Необыкновенные приключения капитана Шпарина (СИ) - Страница 20

«Совсем другой человек. Здравствуйте, капитан!».

Шпарин отдал отражению честь, щёлкнул каблуками, сорвал берет с головы, сунул за поясной ремень рядом с пустой кобурой, повернулся через левое плечо и выскочил из палаты.

В коридоре новый сюрприз. Очкастый эскулап третьего ранга Евпахов, поменяв чёрный халат на белый, с висящим на шее фонендоскопом, беседуя с очкастым доктором Лихоркиным, неторопливо шествовал навстречу.

─ Капитан, ─ останавливаясь, вежливо кивнул доктор Лихоркин. ─ Хотелось бы переговорить с вами, касательно одной нашей знакомой, с которой вы провели непозволительно долгое время наедине сегодня утром. Видите ли, капитан, я питаю определённые чувства к упомянутой особе и, надеюсь, она тоже. И я не понимаю, как она оказалась не на своем этаже, в вашей палате и чем вы там могли заниматься, как я уже упомянул, так долго?

─ О чувствах и непозволительно долгом времени наедине вам расскажет сама Инга! Если захочет! ─ отодвигая доктора Лихоркина, сказал Шпарин. ─ А мне хотелось бы узнать о самочувствии вашего коллеги. Не сказалось ли лежание под потолочной плитой на его здоровье?

─ Простите, не имею чести знать. Вы кто? ─ испуганно отреагировал эскулап третьего ранга и, увлекая за собой доктора Лихоркина, побежал по коридору.

─ Витязь без пальто! ─ рявкнул Шпарин. ─ Бегом по рабочим местам, пока я вас не порвал, как… ─ запнулся он, забыв продолжение. ─ Как одна собака резиновое приспособление для согревания тела в холодное время.

Эскулапы торопливо скрылись в ближайшей палате.

─ Дуэль, ─ приоткрывая дверь, пропищал доктор Лихоркин. ─ Категорически заявляю! Вечером, после работы.

─ Непременно, ─ пробормотал Шпарин, проходя мимо. ─ На скальпелях.

База встретила Шпарина летящим тополиным пухом и казалась вымершей.

«Где военный народ? Странное у вас тут заведение. Настоящий театр абсурда. Вчера был август, а сегодня по всей видимости июнь, что ли. Да, ребята, вы не перестаёте меня удивлять, я зверею всё больше и больше, с каждой минутой. И память стала подводить. А собаку ту звали «Тузиком».

Отмахиваясь от пуха, назойливо лезшего в рот и нос, по хрустящей гравием дорожке Шпарин направился к плацу.

Материализуясь, как из воздуха, мимо него, отдав честь, молодцевато промаршировали Додоня и Кесин.

─ Воины! Где ваш командир? ─ поинтересовался Шпарин. ─ Я имею в виду капитана Супонева.

─ Не можем знать, господин капитан! ─ в один голос ответили оба. ─ Сами ищем. Только не капитана, а главного сержанта. Пропал со вчерашнего дня.

Когда Шпарин добрался до плаца, группа военных уже закончила посадку в самый большой вертолёт. Последним на борт поднялся начальник штаба Трепов.

За вертолетом лежал блестящий шар, на боку валялся опрокинутый подъемный кран и стоял грузовик с переломанным кузовом.

─ Отойдите подальше, капитан, ─ сказал Шпарину плотный низкорослый человек в чёрной форме, состоящей из потертых кожаных куртки и штанов. ─ Столько времени потеряли из-за этой штуковины, так и не засунули, будь она не ладна, только аппарель помяли. Каждый раз сам по себе скатывается обратно. Как живой! Не хочет с нами лететь. На вид легкий, а на самом деле тяжёлый, зараза. Тонн пять, не меньше.

Шпарин обошел вертолет и, протянув руку к блестящей поверхности шара, тут же отдернул ладонь. Излучающая легкое сияние поверхность шара была горяча как вскипевший чайник.

«А шарик совсем не тот, что торчал на крыше башни».

Человек в лётной форме вытащил башмаки из-под колес вертолёта, забросил в люк, поднялся сам, нажал на что-то там внутри и трап, как металлическая змеюка втянулся во чрево вертолёта. Люк захлопнулся.

«Древака на борту. Трепов жив и здоров. Вчера валялся на траве с разбитым черепом и дергал ногами. Все участники вчерашнего хит-парада пребывают в хорошей форме».

Из иллюминаторов смотрели лица офицеров. Пробежав взглядом по борту Шпарин, увидел безучастную физиономию адъютанта Древаки, похожего, как две капли воды на предателя Ляхова.

«В штаб, ─ решил Шпарин. ─ Противник оголил фронт, пошарим у него в окопах. К тому же надо забрать личные вещи».

Помахивая грязным ведром, из боковой двери офицерской столовой вышел знакомый толстячок в белом переднике, забрызганным кровью, белом поварском колпаке, белых штанах и куртке.

─ Жучка, Дуська, Машка, Дамка! ─ крикнул толстячок и оглушительно свистнул. На зов, немедленно примчалась поименованная свора собак и, усердно виляя хвостами, уселась полукругом у ног кормильца.

─ Профессор Давкин собственной персоной. Ещё один оживший мертвец, ─ громко сказал Шпарин, подходя к толстячку.

─ Да как вы такое говорите, господин капитан. Моя фамилия Капустков.

─ Решил переквалифицироваться в работники кухни, перейти с обезьян на ближайших друзей человека. Чем кормим? ─ Шпарин заглянул в ведро. ─ Надеюсь не хвостами гамадрилов?

Шпарин схватил толстяка за руку.

─ Бегемотин-ной, гиппопотаминой.

Толстяк вывернулся и спрятался в столовой.

─ И ведь никто ни за что не сознается, ─ Шпарин саданул ногой по двери. ─ Или действительно им всем память отшибло.

─ Жаль, что я тебя вчера недорезал, ─ глухо донеслось из столовой.

─ Так-та-ак! ─ воскликнул Шпарин, наваливаясь на дверь. ─ Значит кое-что помним!

─ Вызываю караул!

─ Мы еще увидимся, больная сволочь!

Шпарин продолжил путь к штабу. Мысли закрутились вокруг летающей техники.

«Отличная возможность унести отсюда ноги. Куда угодно, лишь бы убраться с Базы. Там посмотрим… Заберу отобранные вещи и вперед. Стоп! А Инга? А документы? Без документов никуда. Положим документы я раздобуду в штабе. Но Инга, захочет ли она?».

Шпарин остановился.

«Хоть возвращайся обратно в госпиталь и объясняйся с неожиданно возникшей ниоткуда любимой девушкой».

Шпарин повернулся и пошел к госпиталю.

«Всё так просто? Сейчас приду и скажу: Инга, я прибыл с того света и, похоже надолго, летим со мной. Нет, не так. Инга, любовь моя, я жить без тебя не могу, хотя мы знакомы пять минут! Это если честно. А не честно? Остаться в шкуре двойника? Начинать отношения с вранья? Ни за что. Выясню отношения как следует всё обдумав. Сначала дедушкин „брегет“, документы, оружие и карту, карту обязательно раздобыть».

Шпарин повернулся и пошел к штабу.

От штаба неслись завывания, приглушенный рёв, и запах жасмина.

«Неужели медведь взбесился? Ничего удивительного, взбесишься от такой жизни».

Штаб оказался на старом месте. В клетке вместо медведя сидел Супонев в форме главного сержанта. Вчерашний коричневый узник, прикованный цепью к клетке снаружи, с обручем на косматой шее, лежал на ступеньках крыльца штаба.

─ Здрасте! ─ сказал Шпарин. ─ Давно сидим?

─ Выпусти меня, Шпар-рин! ─ прорычал Супонев, раскачиваясь и дергая прутья клетки.

─ Звереем потихоньку?

─ Ю-ю-юй… В туалет хочу. Выпусти!

─ Гадь в клетке ─ места много.

«Хоть этот в здравом уме, хотя может и не совсем в здравом».

─ В звании понизили. Снова главный сержант? Зачем ты туда забрался?

─ Древака посадил, ─ нехотя признался Супонев.

─ Ну-ну, колись, заменитель медведя.

─ Хотел убить Ляхова.

─ Опять? Ты уже убил его! ─ изумился Шпарин. ─ Если мне не изменяет память.

─ Когда это? ─ искренне удивился Супонев. ─ Живой. Сидит в кабинете. Пьет каждый день. Ничего не боится. У него дядя заместитель Начальника Департамента.

─ Ты навлекаешь на себя большие неприятности. Дядя племяша тебе не простит.

─ Плевать, пусть делают, что хотят.

─ Расскажи мне про вчерашний вечерочек. Куда вы все пропали? Не хочешь?.. Или не помнишь?

Шпарин прошелся возле клетки, потрогал замки.

─ Зачем подбросил Ляхову папку с секретными документами?

─ Не понимаю о чём ты! ─ в глазах Супонева мелькнула плохо скрытая ненависть.

─ Понимаешь! Это я не понимаю в какие игры вы тут играете, но ты играешь не на своей стороне. Я тебя просчитал.