Невеста для князя - Страница 14

– Тише, пожалуйста. Я сочувствую вашему горю, но каждый присутствующий здесь имеет право высказаться, – мягко произнес Ис.

– Тогда можно я скажу? Своими глазами видел, как все было. – Светловолосый юноша встретился с князем взглядом. Получив разрешение, выступил вперед. – Я тоже был в том трактире. Марис стал цепляться к разносчице: то ущипнуть норовил, то за косу подергать, потом потребовал, чтобы она с ним посидела. Девушка отказывалась, но Марис к тому времени выпил изрядно. Замахнулся, хотел ударить, но появился Одис. Вступился за девушку, велел Марису идти домой. Тот вспылил, началась драка, а дальше вы знаете.

– Душегуб! Что… что тебе сын мой сделал? Совсем молодой был… жениться собирался… Не будет тебе покоя за этот грех! – наставив палец на Мариса, воскликнула старушка.

Ее трясло, женщина даже не вытирала слезы. Только стояла и смотрела на Мариса.

– И снова я попрошу успокоиться. Если не будет порядка, вы уйдете, – повысил голос Ис.

Кажется, старушка его даже не услышала. Да и что ей терять? Сына убили, а никакое наказание не сравнится с горем матери, потерявшей ребенка.

– Зачем он первым в драку полез? Пиво на меня выплеснул! Полстакана еще оставалось, за него деньги были уплачены! – не подозревая, что этими словами уже признает свою вину, запальчиво воскликнул Марис. – И девка та ему не подруга, не невеста. Не совал бы нос в чужое дело, остался бы жив.

Для меня вся картина произошедшего стала ясна, но князь для порядка выслушал всех пришедших. Хозяин трактира подтвердил слова паренька и добавил, что Аза и сама пришла бы просить за своего спасителя, но слегла с горячкой из-за пережитого испуга.

– Что ж, вот мое решение. – Голос Иса гулко разнесся по залу, эхом отражаясь от стен. – Марис виновен в убийстве, а также должен будет возместить вред, причиненный господину Дайту. Шеллу освободить немедленно и выплатить компенсацию в благодарность за проявленную храбрость.

– Где же я деньги такие возьму? Сумма немаленькая, а у меня все, что было, отобрали. Я как раз работу получил и в том трактире отметить это хотел, – возмутился Марис.

– Деньги мне сейчас нужны. Сколько ждать-то можно? – Купец также остался недоволен приговором.

– Все будет выплачено из казны. Марис отправится в рудники, где будет работать в течение двадцати лет, – холодно отчеканил Ис. – Работать – на совесть. Если станет отлынивать, к наказанию прибавятся удары плетьми.

Сообразив, что князь сказал все, что хотел, и добавлять ничего не собирается, люди загомонили. Марис считал наказание слишком строгим, старушка – слишком мягким. Шелла порывалась поблагодарить Иса, Дайт норовил узнать, где ему получить деньги.

У меня от шума моментально разболелась голова, но, как только князь устало прикрыл глаза, церемониймейстер и стражники в считаные мгновения навели порядок. Продолжать прием Ис не стал – объявил короткий перерыв.

– Одис поступил как настоящий герой, – сделав пометки в тетради, пылко воскликнул Кэм. – Он умер достойно, как и подобает благородному рыцарю.

– А по мне – глупо и безрассудно. Если уж так хотел погеройствовать, мог позвать стражу, а не лезть в драку. Марис ведь даже не раскаялся в содеянном, – цинично отозвалась я.

– Риш, ты ведь знаешь стражников, они всегда слишком долго собираются, надеясь, что все разрешится без их участия. Одис не мог ждать! – От наплыва чувств парнишка даже руками взмахнул.

– На том свете времени у него теперь достаточно. – Я поморщилась, не одобряя позаимствованной у Иса привычки ученика называть меня сокращенным именем. – И матери Одиса совершенно безразлично, как он умер. Ей нужен живой сын, а не мертвый герой.

– Ваше сиятельство, а как бы вы поступили? Неужели тоже остались бы в стороне? – Кэм уставился на князя как на последнюю надежду.

– Нет, я тоже заступился бы за девушку, – не стал разочаровывать парня Ис. – Вот только, в отличие от Одиса, мне пьянчуга с ножом не страшен, я сумел бы разогнать даже десять таких.

– Сражаться умеет не каждый, – насупился ученик.

– Значит, надо искать другие пути, – как ни в чем не бывало, продолжил князь. – Ришида не научила тебя, что ввязываться стоит только в тот бой, который сможешь выиграть?

– Ну, Одис мог бы и не пытаться решить спор по-хорошему. Закричать, что идут стражники. Или подойти сзади и ударить Мариса кувшином по голове. Не слишком благородно, но действенно. – У Кэма вырвался смешок. – Вот только тогда стража предъявила бы претензии уже ему.

На окончательно поникшего парня жалко было смотреть. Вроде Кэм перестал быть моим учеником, но я по-прежнему чувствовала ответственность за него и, однажды взявшись опекать, собиралась делать это и дальше.

– А вот именно этому тебе и предстоит научиться. Понять, когда стоит вмешаться, а когда безопаснее пройти мимо. Или, если ни один вариант тебя не устраивает, придумать что-то свое. Но, опять же, не забывая о путях отхода. Мы с Ришидой это умеем, но нашим учителем выступила жизнь. – Улыбка Иса стала грустной. – Что касается Шеллы и остальных, я приму меры, чтобы все мои подданные чувствовали себя защищенными.

– Я понял, спасибо. – Вид у парня стал задумчивым. – Могу я задать еще вопрос? Как обычный посетитель?

– Сколько хочешь, – кивнул князь.

– Что делать, если девушка хочет научиться сражаться? Причем управляться с деревянным оружием она уже умеет и грезит о настоящем. – Вид у Кэма стал смущенным.

Я с трудом сдержалась от смеха. Никогда бы не подумала, что у Карин окажется такой бойкий характер! Хотя, если вспомнить, на какие ухищрения она пошла, чтобы выпросить рекомендательное письмо у советника, удивляться нечему.

– Да, поделись опытом, как очаровывать девушек с подрастающим поколением, – не удержавшись, поддразнила я Иса.

Князь укоризненно покосился на меня, но Кэму ответил серьезно:

– Если это ее мечта, поддержи ее. Даже если эта девушка научится сражаться лучше тебя, она оценит, что ты был рядом. И у вас появится общий интерес и общая тайна, а это всегда сближает.

– Спасибо. – По лицу ученика было непонятно, собирается ли он последовать совету, но во внимание услышанное принял – точно.

– Посмотри, много там еще людей осталось? – покосившись в окно на медленно закатывающееся за горизонт солнце, попросил Ис Кэма.

– Ты всегда стараешься поступить правильно, да? – пользуясь тем, что мы остались одни (стражники стояли слишком далеко), негромко спросила я.

– Ну, именно этому меня обязывает он. – Ис коснулся венца, надетого ради приема. – А у тебя тоже есть какой-то вопрос?

– Честно говоря, не знаю, вопрос ли это. – Я передернула плечами.

– Задавай, постараемся разобраться, – заверил князь. – Я надеюсь, ты не собираешься признаться в том, что все-таки запугала кого-то из графов и теперь мне придется искать двух кандидатов на освободившиеся должности?

Ис лукаво усмехнулся, а я внезапно решила, что не хочу знать, как он ко мне относится. Глупо врать самой себе. Мне действительно нравилось общаться с Исом. Нравилось, что он понимает меня как никто другой, нравилось его чувство юмора, даже манера контролировать все вокруг уже не раздражала, а вызывала уважение. И я слишком боялась потерять это.

Как ни крути, а меня трудно назвать правильной парой. Я даже на временную спутницу с трудом тяну. А Ис, как бы ни вел себя со мной, в первую очередь – князь, и не забудет об этом.

– Бутерброд будешь? – Вытащив из кармана искомое, отломила половину. – Понимаю, что решать чужие проблемы очень важно, но у меня желудок от голода сводит.

– Серьезно? Это та проблема, о которой ты хотела поговорить? – Ис в замешательстве уставился на меня.

– Если не хочешь, второй раз предлагать не буду, съем сама. – Я тут же откусила кусок от своей порции, демонстрируя серьезность намерений. – И да, проблема важная. Вдруг князьям не положены такие грубые нарушения этикета и только мне доставляет удовольствие постоянно его нарушать!

– Знаешь, отец всегда повторял: чтобы понять человека, нужно залезть в его шкуру. Именно по этому принципу я и произвожу суд – представляю, что могло толкнуть ответчика на то или иное действие, и думаю, что сказать и как поступить, чтобы это исправить. Поскольку отбирать у тебя бутерброд бесполезно, – князь сделал паузу и вздохнул, выражая досаду, – придется понять твои мотивы!