Неистовые джокеры - Страница 6
– Эй! – окликнул племянницу Джек. – Корделия! Я здесь! Это я, Джек!
Ему казалось, будто он видит все происходящее по телевизору или смотрит в перевернутый бинокль. Девушка явно его не слышала. Как же привлечь к себе ее внимание? Ревели, набирая обороты, двигатели автобусов, голоса пассажиров сливались в невнятный гул – ему не перекричать этот шум.
Мужчина подхватил ее чемодан. Корделия улыбнулась. Незнакомец взял ее под локоть и повел к ближайшему выходу.
– Нееет!!!
Его крик был таким громким, что обернулась даже Корделия. На ее личике промелькнуло озадаченное выражение, потом провожатый потянул ее вперед, и она пошла дальше.
Джек вполголоса выругался и начал пробиваться в зал ожидания, расталкивая и расшвыривая тех, кто попадался ему на пути. Монахини, джокеры, панки, попрошайки – ему было все равно. По крайней мере до тех пор, пока он не уткнулся в тушу джокера, который формой тела, да и массой тоже, больше всего напоминал «жука».
– Спешишь куда-нибудь? – осведомилось живое подобие «Фольксвагена».
– Да, – ответил Джек, пытаясь проскользнуть мимо.
– Я приехал сюда из Санта-Фе. У нас все говорят, что здесь живут одни грубияны.
Ручища размером с хороший тостер сгребла Джека за лацканы рубахи. Зловонное дыхание джокера наводило на мысли об общественном туалете после наплыва посетителей.
– Прошу прощения, – извинился Джек. – Послушайте, мне нужно догнать мою племянницу, пока ее не увел один скользкий тип.
Джокер пробуравил его долгим взглядом сверху вниз.
– А, понимаю, – сказал он. – Совсем как по телевизору, да?
Он отпустил Джека, и тот обежал его, словно гору.
Корделии нигде не было. Франтоватый латиноамериканец, который провожал ее, тоже как сквозь землю провалился. Джек подбежал к выходу, через который должна была выйти эта парочка. Его глазам предстали сотни людей – главным образом затылки, – но никого, похожего на его племянницу.
Он колебался едва ли секунду. В этом городе обитало восемь миллионов человек. И еще одному богу известно, сколько туристов и джокеров наводнило Манхэттен в честь Дня дикой карты – вероятно, еще несколько миллионов. А ему всего-то и надо было найти одну шестнадцатилетнюю девицу из провинциальной Луизианы. На миг Джек полностью подчинился инстинкту и, недолго думая, бросился к эскалаторам. Может быть, ему удастся перехватить их до того, как они покинут здание вокзала. Если не удастся – придется искать Корделию на улице.
Не хотелось даже думать о том, что он скажет сестре.
Спектор так и не заснул. Пузырек с таблетками отправился в мусорное ведро – придется поискать средство посильнее.
Боль сопровождала его повсюду – как намертво въевшийся запах табачного дыма в каком-нибудь захудалом баре. Спектор сел и начал медленно дышать. Тусклый утренний свет придавал его квартирке, обставленной дешевым хламом из ломбардов и комиссионных магазинов, еще более унылый, чем обычно, вид.
Зазвонил телефон.
– Слушаю.
– Мистер Спектор?
У звонившего был утонченный бостонский выговор. Голос казался незнакомым.
– Да. Кто говорит?
– Это неважно, по крайней мере в настоящий момент.
– Ладно. – Понятно, решил поиграть в секреты, но так поступали многие. – Зачем вы мне звоните? Что вам нужно?
– Один наш общий знакомый по имени Грубер сообщил, что вы обладаете уникальными способностями определенного рода. Один мой клиент, возможно, был бы заинтересован в том, чтобы нанять вас… Сначала на временной основе.
Спектор почесал шею.
– Думаю, я понял, к чему вы клоните. Если это какая-то ловушка, можете попрощаться с жизнью. Если все без обмана, это обойдется вам недешево.
– Разумеется. Возможно, вы что-нибудь слышали о «Сумеречном кулаке»? Служба в этой организации может оказаться для вас весьма выгодной. Однако они очень осторожны и всегда требуют предварительных доказательств.
Молва утверждала, что «Сумеречный кулак» возглавляет какой-то новый преступный воротила. Они уже изрядно потеснили другие, более старые, банды. В грядущей резне Спектор будет чувствовать себя как рыба в воде.
– Я ничем не занят. Кто у вас на примете?
– Это не столь важно. – Незнакомец в трубке помолчал. – Мистер Грубер, похоже, знает о вас более чем достаточно, но при этом не умеет держать язык за зубами. Будьте сегодня в одиннадцать тридцать на Таймс-сквер. Если вы нам подойдете, мы свяжемся с вами там.
– А деньги?
На том конце провода послышался какой-то звонок.
– Об этом поговорим позже. Прошу прощения, меня ждут другие дела. Всего доброго, мистер Спектор.
Спектор бросил трубку и улыбнулся. Грубера он недолюбливал. Тот вечно норовил попользоваться чужими услугами на дармовщинку. Убийство старого скряги пойдет только на пользу обществу.
Он голышом прошел в ванную и посмотрел на себя в зеркало. Слипшиеся сосульками волосы давно не мешало бы помыть, да и усы слишком отрасли и закрывали тонкую верхнюю губу. Во всем остальном он выглядел в точности так же, как в тот день, когда он умер. В тот самый день, когда Тахион вытащил его с того света. Спектор задумался, не будет ли он жить вечно. Вообще-то он был бы не прочь. Он высунул язык. Его отражение и не подумало ответить ему тем же. Оно улыбнулось.
– Не волнуйся, Несущий Гибель, – успокоило его лицо в зеркале. – Ты все еще можешь умереть. – И расхохоталось.
Спектор попятился в спальню. Откуда-то повеяло холодом и послышалось громкое потрескивание.
– Ну-ну, Несущий Гибель. Я просто хочу поболтать.
На кровати сидела проекция Астронома. На нем была черная ряса, подпоясанная веревкой из человеческих волос. Дряхлое тело держалось прямее обычного, что значило – он недавно восстановил запасы энергии. Старик был весь в крови.
– Что нужно?
Спектор был напуган. Астроном входил в число тех немногих, на кого его способности не действовали.
– Знаешь, какой сегодня день?
– День дикой карты. Это каждый дурак знает.
Спектор поднял с пола коричневые вельветовые брюки.
– Да. Но не только. Сегодня Судный день.
Астроном сплел пальцы рук.
– Судный день? – Спектор натянул штаны. – О чем это вы?
– О тех мерзавцах, которые погубили мой план. Не дали свершиться предначертанному. Помешали нам завладеть миром. – Глаза Астронома сверкнули безумным огнем, которого прежде не было. – Но есть и другие миры. Этот не скоро забудет прощальный пинок, который я дам негодяям, посмевшим встать на моем пути.
– Черепаха, Тахион, Фортунато. Вы говорите об этих людях? Похвально.
– К концу дня все они будут мертвы. А ты, мой дорогой, мне поможешь.
– Черта с два. Я не раз делал для вас грязную работу, а сегодня не стану. Вы бросили меня. И больше я вам не поверю.
– Мне не хочется тебя убивать, поэтому я дам тебе еще один шанс передумать.
Вокруг Астронома начал вращаться вихрь радужного света.
– Отвали, старик. – Спектор погрозил кулаком. – Тебе не удастся больше оставить меня в дураках.
– Правда? Тогда, боюсь, придется оставить тебя в мертвецах. Вместе со всеми остальными.
Астроном принял облик шакала. Страшная острая морда разинула пасть; на ковер потекла темная дымящаяся кровь. Шакал завыл. Спектор заткнул уши и бросился на пол.
Фортунато позвонил Каролине и попросил ее отвести Веронику в особняк его матери, где официально располагалось их эскорт-агентство. Каролина и еще с полдюжины других девушек жили там – если это можно было так назвать. Он кое-как напялил на Веронику одежду и оставил лежать на диванчике в гостиной – та уже отключилась.
– Она оклемается? – спросил Бреннан.
– Сомневаюсь.
– Я знаю, это меня не касается, но не кажется ли тебе, что ты слишком круто с ней обошелся?
– Все под контролем, – отрезал Фортунато.
– Нисколько в этом не сомневался.
Несколько секунд они стояли, глядя друг на друга. Бреннан, пожалуй, был единственным поборником справедливости из всех разгуливавших по Нью-Йорку, кому Фортунато доверял. Отчасти потому, что Бреннана не затронул вирус дикой карты. К тому же Бреннану с Фортунато довелось вместе побывать в опаснейшей переделке в чреве чудовищной космической пришелицы, которую некоторые называли Прародительницей Роя. Астроном звал ее Тиамат и намеревался при помощи прибора, который именовал «Машиной Шакти», привести ее на Землю. Фортунато разбил машину, но было уже слишком поздно. Космическое чудище успело прибыть на Землю, и из-за него погибли сотни тысяч человек по всему миру.