Мы живы! (СИ) - Страница 47

— Охайоо годзаимас, Имаи-сан! — поздоровалась невысокая миловидная женщина, Тиба Иоко, поравнявшись с задумавшимся Риотой.

— Доброе, Тиба-сан, — ответил мужчина.

— Как думаете, для чего нас собирают? — спросила Иоко.

Риота посмотрел на неё.

— Я видел, что утром военные вернулись, — сказал он. — Думаю, этой паузе настал конец.

Женщина ничего не ответила, смотря прямо перед собой. Вокруг шли остальные люди. Риота поморщился, когда увидел ту горластую бабу. Она шла, как обычно, с видом большой начальницы, с лёгкой снисходительной улыбкой на ярко накрашенных губах. И где только косметику-то нашла… У неё даже свита имелась. Несколько отмороженных бабенок (другого слова не подобрать) с воинственным видом шли следом.

— Как ваши дочери, Имаи-сан? — спросил Иоко.

— Зовите меня Риота, — сказал мужчина. — Не чужие, рядом живем. Нормально. Почти не кричат по ночам.

— А я ещё просыпаюсь, — тихо сказала Иоко. — Мне всё снится, как наш автобус падает с моста.

Риота посмотрел на ушедшую в себя женщину.

— Чем вы занимались, Иоко? — спросил он.

— Я дизайнер ландшафтов, — грустно улыбнулась та. — Совершенно бесполезная сейчас профессия. Вряд ли сейчас кого-то заинтересуют бонсай.

— Ну, руки-ноги у вас есть, — ответил Риота. — Главное, быть полезным.

— Мне нравится с детьми возиться, — сказала Иоко. — Всегда хотела стать учительницей.

— Так почему же не стали? — спросил мужчина.

— О, это совершенно дурацкая история, — чуть улыбнулась Иоко. — И банальная. Я влюбилась в одного юношу. И уехала с ним в Токио. Он учился на дизайнера, ну вот и я тоже… А потом он нашел себе другую… В общем, вот так. А потом уже мне и нравиться начала эта работа.

— Здесь много детей, Иоко, — сказал Риота. — Так что говорите именно это.

— Что? — не поняла женщина.

— Что вы любите детей, — сказал мужчина. — Дизайнеры сейчас и вправду вряд ли понадобятся. А вот воспитатели наверняка.

— Вы думаете? — женщина живо заинтересовалась словами Риоты.

— Конечно, — уверенно ответил мужчина.

— А вы, Риота? — в глазах Иоко проскользнул интерес. — Чем вы занимались?

— Со мной всё ещё проще, — ответил мужчина. — Чинил машины, строил дома. Я обычный работяга. Умею все понемногу.

— И теперь, получается, что вы тот, кто может быть полезен много где, — сказала Иоко.

Они некоторое время шли молча.

— Скажите, — вдруг заговорила Иоко, каким-то хрипловатым голосом. — А ваша жена…

Тут она спохватилась и с испугом посмотрела на Риоту.

— Я не женат, — спокойно ответил тот, не заметив выражения её лица. — И не был никогда.

Он усмехнулся.

— Не нашлось той, кто будет делить со мной мой убогий быт.

— А как же девочки? — тихо спросила Иоко.

— Теперь они мои, — просто ответил Риота.

*

Охранники поместья стояли в строю вдоль дорожки, ведущей к лестнице. Как раз напротив неровной разношерстной толпы гражданских. На самой дорожке стоял Такаги Соичиро, глава клана Такаги, хозяин поместья. Рядом с ним стояла красивая женщина в красном платье. Насколько знал Риота, это была Такаги Юрико. Ну или какая-то другая женщина, которой глава позволяет стоять рядом с собой. Чуть в отдалении Риота заметил ещё пожилую женщину, уже совершенно седую.

А перед главой, на коленях, стояли двое мужчин. На них была черная форма охраны, но вся амуниция была снята, они были босые, простоволосые и их руки были связаны за спиной. Один из них выглядел поникшим, его плечи были опущены, глаза смотрели в землю. Второй же, наоборот, сидел с презрительным выражением лица, по его губам играла снисходительная усмешка. Этот явно не собирался каяться в том, что натворил. А то, что эти двое что-то сделали, сомнений не вызывало.

— Ясуда Тэкэо! — громко сказал Такаги.

Поникший вздрогнул и с какой-то мольбой посмотрел на главу.

— Вы стояли на мосту! — заговорил дальше тот. — У вас был приказ, не пропустить ни одного мёртвого к рабочим!

— Их было слишком много! — с надрывом сказал Ясуда.

— Да чего ты оправдываешься! — громко сказал второй арестант. — Ему всё равно! Он бросил нас на убой!

И сплюнув, презрительно добавил, кривясь.

— Сам себя назначил главой! — звенел голос мужчины. — Самурайские традиции, честь, слава! Зачем это всё мёртвому? А? Не скажешь мне, глава?

Последнее слово он произнес с издёвкой.

— Посмотри туда, Тетсуя, — Такаги показал рукой.

Риота и остальные тоже повернулись. И увидели ряд носилок, на которых лежали тела, закрытые с головой. Много тел. Риота досчитал до двух десятков и сбился.

— Многие из этих людей, — заговорил дальше глава. — Могли бы сейчас стоять рядом с нами. Половина из них, это слуги семьи Такаги. Люди, предки которых служили моему роду ещё со времен Тайсё, Мейдзи, а некоторые даже с Эдо. В отличие от вас, они не военные. Но они стояли! Да, многие погибли! Но если бы они дрогнули, если бы они также, как и вы, спасали бы только свою шкуру, погибли бы все! Как погибли те, кто доверил свою спину вам!

Глава подошел ближе к дезертирам. Ясуда отвел взгляд. А вот Тетсуя продолжал смотреть, с усмешкой на губах.

— Вас было семеро! — заговорил глава. — Семь мужчин! Обученных, сильных! Вооруженных!

— А их были сотни! — ответил Тетсуя. — И они всё пёрли на нас! Почему я не видел тебя рядом, Такаги?! Почему ты прятался за нашими спинами, когда мы умирали?!

На лице Такаги отразился гнев. Он склонился, схватил мужчину за волосы.

— А мы в это время, тварь, умирали на дороге через плотину! — прорычал глава прямо в лицо предателю, приподнимая его вверх. — Сотни, говоришь?! А там их были тысячи!!

Он отпустил волосы и кривящийся от боли мужчина рухнул обратно.

— Вы! Вы назвались воинами! — голос Такаги растекался раскатами грома. — Ваш путь — это смерть!! Ваша жизнь — это долг!!

— Сколько пафоса, — проворчал кто-то сзади.

Риота обернулся и увидел какого-то полного мужчину с красным лицом.

— Обязательно нужно нести эту самурайскую чушь? — сказал он.

Риота помнил этого человека. Вчера на ужине он ворчал, что их кормят, как свиней. Сейчас он стоял с выражением скуки на роже.

«А сколько еще таких? Стоит, сытый, здоровый. И судит тех, кто рисковал жизнью».

Риота посмотрел вокруг. И увидел самые разные выражения на лицах. Та тетка в деловой одежде ожидаемо кривилась. Ей, похоже, не нравится вообще все. Деловые парни, что шныряли по лагерю, стояли с совершенно спокойными лицами. Среди лагеря Риоты и Ко, преобладало мрачное ожидание.

Такаги сделал знак. И к нему подошла та седая женщина. Риоту поразили её глаза. Стылые, но наполненные какой-то внутренней силой.

Ясуда Тэкэо, видимо услышав шаги, поднял взгляд. И вдруг с силой рванулся назад, да так, что конвоирам пришлось его схватить всерьез.

— А-а!!! — заорал он.

А Риота заметил, что женщина не так уж и стара, как казалось. Это седина давала такое впечатление. Медленно подходящей к преступникам женщине было на вид сорок с небольшим. Один из воинов, по знаку главы, подал ей танто. Женщина с той же неподвижной, каменной маской на лице, положила руку на рукоять и вынула оружие из ножен.

— Нет!! — мужчина забился в руках конвоиров.

А те стояли, с каменными лицами, но в глазах тоже сверкал гнев. По толпе простых людей пронесся ропот.

— Да что происходит! — раздался гневный голос.

— Это произвол! — донесся ещё один комментарий.

А женщина тем временем подошла к предателю. Тот затих, смотря на неё глазами полными ужаса.

— Мой Аки умер, — голос женщины был страшен своей безжизненностью. — Мой мальчик, единственный, кто остался у меня. Честный, добрый…

И женщина шагнула к мужчине. Да так резко, что тот даже голову не успел отдернуть. А она схватила мужчину за волосы и дернула к себе.

— Он погиб!! — маска гнева проступила на лице матери так неожиданно, что даже конвоиры сбледнули. — Мой сын! Из-за тебя, ублюдок! А почему ты, тварь, всё ещё жив?!