Норман. Шаг во тьму - Страница 17

Разбудили меня через две части. Тело ныло, как будто я всю ночь мешки с песком таскал, но грудь не болела. Голова тоже не гудела колоколом. Я, еле передвигая ноги, добрел до кухни. Малик уже был там. При этом спал, сидя за столом, подложив под голову руки вместо подушки.

– Не спать, – толкнул я его.

– Ровный, иди…

Пришлось отвесить смачный подзатыльник.

– Давай поедим. А тебя чего подняли? Ты же не едешь с нами.

– Сначала надавал заданий, – Малик протер глаза, – а потом спрашиваешь. Пойду дальность охотничьих амулетов увеличивать, попросил эльфа разбудить. А он меня с рассветом поднял. Я только на кухне понял, что рано. Ну и снова уснул.

– Как себя чувствуешь?

– Как осел, выигравший скачки.

Я улыбнулся:

– Выглядишь так же.

– Да чтоб тебя… – Малик остановился на полуслове, увидев занесенную для подзатыльника руку.

– Легенды мне тут не рассказывай, над дальностью амулетов он собрался поработать. Сейчас выедем за ворота, и сразу уткнешься в жезл. В доме хоть не возись с ним, в пристройку иди. Разнесешь творенье гномьих рук – Кальд тебе кирку кое-куда вставит.

– Ла-а-адно.

– О, темные маги уже на ногах! – В кухню забежала Нейла, потрепала мимоходом волосы Малику. – Чего такие кислые?

– А ты чего такая бодрая? Вроде тоже полночи не спала.

Нейла усмехнулась, подошла ко мне вплотную и ливанула в меня силы. Тело словно молниями пронзило, но так приятно-приятно.

– Ты опять меч оставил, я не удержалась.

– Вы это… хоть бы меня постеснялись, сестру светлые захватили, а они уже милуются.

Я посмотрел на Нейлу – ситуация действительно складывалась двойственная. Она стояла почти вплотную, положив руки мне на грудь. А я, видимо, когда получал силу, схватил ее за плечи.

– Дай ему тоже, а то не в ту сторону думает.

Нейла подошла к Малику со спины, положила руки на грудь и выпустила силу. Видимо, Малику было не так приятно, как мне, так как он закричал. Когда отошел, заговорил скороговоркой:

– Предупреждать надо, больно же. – Он потер рукой грудь.

– Ну, видимо, ты еще не темный, – сказала Нейла, схватила со стола яблоко и выбежала из кухни.

– А тебе – не больно?

– Нет, приятно. Давай поедим?

Выехали мы спустя часть, при этом Кальд ворчал, что приедем поздно и ничего не успеем. Хуторян с собой звать не стали, Кальд сказал, что они на подводах поедут, а это долго. Кроме наших лошадей взяли двух вьючных. По дороге Нейла продолжала учить меня плетениям.

– Сделай «огонек», – с хитринкой произнесла она.

Я меры три, остановив Аравина, под ее заливистый смех крутил пальцами, прежде чем структура плетения была закончена. Наполнил силой. Над рукой сиял темный шарик. Почти один в один как у деда.

– Это что? – шепотом произнес я.

– «Прах», – хохоча, ответила Нейла.

– Но я же делал «огонек»?

– Выбрось, а лучше втяни силу обратно, я объясню.

Я втянул большую часть силы, плетение распалось.

– Я тоже в первый раз не поняла, дед сказал, что светлые плетения темной маной можно напитывать, но от некоторых из них эффект будет другой. Как, например, от «огонька». Хотя он еще сказал, что это тоже огонь, но немного другой, концентрированный.

– А как же дед делал и то, и другое, ведь получается, если наполнен темной маной, «светляк» не будет светить?

– Ага, я тоже спросила. Сказал, что, когда научимся пользоваться обеими силами, он расскажет, как держать в себе обе, и при этом прятать одну под другой. Но я тебя не за этим просила «огонек» сделать. Смотри.

Она в течение двух ударов сердца создала темного «светляка».

– Быстро, я «огонек» не могу так быстро сотворить, а составное плетение, как это, тем более.

– Вопрос не в том. Плетение, если его представить над рукой, как бы само появляется. Это на втором курсе объясняют. Но представить нужно так, словно ты его пальцами сплел, только в голове. А для этого требуется несколько тысяч раз повторить его пальцами, чтобы запомнить последовательность. Даже магистры не могут избежать этого при изучении новых плетений. Все плетения не запомнишь, но те, которыми часто пользуешься или нужно сплетать быстро, например, боевые, необходимо запоминать.

– А чего мне Лекам об этом раньше не говорил? Да и дед тоже?

– Потому что тебе еще рано, ты плетешь-то порой с ошибками, а надо безошибочно. Вот смотри, медленнее покажу.

Я сконцентрировался и через пять мер смотрел магическим зрением. Линии силы из пальцев Нейлы сами собой поворачивались и свивались, она лишь слегка подталкивала их.

– Но ты все равно пальцами толкаешь.

– Конечно, в действительности пальцы запоминают, и уже не надо доводить движение до конца, получается быстрее.

– Мышечная память?

– Ну хотя и странное выражение, как у мышц может быть память, но пусть будет так.

– Давай наших догоним.

Серый и Кальд уже превратились в маленькие фигурки. Мы пустили лошадей галопом, пытаясь обогнать друг друга. Руча, отправившаяся в этот раз с нами, тоже решила поучаствовать в скачках и сделала нас корпусов на пять, при этом было понятно, что она не очень-то напряжена и может быстрее.

В поселок прибыли, когда уже закрывались ворота. Заплатив положенные поборы, проехали в трактир. Сняв комнаты, которых осталось всего две (оказалось, тут наплыв купцов после нашествия), спустились в зал на ужин. Зал из-за позднего времени был полон. Разумные собрались пятьдесят на пятьдесят – половина охотников, обмывающих хорошую продажу добычи, половина купцов, соответственно обмывающих хорошие сделки.

Стол для нас освободил все тот же трактирщик, причем на этот раз он был особенно вежлив. Мы заказали по порции свинины в соусе с овощным гарниром (крупа надоела). Ну, конечно, по паре кружек пива, причем сгоряча посчитали Нейлу в этом плане полноценным разумным, то есть на нее тоже заказали две кружки.

Причина лояльности трактирщика выяснилась к середине ужина. В трактир явился управляющий гильдией и подошел к нашему столу.

– Разрешите присесть, господин Звонкий. – Управляющий явно игнорировал наше присутствие.

– По отношению к гному обращение звучит нелепо, – ответил Кальд.

– Извините, уважаемый.

– Присаживайтесь, господин Ноуран. Я правильно сказал?

– Да, конечно. В прошлый раз произошли некоторые недоразумения, мне бы хотелось их исправить.

– Слушаю вас, – довольно надменно ответил Кальд.

– Дело в том, что ваш банк не принимает деньги от охотников.

– А я тут при чем?

– Мы прекрасно понимаем, о чем идет речь.

– О чем? Вы запретили помещать мои деньги в банк!

– Я не знал, что вы живете в «Проклятом».

– Ваши предложения?

– Я готов забыть о недоразумении.

– Давайте расстанемся друзьями, господин Ноуран, новое место для банка подготовлено, в «Проклятом доме» прекрасно поместятся все служащие.

– Уважаемый Звонкий, давайте не будем играть в игры. И я, и вы прекрасно знаем, что это принесет убытки и вам, и нам.

– Ваши предложения? – Кальд был разгневан. – Вот владелец «Проклятого»… – Гном ткнул в меня пальцем. – Он готов отдать свои земли под новый поселок, часть людей уже переехала туда, я скупил земли вокруг. Мне это выгодно. Последний раз спрашиваю, ваши предложения?

– На десять лет отсутствие ренты для банка, – потупившись, ответил управляющий.

– Пожизненно! Или банк съезжает!

– Согласен.

– Хорошо, с завтрашнего дня охотники могут вкладывать свои деньги, но только после подписания нового контракта. С утра я предупрежу руководство банка.

– Спасибо.

– До свидания.

– Ни хрена себе, – только и смог произнести я, отхлебнув пива, после того как ушел управляющий.

– Ты уж извини, Ровный, что воспользовался тобой ненароком, но не люблю тех, кто не понимает выгоды. Я в прошлый раз под свою ответственность дал управляющему банка распоряжение не принимать деньги от охотников. Убытков это принесло массу, но сейчас все окупится.