НЕЖНЫМ ДАЕТСЯ ПЕЧАЛЬ - Страница 20

Когда ей удалось успокоиться, Андрей полез в холодильник и бросил пельмени в кипящую воду. Заварил чай, и они с аппетитом позавтракали. Андрей рассказывал какие-то смешные истории из своей жизни (до женитьбы, разумеется), и они весело, впервые за все это время, смеялись.

Хлопнула  дверь,  и  послышались   шаги.  Настин  воркующий   голосок донесся и  до кухни:

– Надюша, не расстраивайся. Все наладится. Не ты одна не можешь наладить свою личную жизнь. К сожалению, не все мужчины сейчас торопятся жениться. Ну, не расстраивайся, будет и на твоей улице праздник...

Настя  прервала  разговор  на  полуслове  и  с  открытым  ртом уставилась на смеющихся  Андрея  и  Веронику.

Андрей бросил на нее суровый взгляд и отвернулся.

– Доброе утро, Настя, – как можно доброжелательней произнесла Вероника и выдавила из себя улыбку.

– Доброе. Очень доброе.

Она еще что-то сказала какой-то Наденьке и спрятала телефон в карман.

Вероника отставила недопитую чашку в сторону и снова почувствовала  себя неловко. Она бы не прочь уйти, страсть как не хотелось  стать свидетельницей очередного скандала, но она  не  могла и  не  хотела оставлять Андрея  в  такой ситуации одного. Ника чувствовала, что для Андрея она в такие моменты – настоящая поддержка. Его жена смерила презрительным взглядом пустую бутылку виски, валяющуюся в мусорном ведре.

– Снова напился, – поморщилась Настя, поднося неровный огонь зажигалки к тоненькой сигарете.

Андрей  никак  не  отреагировал  на  ее  слова  и  продолжал все так же неторопливо пить чай.

– Снова напился, – повторила она с открытым энтузиазмом, удобно устроившись на стуле рядом с ними. – А что, появился какой-то повод?

Андрей бросил на свою жену взгляд, по которому сразу стало ясно, что он начинает нервничать.

– Не кури. Ребенка отравишь.

– И что?

– Как это что? Где ты совесть потеряла? Неужели сложно понять, что у Маши еще не выработан иммунитет, и она может запросто отравиться этим дымом.

– Хочу и курю. Это твои проблемы, но никак не мои, понял? И никто мне не запретит делать того, что мне нравится. Даже такой умный, как ты.

Андрей сжал зубы и нервно забарабанил пальцами по столу. Вероника уже тоже вышла из себя.

– Настя, это же твой ребенок. Как ты можешь?..

– А ты не вмешивайся! – рявкнула она, резко прервав Веронику. – Не суй свой  нос, куда не  просят. Тоже  мне,  сестричка нашлась! К тебе тут, понимаешь, со всей душой, а ты еще вмешиваешься, где  не  нужно. Это наша  жизнь,  мы  взрослые люди и сами в состоянии решить наши проблемы, ясно?

–  Настя,  ты  красивая  и  умная  женщина,  –  зашла  с  другой  стороны  Вероника. – Я  уверена,  многие   завидуют  твоей   внешности  и  умению держать себя в обществе. Может быть, ты сегодня  не будешь морщить свой красивый  носик? Почему  бы  тебе  не обсудить всякую ерунду за чашечкой чая или кофе?

Андрей поднял на нее свои глаза и слегка улыбнулся.

Настя  замотала  головой  и,  выпустив  очередное колечко дыма, произнесла:

– Нет  уж,  спасибо. Я  сейчас  ухожу  на массаж. Я вот что хочу спросить. Андрей, ты, кажется, говорил, что собираешься  подыскать  Вике работу. Так чего же ты ждешь, я не понимаю?

– Ну, что ты, Настя! Человек только вчера приехал. Пусть хоть немного отдохнет, освоится.

– Я сама в ближайшее время займусь поиском работы, – заверила ее Вероника,  – можешь не беспокоиться.

– И  все-таки  я  настаиваю. Андрей, ты целыми днями сидишь  без  дела, потому что у тебя отпуск. Ты только и знаешь, что сидеть с этой… Машей. Будь  добр,  помоги  своей  сестре, буду тебе очень признательна.

У нее зазвонил телефон, и она быстренько ретировалась.

– Спасибо тебе. – Андрей взял Веронику  за руку  и  с благодарностью посмотрел в глаза. – Если бы не ты, мы бы снова поскандалили.

– Да ладно,  Андрей, что ты! Мне было  совсем  не  трудно. Ты знаешь, а я, кажется, понимаю, что ты сейчас чувствуешь.

– Да? Что?

– Ты чувствуешь себя бессильным перед обстоятельствами, которые сложились не в твою пользу. Ты не перестаешь винить себя за то, что ничего не можешь изменить и от осознания  этого тебе еще больней.

Глаза его – черные и притягательные – смотрели на нее с такой болью, что у Вероники невольно сжалось сердце.

Да, она знала, что иногда больно бьет словами, что слишком прямолинейна, и не боится говорить даже самую горькую правду в глаза, вот и сейчас… Сейчас она сказала то, что ей не следовало бы говорить, в конце концов, это не ее дело, и не ее проблемы. Андрей же только отошел, только развеселился, а она… Вероника покраснела и опустила глаза. И совсем неожиданно для самой себя сказала: