Наёмник (СИ) - Страница 35

Заканчиваю облёт замка и нахожу его восхитительным: стены зачарованы так, что их даже ядерным зарядом Царь-Бомбы в упор не пробьёшь, развёрнутые поля-поглотители здорово снижают регенерацию маны у всех, кроме Стражей, блокирующие поля не дают уйти портключом и аппарацией, тропы Огня, по которым перемещаются Фениксы, тропы Теней и тропы Смерти, по которым могут ходить Гримы, надёжно перекрыты. Также заблокирована анимагия. Единственный известный мне, кроме арки, способ покинуть замок – Бездна. Я так и не понял, что это за место, но самое близкое, пожалуй – небытие. Бескрайняя пустота.

Долго там находиться чисто психологически тяжело, хотя, казалось бы, в чём беда? Никто не угрожает, никто не смотрит… Но всё равно мороз по коже. И это у меня-то, человека, лично перебившего несколько десятков тысяч человек! Нет, не шутка и не хвастовство – теракты. В том же Кувейте я тоже отметился в своё время.

А вот и мой блохастый друг! Ничего, осталось всего полтора года, потерпи, пёсик. Сириус Блек, легендарный убийца, (аж самому смешно, тринадцать маглов и целый волшебник!) предатель, подлец и просто хороший человек валялся на грязном соломенном тюфяке в образе собаки. Стоп! Собаки?

«Нет, выходить из теней не стоит», — давлю в себе импульс достать палочку и наложить на последнего Блека диагностику. Придётся по старинке…

Сириус Блек (Бродяга — +50% к характеристикам в образе Грима, доступ к тропам Смерти)

Раса: человек/Грим (9%)-оборотень (Истинный)

Возраст: 33 года.

HP 1266/2266

MP 0/2178

PP 0/0

Уровень: 47

Класс: маг-воин (+1500 MP, +25% к эффективности боевых и двойного назначения заклинаний)

Подкласс: штурмовик (+50% к силе и скорости сотворения защитных чар, +25% к урону, +15% к характеристикам в бою)

Сила: 61

Ловкость: 65

Выносливость: 209

Интеллект: 87

Мудрость: 46

Харизма: -25

Свободных очков характеристик: 141

Ну ничего себе пёсик! Он реально Грим… Никакой не анимаг, истинный оборотень. И да, увы, он тоже раб, а значит – враг.

Плавно погружаюсь в спящее сознание и начинаю копировать знания и воспоминания по магии. А почему бы и нет? Начинаю планомерный обход замка и вытягивание знаний из голов местных жителей. Увы, состояние разума не выглядит отвратительным только у людей вроде Сириуса и Беллы – тем, кому есть за что держаться и есть воистину стальная воля, чтобы не опуститься в такое желанное безумие. Сириус держится за образ крёстника, в котором уже видит реинкарнацию Джеймса, Белла – за Лорда, который в её глазах превратился в Бога, Долохов – за месть Дамблдору… А вот те, кто принял метку ради денег, власти, развлечения – они все безумны. Понятно, почему невыразимцы выпустили из тюрьмы только десяток Пожирателей – остальных смысла выпускать нет, это в лучшем случае животные. Интересно, а был ли здесь когда-нибудь Джексон? Если да, то голума писали с них…

Ну, с Азкабаном закончил – здесь чертовски мало вменяемых магов. Вместе с комиссией министерства (Вот это – волшебники. Защита сознания? Заклинания? Щиты? Нет! Настоящий волшебник – это магл с палочкой и завышенным ЧСВ), проверявшей, не украли ли что-нибудь невыразимцы в своём же замке, покинул магическую тюрьму.

========== Глава 11 ==========

Интересно, то, что все по-настоящему значимые события происходят со мной именно ночью – это просто совпадение, или меня кто-то проклял? Тем не менее, да, после ночного приключения с «драконом» мы с Терри, Малфоем и Уизли, отправились в Запретный лес.

Почему именно такой состав? Ну, в апреле к моим посиделкам присоединился Бут, а Малфой и Уизли подслушали, что мы решили передать дракона друзьям родителей Терри. И, естественно, заложили нас. И, естественно, полезли сами смотреть за тем, как нас поймают. Так что встреча с профессором МакГонагалл – вполне закономерный итог.

В одиннадцать часов вечера мы спустились в вестибюль. Филч, Малфой, Уизли, Бут – отлично, все в сборе.

— За мной, — сказал Филч, зажигая лампу и выводя их на улицу. — Держу пари, вы теперь дважды подумаете, прежде чем нарушать школьные правила, а? — сказал он, злобно косясь на них. — О, да… по мне так тяжёлый труд и боль — лучшие учителя… Очень жаль, что старые способы наказания отменили… подвесить бы вас за кисти рук к потолку на несколько деньков… Цепи всё ещё в моём кабинете, я их регулярно смазываю на случай, если они когда-нибудь понадобятся… Ну, тогда пошли, и не вздумайте убегать — вам же хуже будет.

На самом деле, Филч не застал эти «старые добрые времена» даже учеником, но ведь надо же чем-то пугать мелких нарушителей?

Мы пошли по территории школы. Бут и Уизли нервно косился по сторонам, а Малфой шел деревянной походкой, бледный, как смерть.

Луна светила ярко, но из-за набегавших на неё облаков, мир то и дело погружались в темноту. Впереди показались освещённые окна хижины Хагрида, а вскоре мы услышали отдалённый крик:

— Это ты, Филч? Скорее, пора б уж начать.

На лице Терри отразилось облегчение, но заметивший это Филч гаденько так сказал:

— Ты, видимо, считаешь, что будешь валять дурака с этим увальнем? Тогда подумай хорошенько ещё раз, парень — вы пойдёте в Лес, и я бы ошибся, если бы сказал, что все вы вернётесь оттуда целыми и невредимыми.

Шестой вздрогнул, а Малфой остановился, как вкопанный.

— В Лес? — повторил он и звучал уже не так круто, как обычно. — Мы не можем идти туда ночью… Там же всяких чудищ полно… оборотней, например.

— Ну, это уже ваша проблема, — радостно сказал Филч. — Вы должны были подумать об оборотнях до того, как нарывались на неприятности.

Навстречу к ним из темноты широкими шагами вышел Хагрид в сопровождении Клыка. В руках он нёс огромный арбалет, а через плечо был перекинут колчан со стрелами.

— Наконец-то, — сказал он. — Жду уже полчаса. Гарри, Терри, вы в порядке?

— Тебе не следует быть с ними слишком обходительным, Хагрид, — произнёс Филч холодно. — Они, между прочим, наказание отрабатывают.

— Так вот чего вы опоздали, да? — сказал Хагрид, бросая на Филча хмурый взгляд. — Лекции им читал, да? Ну, теперь это не твоя забота. Ты своё дело сделал, дальше я их поведу.

— Я вернусь к рассвету, — сказал Филч, — за тем, что от них останется, — добавил он гнусно, и затем пошёл в направлении замка, его лампа, покачиваясь, вместе с ним удалялась в темноте.

Малфой повернулся к Хагриду.

— Я не пойду в Лес, — сказал он и я услышал панические нотки в его голосе.

— Пойдёшь, если хочешь остаться в Хогвартсе, — жёстко ответил Хагрид. — Ты вёл себя неправильно, и теперь должен расплатиться за это.

— Но это работа для прислуги, а не для учеников. Я думал, нас заставят переписывать что-нибудь или что-нибудь в этом роде. Если бы мой отец знал, что я должен делать, он бы…

— …он бы сказал тебе, что такие уж порядки в Хогвартсе, — прогрохотал Хагрид. — Переписывать что-нибудь! Толк-то от этого какой? Ты будешь делать что-нибудь полезное, либо вылетишь отсюда. Если ты думаешь, что твой отец предпочтёт, чтобы тебя отчислили, то ступай в замок и собирай вещички. Иди.

Малфой не сдвинулся с места. Он с яростью посмотрел на Хагрида, но затем опустил глаза.

— Ну и ладно, — сказал Хагрид, — а теперь, слушайте внимательно, потому что, чем мы займёмся сегодня очень опасно, и я не хочу, чтобы кто-то рисковал жизнью. Идите-ка сюда.

Он подвёл их к самой кромке Леса. Подняв лампу повыше, он указал на узкую извилистую тропинку, теряющуюся за толстыми тёмными стволами деревьев. Они посмотрели в лес, и легкий ветерок зашевелил их волосы.

— Гляньте туда, — сказал Хагрид, — видите, эту штуку, светящуюся на земле? Серебристое такое? Это кровь единорога. Здесь кто-то сильно поранил единорога. Уже второй раз за неделю. Я нашёл одного мёртвым в прошлую среду. Нам нужно постараться найти бедняжку. Возможно, его придётся добить.