Мы живем дальше (СИ) - Страница 148

А вот это точно неожиданность. Мама никогда не напрашивалась в гости и не приглашала других. Она далека от этого. А тут намекнула, что непрочь увидеть меня.

- Надеюсь, такой бзик у нее только на время беременности, - высказала свои мысли вслух, а Дмитрий опять пожал плечами. - Дмитрий! Я хочу слова, а не жесты.

Его руки зашли под мою блузу и очерчивали низ живота, который остро ощущал прикосновения его пальцев, а потом они пошли вниз и начали расстегивать пуговицу на штанах.

- И такие жесты сейчас тоже не приветствуются, - строго сказала я, так как упоминание о моей матери напрочь отбило все желание, да не просто матери, а беременной! Этот факт вообще много чего у меня отбивает.

Дмитрий обреченно вздохнул, но не убрал своих рук.

- То есть мне сегодня надо бы к ней пойти, чтобы она успокоилась? - спросила я у него, и тот опять пожал плечами.

Я шуточно, но ощутимо ударила кулачком по его грудь и надула губы, требуя тем самым слова, а не пожатия плечами. Дмитрий все понял и тихо рассмеялся.

- Я не знаю, но думаю, чем быстрее ты справишься с этим, тем лучше для тебя. Так что иди, но что бы к двенадцати была дома, - приказал он мне, пригрозив пальцем.

Я поняла, на что он намекает. Где-то к двенадцати, когда будет “моройская” ночь, он придет с дежурства и точно захочет моего внимания, как и я сама.

- Конечно, мой повелитель, - с ухмылкой сказала я и наклонилась к его лицу, на котором расползлась довольная улыбка. - Я даже приготовлюсь к Вашему приходу.

- Я буду рад, если ты это сделаешь, - откликнулся он.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на дверь. Почему-то мне было тяжело взять и войти в дом, даже позвонить было сложно. Может, из-за того, что там, в доме, была моя беременная мать, чего я от этой жизни не ожидала так этого, но и то случилось. Как-то набравшись смелости, я подняла руку вверх и постучалась. Да, Роза, ты молодец стучаться в дом, когда рядом есть звонок. На самом деле это была стратегия. Меня не услышат и я могу потешить себя мыслью, что пыталась и могу идти, но меня услышали. И почему это делают не вовремя?

Дверь открылась, и я улыбнулась, зачем-то пытаясь скрыть мысли о побеге, которые никто не слышал. Мать тоже мне улыбнулась, и я улыбнулась ей шире в ответ. Она сделала тоже самое. Как будто мы обе думали об одном и том же и пытались скрыть это.

- Я рада, что ты зашла. Проходи, - сказала она и пригласила меня в дом.

Я медленно зашла в дом и оглянулась. Этот дом они снимали, так как Эйб никак себе не мог позволить опуститься до такого, чтобы жить в комнатах во Дворце. Нельзя было заметить округлившийся живот матери, пусть она и пыталась скрыть это всяческими способами, надевая широке футболки. Но я решила не акцентировать на этом моменте внимание.

- Я думала, вы будете дольше в отъезде, - высказалась я, проходя на кухню, где стояли две чашки кофе. - А где Эйб?

Мама зашла за мной на кухню и начала убирать грязные кружки. Не думала, что она хозяйка, но и я не думала, что буду мучится с плитой.

- Он наверху, по идее должен спуститься.

Она поставила три чистые кружки на стол и начала наполнять их или кофе, или чаем.

- Ну и как тебе не работать стражем? Или ты все же работаешь? - спросила я, зная, что без работы стража мама не может.

Мама беззаботно пожала плечами, хотя я поняла, что она расстроена, что ничего не делает и должна заниматься обыденными делами. Теперь я поняла, почему она так носилась по кухне, бережно насыпая каждому в кружку сахар - мама так пыталась хоть как-то себя занять и сделать вид, что она не сидит на месте. Я не удивлюсь, если она еще и убирается во всем доме, не жалея рук и спины.

- Нет, я, конечно же, не работаю, но из-за этого никак не страдаю.

Конечно, не страдает, если целыми днями что-нибудь, да вымывает. Беременность это не ее, так же как и сидение с маленькими детьми. Она рождена, чтобы драться, убивать стригоев, строить планы по их поимке, но никак не рожать и нянчиться со своими детьми. Такое положение практически убивало ее, так как оно запрещало все, что любит моя мать и воспринимает, как цель жизни. Она отрешена от борьбы, тренировок и вынуждена сидеть дома и дышать свежим воздухом. Но это не ее жизнь, устои и привычки, поэтому приспособиться к ним она никак не сможет. И я не хотела видеть ее в таком состояние.

- А где Дмитрий? Я думала, если ты придешь, то вместе с ним, - спросила она, переводя тему.

- У него дежурство в вечер, придет только к двенадцати, как мне поставили в утро. Но мы с ним пересеклись не на долго, и он сообщил, что вы приехали. И вот решила заскочить и убить время.

Мама налила мне чай и поставила кружку ближе ко мне.

- Кофе же вроде нельзя беременным? - спросила я, замечая,что себе и отцу она налила кофе.

- Не знаю, тебя как-то родила, вроде нормальная.

- Ага, только немного отмороженная. И только не говори, что это по генам передалось.

Я услышала, как сзади к нам кто-то шел. Чтобы догадаться кто это был не надо быть гадалкой или владельцем духа. Эйб меня как всегда приветствовал заумной фразочкой и сел на свое место, благодаря маму за кофе и улыбаясь ей.

- Так почему вы так мало были в отъезде? - повторила я свой вопрос.

- Так как я решил, что во Дворе будет лучше, - сказал Эйб, дуя на кофе, а потом делая глоток. - Я буду время от времени уезжать, а Джанин не за чем все эти перелеты.

- Тогда хотя бы дом купили, - добавила я, и мама кивнула.

- Уже, - ответил за нее отец, - А потом опять уедем.

Я округлила глаза и чуть ли не поперхнулась чаем, так как не ожидала услышать этого. Нет, это понятно, что родители бы не остались жить при дворе, это теперь не в стиле Эйба. Он зачахнет, если будет жить в одном месте, особенно с его бизнесом. Но куда они поедут с новорожденным ребенком? Если вообще он будет с ними.

- А с ребенком что? - так и спросила я, на что не услышала ответ. Точнее он был, но не понятный лично для меня.

Я уже хотела во всем разобраться, как мама взглянула в сторону гостиной и, о чем-то вспомнив, извиняясь, вышла из кухни, но Эйб-то остался. Вот на кого я все свои вопросы и негодования выплеснула.

- Вы же не бросите его? Я этого не допущу. Вы его родители, а значит, будете сидеть и воспитывать его, а не выкидывать в Академию, как меня.

- Мы тебя и не выкидывали, - ответил Эйб, сосредоточившись на ложке, которой помешивал кофе.

- О да, не выкидывали. Ты по каким-то причинам бросил мать, а она меня, осталось только ждать кого брошу я, чтобы сохранять семейную традицию. Или опять все пойдет по новой? Ты ее, а она ребенка?

Эйб устало вздохнул, как будто я об этом говорю все время, не упуская ни минуты. А во мне начала кипеть злость. Давняя, детская злость и негодование, что меня бросили в Академии, и что это может повториться теперь с моим братом.

- Мы не бросим, так как никогда и не бросали, - Эйб повысил голос, чтобы я не начала говорить и послушала его. - Я всегда следил за тобой, пусть ты об этом и не знала.

- Ага, и поэтому нас не находили все два года, которые мы были в бегах, - с сарказмом сказала я.

- Вот поэтому вас не убили в течение двух лет, - тихо проговорил он, а в глазах заиграли опасные нотки, но мне было все равно на них, так как решалась жизнь еще не родившегося существа, который уж точно изменит многое.

- Дело даже не в этих двух годах, за которые нас как-то не убили. А просто вы меня все бросили, пока я не уехала в Россию, и матери не пришло в голову позвонить тебе и попросить вернуть меня домой. Раз вы не можете сидеть и воспитывать маленьких детей, то и не рожайте! И вообще, кто знает, может, мама родит, и ты уедешь, не попрощавшись. Мне нужна гарантия, что этого не будет.

Эйб ухмыльнулся.

- И что же я должен сделать? - спросил он у меня. - Жениться на ней или что?

- Ну хотя бы жениться, - согласила я, на что морой нагло рассмеялся.

- Роза, - обратился он ко мне серьезным, беспрекословным тоном, - Я никогда не буду тебе ничего доказывать, тем более такими методами, как женитьба на Джанин. Этого никогда не будет. Просто поверь мне на слово, если хочешь.