Недобрый час - Страница 26

е сомневался, что видел их.

– Загляните в комнату перед приемной.

Падре Анхель толкнул затянутую сеткой дверь. На циновке лежало существо неопределенного пола – кости, обтянутые желтой кожей. Прислонившись спиной к перегородке, сидели двое мужчин и женщина. Хотя никакого запаха падре не ощутил, он подумал, что от этого существа должно исходить невыносимое зловоние.

– Кто это? – спросил он.

– Мой сын, – ответила женщина. И, словно извиняясь, сказала: – Два года у него кровавый понос.

Не поворачивая головы, больной скосил глаза в сторону двери. Падре охватили ужас и жалость.

– И что вы с ним делаете? – спросил он.

– Даем ему зеленые бананы, – ответила женщина. – Ему не нравятся – а ведь они так хорошо крепят.

– Вам следовало бы принести его на исповедь, – сказал падре, но слова его прозвучали как-то неубедительно.

Он тихо закрыл за собой дверь и, приблизив лицо к металлической сетке окна, чтобы лучше разглядеть доктора, царапнул по ней ногтем. Доктор Хиральдо растирал что-то в ступке.

– Что у него? – спросил падре.

– Я еще его не осматривал, – ответил врач. И добавил, словно размышляя о чем-то: – Вот какие вещи, падре, по воле господа происходят с людьми.

Замечание это падре Анхель оставил без ответа и только сказал:

– Таким мертвым, как этот бедный юноша, не выглядел ни один из мертвецов, которых я много перевидал на своем веку.

Он попрощался. Судов у причала уже не было. Начинало смеркаться. Падре Анхель отметил про себя, что после того, как он увидел больного, состояние его духа изменилось. Внезапно он понял, что опаздывает, и заспешил к полицейскому участку.

Скорчившись, сжав голову ладонями, алькальд сидел на раскладном стуле.

– Добрый вечер, – медленно сказал падре.

Алькальд поднял голову, и падре содрогнулся при виде его красных от отчаяния глаз. Одна щека у алькальда была чистая и свежевыбритая, но другая была в зарослях щетины и вымазана пепельно-серой мазью. Глухо застонав, он воскликнул:

– Падре, я застрелюсь!

Падре Анхель остановился, ошеломленный.

– Вы отравляете себя, принимая столько обезболивающего, – сказал он.

Громко топая, алькальд подбежал к стене и, вцепившись обеими руками себе в волосы, боднул ее. Падре еще никогда не доводилось быть свидетелем такой боли.

– Примите тогда еще две таблетки, – посоветовал он, сознавая, что предложить это средство его побуждает только собственная растерянность. – Оттого, что примете еще две, не умрете.

Он всегда терялся при виде человеческой боли – слишком ясно он сознавал свою полную перед ней беспомощность. В поисках таблеток падре обвел взглядом всю большую полупустую комнату. У стен стояли полдюжины табуреток с кожаными сиденьями и застекленный шкаф, набитый пыльными бумагами, а на гвозде висела литография с изображением президента республики. Таблеток он не увидел – только целлофановые обертки, валяющиеся на полу.

– Где они у вас? – спросил, уже отчаявшись найти таблетки, падре.

– Они на меня больше не действуют, – простоналОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com