Начнем с понедельника - Страница 11

– А у Кравцова что нового? я его сегодня с утра не видел!

– Сам знаешь, Виталик разрабатывает версию «убийство по личным мотивам». Тут фигурируют три женщины: бывшая жена – Татьяна Гордина (которая закончила тот же факультет, что и Симонова и в том же году), – он многозначительно посмотрел на друга, – бывшая невеста – Оксана Демина (у нее с пострадавшим был служебный роман) и любовница Елена Зинченко (официантка в соседнем кафе). Удивительно, но у всех дамочек есть мотив для убийства! А вот у инженера Валерия Шкуро (того самого, что находился на студии во время эфира и слышал мужские голоса) два года назад умерла во время операции мать. Догадываешься, кто хирург?

Андрей внимательно посмотрел на товарища и махнул головой в знак согласия:

– Гордин – старший?

– Именно! Удивительное дело, что через месяц после смерти, – Вениамин заглянул в документы, – Валентины Ивановны Шкуро, Артур Гордин уходит из семьи, еще через месяц умирает его мать, а через год – отец. Вот такая странная цепочка несчастий семьи Гординых.

– У Артура нет братьев и сестер, так? – майор Осипов прошелся по комнате и в раздумье остановился у окна, – а это значит, что наследство родителей досталось только ему…

– Я понял твою мысль, – Колесников махнул головой и опять глянул в дело, – теперь все достанется сыну Артура Гордина. Он – единственный наследник. Но так как мальчик несовершеннолетний, опекуном будет его мать, то есть, бывшая жена убитого режиссера.

На следующее утро, поднимаясь по ступенькам на студию, Юля услышала, как кто-то ее окликнул. Она повернулась и увидела машину с надписью

«Телевидение», у которой толпились несколько человек. Два оператора Сергей и Виктор укладывали на сиденье камеры и штативы, а рядом стояла, закутавшись в дубленку, Настя, (это она и позвала Юлю) и рядом пританцовывала от мороза Наталья в кроличьем полушубке и короткой юбке. «Ну, эта явно не родственница руководства. Дама из другого теста,» – подумала про нее с усмешкой Юля. Добродушный водитель Гриша, с которым она ездила два дня подряд на съемки, приветственно посигналил девушке, операторы помахали из машины. И стало так хорошо на душе, приятно, что она обрела коллектив и новых друзей! Настя побежала к ней навстречу:

– Слушай, Юль, у нас сейчас выезд, а потом сразу на похороны. Если я напишу сценарий сюжета, ты не начитаешь его? Выручи, дружок!

– Конечно, – согласилась девушка, – я буду в редакторской!

У входа на студию весело объявление о том, что автобус на похороны отойдет в двенадцать дня. Юле стало грустно. Сколько событий произошло за последние три дня! На ее рабочем столе лежала видеокассета. Она взяла листок, торчащий из футляра, и прочитала: «ЖКХ. От Светы». Юля улыбнулась и вспомнила обещания спортивной журналистки. «Надо же, подумала она, – какая обязательная девушка»!

Подойдя к графику съемок, она увидела, что после обеда ничего нет. «Ну и хорошо, смонтирую свой сюжет и помогу Насте». Она налила себе кофе и села на диван. Застучали каблучки по коридору, и в дверном проеме появилась статная девушка лет 25-ти с русой косой и чашкой кофе в руке:

– Вы, наверное, Юля? Наслышана о Вас! – и она улыбнувшись, представилась: – Марина.

– Очень приятно, от кого же «наслышана»?

– От операторов! Хвалили Вас!

– А я о Вас ничего не слышала… Вы – журналист или…

– Я – автор программы и ведущая новостей! Такая же бесправная, как Вы!

– В смысле?

– Внештатница я! – засмеялась девушка.

– Ааа, – улыбнулась в ответ Юля. «Приятная девушка, – подумала она, – и, похоже, без тараканов!» – Это Вы сегодня ведете новости?

– Я, но пришла пораньше, у меня монтаж через полчаса. А Вы Артура знали?

– Только успела познакомиться… Марин, раз уж мы с Вами коллеги, может на «ты»?

– Да, конечно, у меня с этим вечная проблема: с незнакомыми людьми не могу тыкать!

– Это просто, хорошее воспитание!

Марина благодарно улыбнулась:

– Просто мама – педагог!

– У меня – тоже! – и девушки рассмеялись от совпадения, – А что за монтаж? – поинтересовалась Юля.

– Авторская программа, режиссер Артур, договорились на сегодня, – она сжала кулачки, – как же жалко его, как жалко…

– А он был хороший режиссер?

– Он был отличный режиссер и человек – приятный! Мы с ним как товарищи были и иногда сплетничали, – Марина улыбнулась, хотя в глазах стояли слезы.

– А у него была женщина? – решив показать свою неосведомленность, спросила Юлия.

– Да, конечно! Лена, внизу в кафе работает. Очень красивая девушка!

– А ты здесь ни с кем не встречаешься?

– А почему ты спросила? Что-то уже наплели? – Марина отхлебнула кофе и заулыбалась.

– Да нет же! Просто спросила! Ну, обычно мужчины дружат с девушкой друга. У тебя не такая внешность, чтобы не видеть в тебе женщину…

– Просто же ты меня вычислила! – девушка игриво подмигнула, – я встречаюсь со Славиком, другом Артура. Он здесь художник. Видела его?

– Нет.

– Ну, он скоро придет, я тебя познакомлю!

– Вы разве не поедете на похороны?

– Слава поедет (со студии автобус будет), а у меня монтаж… Теперь с режиссерами дефицит, Димку уговорила на сегодня… На полчасика спустимся в кафе помянуть и вернемся монтировать! У нас, внештатников, суровые условия – не сдам готовую передачу во время – не получу гонорар, да и от моих услуг могут отказаться запросто… Давидовна, она – тетка жесткая! – девушка вздохнула и грустно добавила: – Артур не обидится на меня, что на кладбище не поеду. Главное, помнить человека, правда?

Юля понимающе кивнула головой. В проеме появился Дима:

– Ага, вот вы где! Че, кумушки, кофий попиваете?

– И кофий пьем и болтаем, – в тон режиссеру ответила Марина.

– А если по-честному, сплетничаете! – и он засмеялся, – или, как сказал бы Артур: «Девчонки, против кого дружите!?»

– Да, он бы так сказал, – Марина вздохнула, – ну, что пойдем ваять мой очередной телевизионный шедевр?

– Ага, так и есть, шедевр! Я сегодня уже второй буду монтировать, – он по-дружески обнял за талию журналистку, подмигнул Юле и они пошли по направлению «монтажки».

Тем временем, народ на студию прибывал. Появилась молодая женщина в роскошной норковой шубке, гремя связкой ключей на пальце. На голове – голубой палантин, туго завязанный на затылке, подчеркивает синеву выразительных глаз. Лицо – ухожено, косметики в меру, а запах духов тонким ароматом рассеялся вокруг. Сыщица не сразу узнала в ней ведущую, которую видела по телевизору накануне. Она села за стол напротив Юли, приветливо кивнула ей:

– Новенькая?

– Да.

– Меня зовут Оксана. Корреспондент и ведущая новостей: два в одном флаконе!

– Юля. Корреспондент. Внештатный, – коротко и емко ответила она.

Оксана опять улыбнулась и стала рыться в своей сумочке. «Я себе другой ее представляла, – подумала „сыщица“, – высокомерной и противной».

Из коридора донеся шум, в редакторской показалась Карина опять в распахнутой шубе и, продолжая что-то выкрикивать кому-то, кто остался позади в коридоре. «Своеобразный стиль руководства у этой дамы» – подумала Юля. Оксана подняла голову и спокойно сказала вошедшей:

– Привет! Ты что такая возбужденная?

– Привет всем! Да, придурки вокруг! Щас один подрезал меня прямо у студии! Сначала права покупают, а потом беспредел на дороге! Чудаки на букву «М»!

Тем временем главный редактор открыла дверь своего кабинета и уже оттуда крикнула:

– Симонова, завтра будешь новости в прямом эфире вести!

Юля удивленно подняла брови и перевела взгляд на Оксану, будто ища поддержки.

– Да, увы, у нас так даются распоряжения! – улыбнулась ведущая.

– Я даже не знаю, что? где? – полушепотом произнесла ошарашенная Юля.

Оксана посмотрела на часы:

– Ничего, еще целый час до автобуса…, – она тихо вздохнула, – пойдем в павильон, я тебе все покажу!

Юля благодарно посмотрела на новую знакомую: