Негодяи Z (СИ) - Страница 135

— Но ты просто…

— Сегодня был долгий день, — устало протянул Лен, внимательно изучая лицо Барри. — Тебе нужно поспать.

Барри не мог спорить. День действительно был долгим и трудным. И всякий раз, когда он пытался что-нибудь затеять с Леном, кто-то обязательно портил ему настроение. Все осложняли навязчивые мысли о том, как же сильно ему хотелось просто… трахаться, спрятавшись за одним из грузовиков.

— Я настаиваю, — мягко прервал его мысли Лен. — Ты пойдешь со мной и ляжешь спать.

Вздохнув, Барри кивнул.

— В палатке моего отца есть еще одно одеяло.

Лен улыбнулся.

— Хорошо.

Наклонившись ближе, он медленно поцеловал Барри в лоб. От прикосновения его губ Барри растаял, и так же внезапно, как возникала энергия молнии, на него вдруг накатила усталость.

***

Этой ночью Кейтлин снился человек в огне. Это был тот же сон, что преследовал ее вот уже целый год, но сейчас сон был каким-то тягучим и зыбким, и у Кейтлин не получилось разглядеть фигуру мужчины, стоящего в огне.

__________

* Сравнительная степень (итал.)

========== Глава 38. Пайпер и Трикстер ==========

Комментарий к Глава 38. Пайпер и Трикстер

Перевод vera_nic

Муниципальное здание Централ Сити, пятью днями ранее

— Перестань таскать повсюду эту крысу, — недовольно бросил Джеймс, указывая на зверька, свернувшегося на плече Хартли, едва только тот очутился в вестибюле в надвинутом на глаза капюшоне.

Было довольно трудно разглядеть хоть что-то в сумраке заброшенного здания. Кейтлин распахнула дверь, за которой виднелась лестница наверх, и когда Хартли прошел мимо Джеймса, лишь неопределенно хмыкнув в ответ, ему, честно говоря, стало немного обидно.

— Пайпер…

Джеймс сделал шаг вперед, но Рэтэуэй даже не обернулся. Он молча стоял в стороне, засунув одну руку в карман, а другой придерживал свою дурацкую флейту. Джеймс с трудом представлял себе, для чего ему этот инструмент. Должно быть, какое-то оружие, но…

— Все-таки ты странный, Рэтэуэй, — добавил он.

Подойдя достаточно близко к Хартли, Джеймс начал стаскивать капюшон с его головы, но тот немедленно потянул его обратно.

— Что бы там ни случилось между тобой и Снартом, вам наверняка было о чем поговорить, — продолжил Джеймс игривым тоном.

— Не твое дело, — отрезал Хартли и выдернул капюшон из его рук.

— Не нужно так горячиться. Твои дружки…

— Отъебись.

Джеймс даже не успел среагировать, когда Хартли, вдруг оказавшись прямо перед ним, вцепился в воротник его оранжево-синей куртки. Он сделал это с такой неожиданной силой, что на секунду Джеймс даже испугался.

— Ты знаешь, что крысы являются переносчиками множества заболеваний? — насмешливо спросил он. — А знаешь, кто совершенно не опасен?

Джеймс поднял руку и раскрыл ладонь прямо перед лицом Хартли. В ней лежал маленький камушек.

— Каменная зверушка! — пропел он. — Это не просто вещь из семидесятых*.

Хартли дернулся, его глаза сузились от ярости.

— У-у, — медленно протянул Джеймс, вдруг заметив под его глазом огромный, полыхающий всеми оттенками красного, синяк. — Пайпер?..

Камушек выскользнул из ладони Джеймса и упал на пол с тихим стуком. Джеймс указал на синяк пальцем.

Хартли выпустил его куртку, закусил губу и уставился в пол. Очевидно, на этот раз у Мистера-я-образованнее-чем-большинство-людей-могут-себе-позволить не нашлось ответа.

— Что, острый конъюнктивит?

Хартли кинул на Джеймса разъяренный взгляд и сердито вздохнул.

— Холод, — пробормотал он, отступив и скрестив на груди руки.

— Ну, у нас только недавно закончилась ужасающая апокалиптическая зима. Я предложил бы тебе свою куртку, но, боюсь, ты неправильно можешь истолковать это. Кстати, я что, так ничего и не получу за свою зверюшкину шутку?

С досадой отвернувшись, Хартли сделал движение в сторону двери, где ждала их Кейтлин, но Джеймс схватил его за руку.

— Что еще? — нахмурился Хартли. Теперь он выглядел не разгневанным, а скорее печальным и смирившимся. Джеймс знал Хартли не так давно, но все же видеть, как от его привычного самодовольства не осталось и следа, было как-то неловко.

— Холод, — с беспокойством произнес Джеймс. — Что он…

Хартли отвернулся к лестнице, а затем снова взглянул куда-то за спину Джеймсу.

— Я просто… — медленно начал он, но вдруг, остановившись, выпрямился и сухо прервал себя. — Я поцеловал Барри, и Капитану это не понравилось.

В животе Джеймса образовалась странная пустота, которая неожиданно вырвалась наружу взрывом смеха. Хартли возмущенно уставился на него, но потом и сам начал посмеиваться.

В конце концов, он опять вздохнул, и его потерянный взгляд вынудил Джеймса сдержать смех. Он попытался сказать что-то сочувственное, но у него получилось лишь брякнуть:

— Мне казалось, ты не такой гей.

Хартли снова сверкнул глазами.

— И что это, черт возьми, значит?

— Я имел в виду… — Джеймс взмахнул рукой и почувствовал, что краснеет. — Один — мужчина, другой — женщина…

Хартли продолжал не мигая смотреть на него.

— Ты откуда вылез, из 2005-го? **

— А?

Джеймс понятия не имел, о чем говорил Хартли.

— Я даже объяснять тебе не собираюсь. Это такая чушь и настолько ниже меня, и всякий раз, когда я пытаюсь ладить с людьми, они почему-то считают, что могут втоптать меня в грязь, или происходит какое-нибудь другое дерьмо, как с Барри. Так что, ни при каких обстоятельствах я не собираюсь давать итальянскому цирковому идиоту уроки гей-сексуальности.

— Блин, Пайпер, я только… — Джеймс пытался объяснить, что он хотел сказать, но слова, которые вертелись в голове, были ему непривычны и ужасно смущали. — Видишь ли, мне казалось, что ты и Лен Снарт… как бы это… ну, ты понимаешь, один гей вроде как мужественный, а другой… не совсем.

Хартли в изумлении приоткрыл рот.

— Ты только что назвал меня твинком? *** — разъяренно спросил он.

— Это так называется?

Несколько секунд Хартли лишь ожесточенно смотрел на Джеймса.

— Я не знаю, что ты там видел в гей-порно…

Джеймс почувствовал, как удушливая волна смущения заливает его лицо краской.

— Я никогда не…

В этот момент дверь распахнулась, и Хартли, резко отвернувшись, зашагал к Кейтлин, недослушав то, что хотел сказать Джеймс.

***

Первая ночь в Айрон Хайтс, тремя днями ранее

— В завершение, — произнес Хартли так, словно его длинная и напыщенная речь в пугающе мрачной, в стиле зловещих ужастиков тюрьме была финалом какой-то романтической комедии, а не самой странной ситуации, в которую Джеймс только попадал в своей жизни. — Отсутствие доступных партнеров для нас обоих логически приводит нас к тому, что мы должны принять это взаимное притяжение, сделать следующий шаг и посмотреть, куда это нас приведет.

Кто блин такой этот парень? И как он может… предлагать такое с этой улыбочкой на лице? Ему следовало немедленно прекратить улыбаться, все это становилось очень уж странным.

Сейчас не лучшее время. Им нужно было тихо пересидеть ночь в Айрон Хайтс, и когда Джеймс обнаружил это небольшое уютное помещение, он надеялся уснуть в одиночестве, в кресле, положив ноги на стол, но сейчас по столу бегала крыса, плащ Хартли висел на стуле, поверх куртки Джеймса, а сам Хартли стоял напротив вжавшегося в дверь Джеймса и… улыбался ему.

Единственный фонарик, который у них был, лежал на столе, и как бы Джеймсу ни хотелось схватить его и направить прямо в лицо Хартли, он не мог до него добраться.

— Знаешь… — Джеймс с трудом сглотнул, стараясь смотреть куда угодно, только бы избежать пристального взгляда Хартли. — …Хитвейв тоже один…

— Меня не прет от ожогов, — медленно произнес Хартли и шагнул ближе. Теперь его лицо было совсем рядом, а их колени соприкоснулись, и Джеймс почувствовал напряжение во всем теле.

Как быстро бьется пульс, — думал Джеймс, уставившись на Хартли и не пытаясь сделать движение, чтобы прекратить все это или поощрить его действовать дальше. Многого не заметить, но можно достаточно… ладно. Нужно обдумать это. Хартли… довольно симпатичный… для парня.