому дворцу гостинице – так захотели путники. Рей расплатился с кучером, забрал сумки, и они вошли внутрь. По инерции, Рей заказал сдвоенный номер, таковой в гостинице нашелся, и они поднялись на жилой этаж. Приведя себя в порядок и наскоро поужинав, путники завалились спать. Встали они поздно. Спустившись в обеденный зал, заказали завтрак. Ели молча: никому не хотелось разговаривать. Они заканчивали, когда в зал вошел худощавый мужчина в сером камзоле. Он о чем-то поговорил с хозяином, после чего подошел к их столику.

– Барон де Бюи?

– Это я! – сказал Рей.

– Вас хочет видеть лорд-канцлер! Немедленно!

Рей переглянулся с Алэйне.

– А меня? – спросила она. – Я наследная герцогиня Барская.

– Насчет вас, миледи, распоряжений не было! – сухо ответил гонец. – Поторопитесь, барон! Милорд не любит ждать!

Войско текло в котловину, окружавшую Бар, словно талая вода в половодье – неспешно и уверенно. Отряды всадников, каждый под своим стягом, рысили к Соне, где кавалеристы, соскочив на берег, вели коней поить. Пехота двигалась медленнее, заполняя пространства между конными отрядами, как вода – борозды в поле перед тем, как слиться в единую гладь. С высоты стен Бара людская масса напоминала поток, поэтому сравнение с половодьем невольно приходило на ум. Элеонора ощутила, как желудок сжал спазм.

– Подзорную трубу!

Сенешаль Д’Арно подскочил и протянул ее герцогине, уже разложенную. Элеонора поднесла ее к глазам и заскользила объективом по котловине.

– Готард, – шептала она, различая стяги. – Бароны Шевре, Пертье, Мюске, Пино… Граф де Ла Фог… А этот за каким дьяволом здесь? Он же не примыкал к мятежникам?..

– Сисар! – обернулась она к спутникам. Горбун выступил вперед и поклонился. – Чего они хотят?

– Не знаю, ваша светлость.

– Ну, так узнай! – рявкнула Элеонора. – Или мне самой заняться?! У нас ведь имеется этот бездельник – герольд?

Сисара словно сдуло со стены. Спустя короткое время лязгнули цепи, опуская подъемный мост, заскрипела, ползя вверх, решетка, из ворот выехал всадник в голубом трико с черными ромбами и со стягом герцогства на длинном древке. Со стен пропела труба, и герольд поскакал навстречу войску. Там его окружили всадники в блестящих доспехах. Элеонора подняла к глазу подзорную трубу. Герольд поклонился одному из всадников и что-то сказал. Тот коротко ответил и повернул коня. Следом потянулись и его спутники. Герольд еще какое-то время чего-то ждал, затем взялся за поводья и поскакал обратно. Копыта лошади простучали по доскам, и цепи залязгали, поднимая мост.

– Что? – спросила Элеонора, когда герольд взобрался на стену.

– Граф Готард просил передать, что будет разговаривать только с вашей светлостью, – доложил герольд. По лицу его было видно, что Готард отнюдь не «просил», а скорее приказал, причем непререкаемым тоном. – Он готов встретиться на берегу Соны. Его честь – порука вашей безопасности, как и ваших спутников.

– Готовьте лошадей! – приказала Элеонора, поколебавшись.

– Ваша светлость… – влез горбун.

– Молчи! – окрысилась Элеонора. – С тобой еще будет разговор! Вы будете сопровождать меня, маркиз! – повернулась она к Д’Арно.

– Взять солдат? – спросил сенешаль.

– Не нужно. Решат, что мы их боимся. Я не хочу давать такого повода. Готард по-старомодному честен, его обещанию можно верить.

И вновь, уже в который раз, залязгали цепи подъемной решетки. Когда герцогиня и сопровождавший ее сенешаль выбрались наружу, пропела труба. Всадница и всадник спустились, преодолели мост и остановились на противоположном берегу Соны. От войска отделилась и поскакала им навстречу все та же группа в блестящих доспехах. Возглавлял ее Готард. Приблизившись, он остановил жеребца и небрежно кивнул. Спутники графа обтекли его по обеим сторонам и выстроились в ряд.

– Чему обязана счастьем видеть вас, лорды?

Яда в голосе Элеоноры хватило бы, чтоб отравить реку.

– Мы пришли требовать исполнения обязательства, – сухо ответил Готард. – По истечении срока вашего регентства знатные люди герцогства будут решать, кому править Баром. Вы подписали грамоту. – Готард достал из сумки кожаный тубус. – Вот она.

– Я подписала это в обмен на обещание разобраться с похитителем наследницы. Вы сделали это?

– Да, миледи!

– Где Рейнольдс с Алэйне?

– На пути в Киенну.

– Вы не схватили их?

– Для этого не было причин. Де Бюи не похищал наследницу. Она отправилась с ним добровольно.

– Это сказал он сам?

– И наследница подтвердила. Она не походила на женщину, которую везут куда-то силой. Не спускала с де Бюи преданного взора. Барон, как видно, не терял время дорогой. – Готард ухмыльнулся.

Элеонора ощутила, как кольнуло в сердце.

– Вы забыли, что Рейнольдс – изменник!

– Нет, миледи! Мы застали барона в Мо. Это селение лежит в противоположной от Меррии стороне. Что делать там меррийскому пособнику? Зато через Мо идет дорога в Киенну, куда и направлялся барон. Мы расспросили купцов, торгующих с Меррией. У них кипит междоусобная война, никому нет дела до Бара. Нападение меррийцев на герцогство – ваша выдумка. Вы хотели устранить наследницу, причем нашими руками, поэтому и сочинили ложь.

– Вы поверили интриганам? – воскликнула Элеонора.

– Барон не интриган! – нахмурился Готард. – Он жил в Бюи и не вмешивался в дворцовые дела. Укреплял и защищал баронство. Разбил норгов, заставив тех откочевать, чего никому не удавалось. Это вы вызвали его в Бар и поручили убить наследницу. Будучи человеком чести, де Бюи отказался и увез девушку, которой грозила смерть. Он знал, что вы не оставите его в покое и будете мстить, однако поступил как истинный дворянин. С оруженосцем и двумя женщинами он прошел сквозь Проклятый лес, по пути отбиваясь от чудовищ. В Баре нет человека, способного повторить такое. Барон – благородный человек!