На пути к Медине - Страница 63

замечал, что его рассказ не так уж интересен слушателям, а потом понимал, что все это уже давно не интересно ему самому.

Так как у нас боевого опыта практически не было, а живых джиннов нам пока так и не довелось увидеть, всеобщим вниманием завладели таджики и Иммамали. Точнее, говорил в основном Иммамали, а его таджики лишь подкидывали ему темы, напоминая тот или другой случай из их совместных похождений. Все-таки он был великолепным рассказчиком.

Тогда мы впервые открыли для себя, что убить джинна – совсем не то же самое, что зарезать барана или подстрелить зайца на охоте, как представлялось до этого многим из нас. В том числе и мне. Мы всегда считали джиннов чем-то неопределенным, некими полуразумными полуживотными полуроботами, существами без души и без тела, для которых нет смерти, как нет и их самих, а есть только вред, который они способны причинить своим существованием.

Оказалось, что так же, как и мы, они рождаются, любят, рожают, чувствуют и безвозвратно умирают. Оказалось, что они ни чем не хуже неверных, которые над ними верховодят. А пожалуй, что джинны и лучше.

Само существо джиннов настолько отлично от нашего, что этим можно объяснить неспособность или нежелание большинства из них принять в своем сердце Всевышнего. Получается, что в отличие от неверных, джинны как бы и не виноваты в том что не знают Всевышнего, скорее, это их беда, а не вина.

Совсем не просто возлюбить Всевышнего, когда твое огненное происхождение само по себе поставило весь твой род на порог ада, задолго до твоего рождения и независимо от твоих помыслов. Печальнее, что сам Всевышний назначил твоему роду это.

После всех этих размышлений джинны стали мне как-то симпатичны, по крайней мере, я проникся к ним уважением и интересом. Не то чтобы теперь я не стал бы убивать джинна, представься такая нужда и возможность. Просто я бы сначала захотел посмотреть ему в глаза, угадывая, красивая ли у него жена, есть ли у него дети и сколько их, и что первым приходит ему на ум, когда он пробуждается ото сна.

Но окончательно перевернуло мое мировоззрение то, что и среди джиннов случаются правоверные. Одним из таких был Иммамали.

55

То, что Иммамали был джинном я понял совсем не сразу. Внешне он ни чем не выказывал своего джиннства. Но и не скрывал его. Сам он относился к этому спокойно, скромно и с достоинством. Думаю, на достижение такой гармонии с собой и с миром у него ушел не один десяток лет. Выглядел он лет на тридцать пять, так что время у него на это было. Мне и сейчас очень интересна его история, боюсь, у меня уже никогда не будет возможности ее узнать.

Иммамали вел себя так, как будто все окружающие, даже не знакомые с ним, с самого начала должны были знать о том, кто он есть. Это, как бы, вообще не могло быть поводом для вопросов. Как будто речь шла о цвете его волос. Судя по тому, что он был старшим своей группы, а в его группе джиннов больше не было, и то что его группа пользовалась полным уважением других братьев, Иммамали в полной мереОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com