Начнем с понедельника - Страница 2

– Давайте знакомиться, Артур, – и он протянул руку.

– Юлия, – она крепко пожала ее и, улыбнувшись, добавила: – теперь мы – сотрудники!

– Кстати, сотрудница, как тебе наш коллектив, ничего, что я на «ты»?

– Ничего… Коллектив… Ну, я еще не особенно рассмотрела, видела пару девушек в редакторской…

– Это да! – Артур снова усмехнулся, – у нас много молодых девушек, некоторым нет даже пятидесяти!

Юля засмеялась:

– А с Вами весело!

– Ну, мы же на «Ты», – улыбнулся режиссер, – я тебя, Юленька, хочу предупредить: наш коллектив непростой, почти все – чьи-то родственники, любовницы, дети. Поэтому, нужно быть начеку и не особенно обольщаться улыбкам и комплиментам.

– А Вы, ой, прости, ты – чей родственник?

– Я имел в виду наших теток! Мужчин это не касается! – он засмеялся и продолжил, – тебя Карина взяла как рабочую лошадку, и глупо было бы не взять: красивая, телевизионная, с хорошей дикцией. Ты наш эфир смотрела?

– Нет, – слегка покраснев от такого количества комплиментов, ответила журналистка, – я недавно сюда переехала.

– А… и не смотри! Цирк! То с выпученными глазками, то длинноносенькая, то картавенькая, то гундосенькая! И все они, почему-то хотят работать на телевидении! Более того: чтобы их в «ящике» показывали!

– Да… грустно.

– Не то слово! – впервые Артур был не ироничен.

– Я считаю, что ведущая не обязательно должна быть красавицей. Главное – это обаяние и правильная речь. Вот из тебя бы получился отличный ведущий!

– Ну, нет! – он засмеялся, – мне и без ведения работы хватает. Сегодня с утра уже две программы отсняли в театре. А через час, – он глянул на электронные часы, расположенные на панели автомобиля, – монтаж. Потом – отсмотреть отснятый материал надо… Не поверишь – не хватает времени на личную жизнь, – и он опять засмеялся.

– А Вы, ой, – девушка кашлянула, – ты всех новеньких подвозишь?

– Нет, не всех! – Артур хитро прищурился и посмотрел на девушку, – только красивых! А если серьезно, – продолжил он, – у меня встреча отложилась на два часа, на монтаж еще рано, там другую программу собирают… Дай, думаю, подвезу новую сотрудницу, сегодня мороз на дворе!

Когда машина остановилась у подъезда, Артур вышел и, обойдя спереди автомобиль, открыл дверь для девушки. «Ну, надо же, какой галантный!» – подумала Юля и поблагодарив Артура, вихрем влетела на четвертый этаж.

Дочка уже была дома, судя по звукам, раздающимся из кухни.

– Мам, а я кушать готовлю! – в дверном проеме показалось розовощекое личико с двумя озорными светло-русыми косичками.

– Ты моя хозяюшка! – Юля подошла к плите, чмокнула дочку и заглянула в сковородку. – А что это, Марта? – кивнула она на массу, которая яростно потрескивала в сковородке.

– Это – пельмени… будешь? Я их из морозилки достала. Сейчас еще посыплю сыром, – со знанием дела добавила девочка.

– В холодильнике же есть котлетки!

– Котлетки готовила ты, а это блюдо – я! – с достоинством проговорила восьмилетняя дочь.

– Значит, будем есть то, что готовит моя доченька! – она обняла девочку и добавила, – а меня на работу взяли!

– Вот здорово! – девочка прижалась к матери, – ты будешь опять работать «звездой»?

Юля засмеялась:

– пока просто внештатным корреспондентом!

За ужином дочь с упоением рассказывала о своих новых одноклассниках, сравнивая с «ребятишками» из Советска.

«Конечно, – подумала Юля, слушая непрерывную болтовню дочурки, – первое время ей будет сложно: в военном городке жизнь шла по своим правилам, все было отлажено и знакомо. В классе учились практически все дети офицеров, воспитанные и из „благополучных“, как сейчас принято говорить, семей. Здесь – другое дело. Винегрет, – как любит выражаться мама. Теперь только на нее надежда: директор школы свою внучку в обиду не даст. Да и Марта – девочка коммуникабельная и доброжелательная, проблем с оценками никогда не было, освоится и здесь», – успокоила себя Юля и вновь мысленно вернулась к сегодняшней встрече с главным редактором на телестудии: «Как же замечательно, что ее взяли на работу! Опять любимое дело!» Ей вдруг захотелось рассказать кому-нибудь о сегодняшней удаче. Сняв с телефонного аппарата трубку, она набрала номер школьной подруги. После нескольких протяжных гудков раздался усталый голос Сони Аюповой:

– Слушаю!

– Сонечка, привет! – Возбужденного поздоровалась девушка.

– О, Люлек, это ты?

– Я, моя дорогая! У меня такая радость! Меня сегодня на работу взяли!

– Поздравляю! Рада за тебя! Ну, вот видишь, а ты отчаялась!

– Спасибо, что посоветовала мне на «Телеком» пойти!

– Конечно, твое место на телевидении! – убежденно ответила подруга, – а ты сомневалась: «Начну с газеты, осмотрюсь,» – смешно растягивая слова, подражая Юлии, сказала Аюпова, и серьезно добавила, – Когда теперь тебя смотреть?

– Я пока на сюжетах! Сонечка, мне до сих пор не верится!

– Краснова, я всегда тебе говорю: Не занижай собственную планку! Ты у нас – умничка, красавица…

– Да-да, – перебила ее журналистка, – только, почему-то такую умничку и красавицу две недели никто на работу не брал!

– Бояться конкуренции, балда, вот и не берут, – засмеялась Аюпова.

– А у тебя, как дела?

– У меня все, как обычно: накормила мужа и детей, прилегла отдохнуть. День был тяжелый: привезли опять двух молоденьких девчонок – суицидок…

– В твоей токсикологии свято место пусто не бывает, – философски заметила бывшая одноклассница, – травятся из-за несчастной любви?

– Одна – из-за любви, а другая – родителей попугать, чтоб посговорчивей были: автомобиль девчонка захотела… Чуть до морга не доигралась…

– Да, у всех свои цели, – рассудительно добавила Юля.

– Это точно! А у нас самая целеустремленная – ты! – подруга засмеялась, – ну, скажи, как можно умудриться за один месяц продать в Советске квартиру, купить здесь, перевезти вещи и даже сделать косметический ремонт!

– Просто я так решила…

– Решить мало – надо еще – смочь! Ты, Юлька, правда, молодец!

Поговорив еще несколько минут на разные темы, подруги распрощались.

На следующий день Юля приехала на студию пораньше, заняла свободный стол и стала осматриваться. Судя по верхней одежде на вешалке, народ на работу не спешил. Кабинет главного редактора тоже был закрыт.

Позвякивая ведром, в редакторскую вошла пожилая женщина и, облокотившись на швабру, приветливо спросила:

– Новенькая?

Юля улыбнулась и поздоровалась с уборщицей.

– Наши так рано не приходят, – намочив в ведре тряпку, женщина усердно принялась мыть полы, время от времени посматривая на девушку. – А меня зовут Галина, можешь называть тетей Галей, как удобно. У нас в коридоре стоит кофеварка, а рядом печенюшки лежат на тарелке. Иди, налей себе, не стесняйся! Это для всех сотрудников.

– Спасибо, тетя Галя, я дома позавтракала. А меня зовут Юля, – представилась девушка.

– Очень приятно, ну смотри, дело хозяйское! – она достала из кармана тряпку и протерла зеркало рядом с вешалкой, – а в обиду, Юля, себя не давай, – уборщица усмехнулась, – а то наши «акулы пера» съедят кого хошь.

– Что, такие хищные? – Юле импонировала простодушие женщины.

– Зубастые! – и Галина повернула голову на звук приближающихся шагов.

В редакторскую вошла молодая девушка с большой спортивной сумкой на плече. Объемная куртка – аляска скрывала фигуру вошедшей. Она была скорее похожа на туриста, чем на сотрудника телекомпании. Девушка поздоровалась и, посмотрев на стенд с графиком съемок, покинула помещение.

– Тоже – внештатница, – кивнула в сторону выхода уборщица, – спортивные передачи ведет.

Через полчаса после начала работы в соседнее кресло плюхнулась невысокая женщина лет тридцати пяти с короткой рыжей челкой и кивнула:

– Привет! Новенькая?

– Да, – ответила девушка и представилась, – Юлия.

– Настя, – шурша бумагой, ответила соседка, ища что-то на столе, в ящиках и даже в мусорной корзине, – ты представляешь, вчера положила сюда пресс-релиз с заседания местной Государственной Думы, сегодня надо сюжет писать, а куда он делся, не знаю!