Наёмник - Страница 20

Кирк отогнал ненужные ему сейчас мысли и полностью сосредоточился на управлении флаером. Ярко-жёлтый пальчик девицы упорно тыкал в возвышавшиеся над лесом горы, и Кирк развернул машину в том направлении и выжал из неё всё, на что были способны двигатели. Особого успеха это, правда, не имело ― машина явно была перегружена.

— Прибавь скорость! ― рявкнул в ухо кассилианин. ― За нами погоня!

— Заткнись, ящерица! ― огрызнулся Кирк. ― Мы и так идём на пределе!..

Кирк уже видел на экране преследователей ― две машины, одна из них значительно отставала (это был «Кондор», он и не смог бы их догнать), а вторая висела на хвосте (это уже «Беркут», наверняка не такой перегруженный, наверняка с хорошим стрелком на борту).

— Быстрее, быстрее! ― завизжала размалёванная девица. ― Через вон ту вершину! А там уже море!

— Дура! ― рявкнул Кирк. ― На кой чёрт нам море?!

— Там остров есть! ― взвизгнула девица. ― Я на нём живу! Километров через сто или двести!..

— Идиотка! ― рявкнул Кирк и повернулся к кассилианину. ― Знает, говоришь? Зар-р-раза!..

— Тупые мартышки! ― возмутился кассилианин. ― Пусти меня! Я выкину её из флаера!..

Девица испуганно завизжала, когда гвардеец попытался схватить её за плечи, начала отбиваться и сильно толкнула Кирка. В кабине и без того было не повернуться, на плечах ван Детчер всё время лежало чьё-то горячее и давящее тело, а тут ещё под самым локтем отчаянно завертелось, заотбивалось, визжа, колотя и царапая всё, что можно вокруг...

Флаер, послушный дёрганным движениям Кирка, нырнул вниз, резанул по верхушкам деревьев, завалился вправо и резко взмыл в небо.

— Всех поубиваю! ― надрывая голос заорал Кирк. ― Всех!.. ― он запнулся.

Внизу, где только что был «Беркут», вспыхнул яркий огненный шар. И Кирк понял, что по ним стреляют и что только случайность и возня в кабине помогли флаеру уцелеть. Впрочем, уцелеть ― это слишком сильно сказано. И слишком преждевременно.

Ударной волной «Беркут» подбросило, опрокинуло и потащило прямо к скалам. Кирк постарался выровнять машину, но без особого успеха ― во-первых, она по-прежнему оставалась перегруженной, а во-вторых, тревожно заверещал зуммер и индикаторы обоих левых двигателей истерично заморгали красным цветом.

Последним отчаянным движением Кирк врубил антигравитационные двигатели. «Беркут» швырнуло вниз и вперёд, скорость сильно упала, но всё ещё оставалась достаточно высокой.

— Держитесь! ― проорал Кирк.

В ответ на этот крик в шею ему мгновенно впились тонкие, но цепкие пальчики ― Кирк едва не задохнулся и в глазах у него помутнело.

Флаер врубился в группу высоких и густых кустов, пропахал в нём стометровую широкую просеку и врезался в толстенное дерево.

От удара у ван Детчера ещё больше потемнело в глазах, но ненадолго. Давящая хватка на шею исчезла. Уши заполнили визг, ругань, испуганные крики... но самым страшным звуком продолжал оставаться зуммер, чьё истеричное прерывистое верещание говорило о том, что левые двигатели выведены из строя и очень вероятно, что сейчас взорвутся.

Кирк нажал клавишу, открывающую люк, и крикнул:

— Сейчас взорвёмся! Все ― вон отсюда!..

Покидать флаер Кирку пришлось последним ― к этому моменту зуммер уже заткнулся и кабину наполнил пронзительный, выворачивающий душу наизнанку, свист, от которого хотелось согнуться, присесть и зажать ладонями уши.

Кирк успел сделать не больше десяти шагов, когда флаер взорвался. И следующие три метра пути ван Детчеру пришлось проделать по воздуху.

Упал он удачно ― на кассилианина.

Гвардейцу сейчас было не до гордости, он, наверное, оказался даже рад тому, что огненная волна взрыва прошла по спине Кирка, а не по его собственной.

Кирк почувствовал, как раскаляется и трещит ткань его пиджака, как нестерпимый жар проникает к коже, усиливается, наваливается удушающей, выворачивающей внутренности болью. Громко закричав, Кирк скатился с кассилианина, несколько раз прокатился по земле, приминая густую и странно ломкую траву и сбивая со спины пламя, перевернулся на спину и замер.

В воздухе, прямо над головой, сквозь клубы дыма отчётливо был виден атаковавший их «Беркут». Флаер заложил крутой вираж, пронёсся над лесом, взмыл ввысь и сделал «мёртвую петлю». Кирк сжал челюсти.

Конечно, такие вот штуки мог проделать почти любой десантник, умеющий управлять флаером. Даже сам Кирк постоянно закладывал подобные виражи после удачного выстрела. Но в данную секунду Кирку отчётливо представилась кабина «Беркута» ― мерцающие шкалы приборов и окаменевшее, с плотно сжатыми губами лицо майора Джошуа Чана.

— Спасибо, дружище, ― еле слышно прошептал Кирк ван Детчер. ― Я тебе это обязательно припомню...

Здание отеля представляло собой невысокое семиэтажное строение с зимним садом на крыше. В период снегов (примерно одна пятая годового цикла планеты) постояльцы могли наслаждаться по-летнему цветущим садом, отделённым от холодного внешнего мира защитным полем. Здесь же находились два ресторана, четыре бара и очень уютные гроты и пещеры, в которых желающие могли провести время так, как им заблагорассудится.

Кроме этого сада был ещё и парк. Точнее сказать, часть девственного леса ― умело сохранённая, красиво подстриженная и тщательно ухоженная. Парк располагался севернее отеля и начинался примерно метрах в двухстах от спортивной площадки.

Густая растительность, переплетение лиан, пышные кусты и высокая, по пояс, трава придавали прогулке по парку незабываемые ощущения. В парке так же можно было обнаружить и рестораны, и бары, и уютные уединённые местечки. И даже ― в некотором отдалении, около километра от отеля ― огороженную живой изгородью спортивную площадку и бассейн с прозрачной, слегка подсвеченной водой, что сейчас ― в час заката, окрасившего всё вокруг таинственными и загадочными цветами, было особенно красиво. Возле этого самого бассейна бойцами Четвёртой Имперской десантной бригады и была расстреляна первая группа заложников.

Впрочем, пятеро десантников конвоя непосредственного участия в расстреле не принимали, всю работу выполнил майор Чан. На долю же солдат оставалось лишь следить за тем, чтобы никто из заложников не пытался бежать. И если уж совсем строго говорить, то не расстрел это был, но более подходящего термина для уничтожения группы заложников в голову военным не приходило.

Майор Чан чувствовал себя преданным. И в душе его всё ещё клокотали ненависть и возмущение, направленные на своего бывшего товарища капитана Кирка ван Детчера.

Чан, войдя в положение ван Детчера, устроил ему встречу с генералом Роанкамом, помог состояться беседе, которая могла изменить ситуацию. Ну, не изменила, что ж теперь? Разве в этом вина майора Чана? А Кирк поступил совершенно непорядочно ― бежал. Если бы не он, никто из затеявших драку в холле, не ушёл бы. Кирк единственный, кто умел управлять флаером. И эти свои способности он использовал во вред Чану.

Генерал Роанкам, выслушав доклад майора Чана, задумчиво посмотрел на него и спросил:

— Вы уверены, что никого из беглецов не осталось в живых?

— Нет, командир, ― честно ответил майор. ― Мне показалось, что я видел убегающих.

— Показалось? ― переспросил генерал.

— Да, ― кивнул майор. ― Я не могу за это поручиться, но я не могу поручиться и за то, что никого не осталось в живых.

— Вы хорошо знаете этого капитана... ван Детчера? ― спросил генерал.

— Достаточно хорошо, ― ответил майор Чан, ― чтобы сомневаться в успешном выполнении своего задания.

— Хм... ― нахмурился генерал. ― Как вы полагаете, майор, что он теперь предпримет?

— Капитан ван Детчер будет уходить в горы, ― заявил майор Чан. ― Он долгое время провёл на Ксионе-II и в горах ориентируется хорошо. Он сумеет спрятаться так, что никто его не найдёт. Но я уверен, генерал, что капитан ван Детчер прятаться не будет.

— Вот как? ― неприятно изумился генерал. ― А что же он будет?