Налегке - Страница 130

как ликуют другие, ибо уехать с прииска мне было не на что.

Компания "Вольный Запад" запретила уносить с собой пробы - и не удивительно: одна горсть этой руды уже представляла собой довольно крупную сумму. Чтобы показать, как высоко ценилась эта руда, приведу такой пример: партия в тысячу шестьсот фунтов была продана на месте, у выхода шахты, по доллару за фунт; и тот, кто приобрел ее, навьючил руду на мулов и повез за полтораста или двести миль, через горы, в Сан-Франциско, уверенный, что все его труды и издержки окупятся с лихвой. Компания также наказала своему десятнику не пускать в рудник никого, кроме рабочих, ни днем ни ночью и ни под каким видом. Я по-прежнему пребывал в унынии, а Хигби в задумчивости, но мысли у него были иные, чем у меня. Он подолгу изучал руду, разглядывал ее в увеличительное стекло, вертел в руках, чтобы свет падал на нее с разных сторон, и каждый раз после этого, обращаясь к самому себе, высказывал одно и то же неизменное мнение, облеченное в одну и ту же неизменную формулу:

- Нет, эта руда не с "Вольного Запада"!

Он стал поговаривать о том, что намерен забраться в шахту, - пусть хоть стреляют в него. На душе у меня кошки скребли, и мне было наплевать, заберется он в шахту или нет. Он попытался сделать это днем - безуспешно; попытался ночью - опять неудача; встал ни свет ни заря, опять попытался снова неудача. Тогда он устроился среди кустов полыни и лежал в засаде час за часом, дожидаясь, когда рабочие - два - три рудокопа - вылезут из шахты и усядутся перекусить в тени камня; поднялся было, но слишком рано - один из рабочих вернулся за чем-то; рискнул еще раз и уже подобрался к шахте, но тут другой рабочий встал из-за камня и внимательно поглядел кругом, - а Хигби тотчас пал на землю и притаился; потом он на четвереньках дополз до входа в шахту, бросил быстрый взгляд вокруг, ухватился за веревку и спустился по ней. Он скрылся в темном забое в ту самую минуту, когда над краем шахты появилась чья-то голова и раздался окрик "эй!", на который Хигби предпочел не отозваться. Больше никто ему не мешал. Час спустя он влетел в нашу хижину, красный, потный, готовый взорваться от волнения, и проговорил театральным шепотом:

- Я знал, знал! Теперь мы богаты! Это слепая жила!

Подо мной точно закачалась земля. Сомнения - убежденность - снова сомнения - надежда, радость, восторг, вера, неверие - дикий хаос противоречивых чувств захлестнул мое сердце и мозг, и я не мог вымолвить ни слова. Эта душевная буря длилась минуты две, после чего я встряхнулся и проговорил:

- Скажи еще раз!

- Слепая жила.

- Кэл, давай... давай спалим дом... или убьем кого-нибудь! Выйдем на улицу и покричим "ура"! Впрочем, к чему это? Такого ведь не бывает.

- Это слепая жила! Миллионы стоит! Висячий бок - лежачий бок - зальбанд из глинозема - все точка в точку!

Он подбросил вверх свою шляпу и прокричал троекратное "ура", а я пустил все сомнения по ветру и заорал еще громче, чем он. Ибо я стал миллионером, и плевать я хотелОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com