Неправильный (СИ) - Страница 39

— Ты мне меня напоминаешь.

— Чем? — не понял Белов.

— Я видел, как ты уже несколько раз на его страницу заходил. Я поначалу тоже не вылезал со страницы Стаса. Если бы была возможность узнать, кто к тебе заходил и сколько раз, он бы решил, что я маньяк. Принимать какие-то кардинальные изменения в себе всегда сложно.

— Да нет между нами ничего…

— Да я так и понял, когда ты в пятый раз на его страницу полез, — мудро согласился Никита. — Но я не про тебя сейчас. Всего лишь рассказываю, как было со мной. Мы с Жарой с первого класса воевали: за девчонку, за конфету, за мяч на физре. Время прошло, и все перевернулось. Я сопротивлялся, но вскоре понял, что это мой человек, и я не могу идти против самого себя.

— Почему против себя? Если ты понимал, что твой выбор сулит тебе массу проблем…

— Да, он сулил. Но ты — это не только твоя ориентация, Марк. Ты — это ты: со своими проблемами, страхами, заебами, принципами, чувствами. И когда ты находишь своего человека, он тоже становится частью тебя. Я свой выбор принял, и за три года еще ни разу об этом не пожалел.

Марк не знал, что сказать, но как это часто бывает, чужому легче признаться, поэтому он выдавил:

— Но у нас все не так. Мы знакомы два месяца всего.

— Это не мешает вам вырабатывать электричество. Такие вещи чувствуются. Особенно, если ты неожиданно открываешь дверь в палату, а тебя не ждали. Совет на будущее: больницы, ментовка и другие общественные заведения на то и рассчитаны, что вам нигде не укрыться. Так что дождитесь выписки, что ли.

— Ой, отвянь, а? — вот на бесплатные советы Марк точно не был настроен.

— Слушай, а у тебя сока нет? — Никита был мастером переводить тему.

— Нет, закончился, — Белов все еще кипел негодованием.

— А твой… э… знакомый двухмесячный случайно не принес?

Никита вскочил и пошел к столу. Заглянул в пакет. А потом как-то медленно положил его на место. Лицо его выражало крайнюю степень удивления.

— Что? Что там? Водка? — Белов протянул руку.

— Да нет… Знаешь, ты, пожалуй, прав. У вас действительно своеобразные отношения, — Никита подошел и отдал пакет. Затем почесал голову и пошел к своей кровати.

Ничего не понимающий Марк открыл пакет. А через секунду хохотал на всю палату.

Там лежали три апельсина. И баночка с надписью «Хрен».

Комментарий к Глава 15. Картина идеального спутника

Тем, кто недоволен, что между парнями был один поцелуй, я напоминаю - Марк - полуинвалид))

Я, которая на своем опыте знает, что это такое сломанная шея (и не спрашивайте, как я умудрилась, потому что это слишком позорная история, и я ничего не скажу), заявляю: целоваться с больной шеей, конечно, можно, о чем свидетельствует прошлая глава. Но если в порыве страсти твою голову крутят, словно ты - плюшевый слон, а не человек, то думаешь не столько о поцелуе в этот момент, а о том, хрустнет у тебя поврежденный позвонок, или все же повезет.

Поэтому те, кто ждал страстных французских поцелуев, плавно переходящих в бурную НЦу прямо на больничной койке среди бела дня - ждите, пока срастутся Маруськины косточки))

П.С. над тем, как этих двоих запихнуть в койку, я уже думаю (мозговой центр работает круглосуточно), и, возможно, в следующей главе вы прочитаете то, до чего я в итоге додумалась.

П.с.с. Как я и говорила, автор к НЦе готов, Марк - ПОЧТИ готов)) Так что НЦа на расстоянии одной-двух глав)

========== Глава 16. Которую автор, перекрестившись, все же выложил ==========

Я пыталась подмигнуть, но ни звездочек, ни скобочек в названии главы ставить нельзя. Поэтому я подмигиваю сейчас; -) Кто читал отзывы к предыдущим главам, тот все понял))

Так что эта глава — доказательство того, что слухи о «баба сказала — баба забыла или передумала» слегка преувеличены. Девочки тоже умеют выполнять обещанное. Только могут немного затянуть с обещанным))

Простите меня, мои хорошие, за задержку. Зато глава большая получилась)) Знали бы вы, чего мне это стоили эти 15 страниц))

Писала под СтаRоста — Безумные танцы (почти в режиме нон-стоп)

Приятного чтения)

Неделю спустя.

— У вас было время отдохнуть, — вещал коварный учитель физики, — поэтому я не вижу проблемы. Скажите спасибо, что не нагружаю вас проверочной. И так, пересаживать буду соответствии с результатами последних проверочных. Более сильные будут подтягивать более слабых…

Белов, перекидываясь сообщениями в сети с Игнатом, прослушал свою фамилию. И только когда Соня ткнула его локтем, поднял голову.

— А? Что?

— Белов, ты идешь к Старкову. Быстрее, не задерживай мне урок. Дальше…

А дальше Марк не слушал. Быстро собрав свои пожитки и не уставая удивляться насмешке судьбы, он пошел на третий ряд, где его уже ждал повеселевший Старков.

— Это судьба, — озвучил Игнат его мысли. — Как удачно, не правда ли?

— О, да! — усмехнулся Марк. — Интересно, моя удача заключается в том, что ты оболтус, или в том, что теперь мне тебе нужно работать за двоих? — сходу надавил он на нужные кнопки.

Он уже доподлинно знал, что если от Старкова нужно чего-то добиться, нет смысла просить и тем более умолять. Нужно всего лишь выразить сомнение, что он справится. Главное, чтобы это не прозвучало, как попытка взять «на слабо». Никакого вызова в голосе, лишь аккуратная констатация, что на него не особо и рассчитывают. И все. Старков уже сам засучивает рукава, готовый доказывать, что на его счет ошиблись.

Вот и сейчас Игнат подобрался, поправил галстук и углубился в задание, молча дав понять Марку, что отвечать на оскорбление он считает выше своего достоинства.

Старков был сообразительным парнем, это Белов уже давно выяснил. Если бы не врожденное распиздяйство в последней стадии, он бы смело мог претендовать на золотую медаль. И на тридцать минут они с Марком действительно стали обычными одноклассниками.

Но тем неожиданней было то, что произошло потом. Марк, который по второму кругу проверял свои записи на предмет ошибок, вздрогнул, почувствовав на своем бедре руку. Задержав дыхание, он окинул доступный боковому зрению участок класса, но не увидел никакой угрозы разоблачения. Учитель что-то писал в журнале. Одноклассники были заняты работой.

— Прекрати, — шикнул он на Старкова. Но тот, даже не отрывая глаз от своей тетради, плавно переместил руку выше и ощутимо сжал ничего не подозревающий член Марка.

Белов вскочил, но запутавшись штаниной за стул, упал прямо в проход между партами. Ребята, чьи мозги уже слегка тормозили от формул, захохотали от такого неожиданного циркового номера.

— Белов? Что у тебя на этот раз? — недовольно спросил учитель.

— Простите, ногу свело, — процедил Марк, глядя в невинные глаза улыбающегося Старкова. Поднялся и снова сел.

— Какие мы застенчивые, — тихо хохотнул Игнат, снова возвращаясь к своей тетради. Марк насупился. Класс постепенно вернулся к работе.

«Ну, ничего. Я освоюсь и покажу тебе, какой я застенчивый!» — решил Белов.

И ведь освоился. И показал.

Прошла 2-я неделя.

Марк нагнулся, чтобы взять нужную книгу, когда почувствовал на своей правой ягодице руку. Резко выпрямился.

— Ты совсем страх потерял? — спросил он, глядя на сборник стихов Ахматовой перед собой.

— Да не пугайся ты так, Апельсинка, — шепнул ему в макушку Старков. — Но ты так провокационно стоял… Как я мог пройти мимо?

— Молча, например. Мы в библиотеке, — укоризненно сказал Марк, поворачиваясь и устремляя негодующий взгляд на Игната. И тут же цепенея, потому что в глазах напротив танцевали черти. Танцевали развратно, грязно, возбуждающе. Помимо воли вызывая в отличнике приятную дрожь предвкушения.

— Я вижу, — тихо произнес Старк, делая шаг вперед и оттесняя Белова в угол.

— Я отлучусь на минутку, — раздался голос библиотекаря.