На разных языках - Страница 13

…Когда уже куплен билет на самолет, упакованы вещи и сердце стремительно бьется в ожидании теплого солнышка и ласкового моря, когда яркой вспышкой сознается, что впереди ВОТ ОН переезд из хмурой дождливой страны, которая стала почти уже частью тебя, я вдруг почувствовала то, чего никак не ожидала почувствовать… Я ощутила и отчетливо поняла, что буду вспоминать Данию с теплом в душе.

Не только оттого, что по датским влажным мостовым, полуобнявшись, гуляли два новоиспеченных возлюбленных: она – в розовой шубе и он – в кроссовках и дубленке, и не оттого, что здесь я первый раз увидела море и навсегда влюбилась в него, не оттого, что здесь познала я и счастье, и горечь, и моменты отчаянья – а потому что Дания вдруг каким-то неведомым образом заставила меня полюбить себя за то, что я – это я. Просто за то, что я другая.

Что умею ценить то малое, что у меня есть, что не люблю гамбургеров, кока-колу, чипсы, татуировки, и что у меня нормальный вес. Что я способна на истинную близость с людьми, и материальные блага не перекрывают для меня настоящие радости жизни. Что я искренне благодарна даже маленьким подаркам и чудесам. Что у меня есть свое мнение, каким бы оно ни было и как бы ни раздражало людей, которые не могут себе этого позволить.

И как-то уж так получилось, что в Дании возросло и окрепло не только мое национальное самосознание, но и уважение к нам как к народу. Здесь я сразу же ощутила, что я другая – и неожиданный восторг от этого чувства национальной принадлежности. Но что стучаться во многие двери не стоит, они все равно будут заперты – поняла, увы, не сразу. Растопить сердца, распахнуть двери и сломать стереотипы здесь не под силу, пожалуй, даже глобальному потеплению.

Находясь в этой далекой стране и общаясь с женщинами со всех концов нашей отчизны и СНГ, я также отчетливо поняла, что вовсе не из-за денег и стремления к комфорту лучший женский генофонд покидает Россию и бывшие республики союза. «Утечка женщин» – это не вызов Родине. И даже не вызов русскому Мужчине, – как писала в письмах на Родину одна из эмигранток. («Никакой он не Защитник, не Хозяин и не Любимый. В нашей стране правят Мужчины, и они предают своих русских женщин на каждом шагу в государственном масштабе и в частных случаях3»). Это в первую очередь – вызов самой себе.

Так вот, милые девушки, те, кто прошел через это испытание «культурным обменом», и те, кому предстоит пройти – вы не одни. Я уверена, те, кто уже был там, узнают себя, а для тех, кто только собирается, эта глава станет небольшим практическим пособием в новой европейской жизни с чужими людьми. Я искренне желаю, чтобы вы не повторяли моих ошибок, а были житейски и юридически подкованы. И помните, что все, что происходит в нашей жизни – закономерно: для меня опыт au pair обернулся лестницей на пути к обретению истинного самоуважения и веры в себя.

А в конце хочу привести вам фразу моего хорошего друга, человека, который поддерживал меня на протяжении всего пути за границей: «Что бы вы ни делали, с чем бы вы ни сталкивались, никогда не опускайте головы. Ваши права изложены на бумаге, и это то, что никто у вас не отнимет. Идите – и смело говорите о них!»

Ах, еще, я благодарна Дании за друзей: девочки и мальчики… Если читаете, да, помните? Все помните? Я буду скучать (хотя мы еще встретимся с Датским Королевством на страницах книги). Наши любимые испанско-датские пары, будем продолжать диалоги культур! Наши черно-белые товарищи, вы все – просто класс! А мы все вместе – просто люди. Мы живем, работаем, путешествуем, зарабатываем деньги, неважно, как, где и почему, важно, что мы – это мы. И что мы остаемся нами, несмотря на испытания Европой. Мы знаем, что нет ничего невозможного, и так прекрасно, когда мечты сбываются! Даже с издержками в виде изучения датского.

Прощай, Denmark. И прости. Если чем…

Екатерина Грезина

Я СОБИРАЛАСЬ замуж. Я собиралась ЗАМУЖ. Это Я собиралась замуж. Легче представить себя окруженной горящими танками, чем в белом платье и с фатой.

Замуж я собиралась за иностранца.

Эта история из серии «Ну почему у меня всегда все не как у людей» давно стала любимым анекдотом моих друзей. А называется он так: «Как Катя выходила замуж». Немного подумав, я решила записать события того июньского дня, чтобы дети, внуки и пра-пра-пра– тоже смогли однажды от души посмеяться над приключениями бабушки.

А было все так. Когда мой суженый приехал в какой-то там русский Темников в странной Мордовии жениться – его поступок воспринялся общественностью не иначе как героический. Возлюбленная ждала жениха полгода, в течение которого ими обоими оформлялись всевозможные бумаги для заключения брака. Однако когда гражданин Испании и по совместительству будущий супруг прибыл, мы еще не знали точно, зарегистрирует ли ЗАГС наш брак…

Итак, в теплый июньский день ровно в восемь утра мы явились ко дворцу бракосочетания подавать заявление (примечание: ЗАГСы по месту жительства не имеют права регистрировать браки с иностранцами, поэтому оформить роспись мы могли только в столице – за два часа езды от моего города). До этого я, а затем и моя мама довели звонками «А такая справка не подойдет?» тетеньку-заведующую до тихого мандража. «Да приезжайте уже, приезжайте», – замучено выдыхала она в трубку. Когда мы: я с синяками под глазами, без прически и мой тоже с синяками и лохматый будущий муж предстали под ясны очи директорши, та вымученно улыбнулась: «Приехали, значит. Ну, слушайте». Официальным на одной ноте голосом рыжеволосая хозяйка учреждения объяснила, как будет проходить церемония, и вручила нам заявление для заполнения и квитанцию на оплату госпошлины.

– Двести долларов? – спросил мой будущий муж, увидев цифры на бумажке.

– Не, рублей, – ответила я. Жених очумевше взял у меня из рук счет.

– Прикинь, – сказал он по-русски и уже по-английски добавил, – круто, пожениться за 6 долларов! (Он до сих пор уговаривает всех ехать жениться в Россию).

– А развод вообще бесплатно, – пошутила я. (В Испании расторжение брака стоит не меньше тысячи евро, а процесс может растянуться на годы).

– Развод это нихарашо, – заявил он, – даже если бисплатно.

Заполнив анкету и приложив к ней квитанцию, мы еще раз зашли к директрисе.

– А дата-то? – спросила она. – Когда жениться будем?

– А послезавтра можно? – тоненьким голоском промямлила я, – а то нам уезжать через неделю…

– О, бог! – схватилась та за голову. – Ну и пара! Даже и не знаю, что с вами делать… Обычно браки регистрируем самое большее через три дня после подачи заявления, ну в связи с обстоятельствами… Ладно.

– Ух! – выдохнули мы и отправились покупать кольца.

Так как такси обратно уезжало в полдень, на платья я не успела даже посмотреть. По дороге домой мы уже прикидывали, что вставать в день свадьбы придется в пять утра, а потом выдержать двухчасовую езду до ЗАГСа и обратно.

В день свадьбы моя парикмахерша опоздала на полчаса, и я убила это время у маникюрши, вдохновенно режущей мне кутикулу и декламирующей, как она поссорилась со своим бойфрендом:

– И ведь не знала, что он придурок, замуж даже собиралась, идиотка!

Я сглотнула.

– Красить каким будем? Огненный красный? – схватилась она за тюбик.

– Нет! – почти закричала я, – Давайте лучше беленьким! Вон тем вон, с перламутром…

– Скучно, – расстроилась девушка, – вы прям как на свадьбу!

А в то время, пока я приводила себя в порядок, моя мама возила жениха покупать носки и галстук. Как она с ним разговаривала, до сих пор остается загадкой – мама помнит со школы лишь два столбика немецких слов, предназначенных для пыток вражеских военнопленных. Полагаю, хватило русского словарного запаса моего мужа: «не хочу», «почему?», «караул», «сколько?» В мордовском универмаге им совершенно серьезно пытались всучить галстук «от Диора» за 300 рублей, и мой cуженый разразился таким хохотом, что красная как рак продавщица убежала в другой угол зала. В конце концов, они купили галстук, носки, облачили жениха в свадебный костюм прямо в магазине и поехали за мной.