На пути к Медине - Страница 23

83; الأضحى

Должен признаться, что столь короткое название в виде такой визуально привлекательной и характерной арабской вязи понравилось мне куда больше любых первоначальных вариантов. Я поблагодарил секретаря и в очередной раз воспользовался курбанбайрамом.

Покурив, я задумался, насколько глубоко за столь короткий срок мне пришлось проникнуть в теологические и процедурные аспекты никогда ранее не интересовавшей меня религии. В тот момент я еще не был склонен усматривать в произошедшем какие-то сакральные значения. Я просто немало удивился, но больше обрадовался своей находчивости и оборотистости и решил на следующий же день отправиться в граверную мастерскую для нанесения надписи на трубку. Засыпая в тот вечер, я предвкушал, как симпатично будет выглядеть мой курбанбайрам после нанесения такого «орнамента».

Хотя это и стало моим первым шагом к вере истинной, я никак его не отметил. Все что я чувствовал, было пустой курьезностью сложившейся ситуации. По настоящему я задумался об этом чуть позже – на следующий день.

18

На следующий день, совершив утренний курбан и тщательно вычистив трубку, я с самого утра пошел в ЦУМ для того чтобы найти там гравера. ЦУМ был единственным местом во всем городе, где моя прокуренная память выдавала гравера. Мне вообще не часто приходилось сталкиваться с граверами, только в моем родном городе. Там их было всегда в достатке. Как и сапожники или часовщики, они сидели в маленьких будках прямо на улице или в каких-нибудь домах быта, и их любимым занятием было подписывать с помощью бормашин часы и браслеты подчеркнуто каллиграфическим подчерком, впрочем, не всегда безупречным. Даже странно было, зачем на такой маленький городок такое количество граверов. Обилие сапожников и часовщиков еще можно было объяснить бедностью населения, но граверы…

Странно, но за все время моей учебы в Киеве гравер ни разу мне не понадобился. Словно чувствуя свою для меня бесполезность, ни один гравер ни разу не попался мне на глаза. Единственным известным мне местом концентрации подобных мастеров бытовых дел был ЦУМ. Туда я и направился, предварительно составив для себя список своих дальнейших шагов на случай неудачи в ЦУМе.

Гравер в ЦУМе был. Он тоже сидел в будке и оказался крымским татарином. Какого он был возраста я даже приблизительно определить не смог: сразу он мне показался ровесником, но потом, при более близком знакомстве, мне не раз казалось, что он то намного старше меня, то намного младше меня. Очень странное лицо, оно могло меняться в зависимости от того, на каком языке он говорил.

Когда он разговаривал с незнакомыми людьми, он говорил на неправильном русском, как будто плохо понимая, чего от него хотят. Со знакомыми говорил на чистом русском, при этом его лицо старилось или молодело, в зависимости от возраста собеседника. А когда он цитировал Коран, его лицо мгновенно и сильно старело. Возможно, менялись только его глаза, а остальное лицо было каким-то неопределенным, безвременным,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com