Мотив ветра (СИ) - Страница 43
Но все же вернемся в реальность. Блэд уже успешно раскидал быков, а демоненок спорхнул вниз, охраняемый Закатом. В руках оказался бубен, за спиной распахнулись прозрачно-пепельные эфемерные крылья. Шаман ударил ладонью по кожаной мембране инструмента ,и тот отозвался низким гулом, тут же переходящим в ритм. Песня началась внезапно, Шан не просто так назывался Соловьиным Эхо, его голос приобретал невозможную интонацию и звучание. Несущий наследие банши демон отлично знал возможности своего дара.
Я перешел на магический спектр зрения и наблюдал, как колдовство чужого шамана начинает ослабевать. Площадь застыла в священном ужасе перед плачем-песней Ньяля. Я не исключение, припал к крыше и во все глаза наблюдал за невесомо кружащим над землей шаманящим саюши. Лазурные волосы свободно струились по плечам и двигались живой массой, тело причудливо изгибалось, заставляя задержать на нем свой взгляд. Глас банши был подобен рокоту лавины, сходящей с гор, то резал по ушам, словно звук разбитого стекла. Горловое пение убыстрялось и замедлялось, то разогревая, то остужая кровь в жилах. Бубен подпевал своему хозяину. Плач ребенка или завывания волка, такого Норагай Стиз еще не слышал. У моего лазурного супруга были невероятные голосовые связки!
Феникс во время пения младшего вайшина, успел смести подоспевших к драке остальных бычар и испепелить замки на клетках. Под взлетающий и падающий в интонациях плач банши в дело вступила Высшая нежить, приведя толпу еще в большее оппупение. Резкая вспышка и от магии смерти по коже простых смертных идет холодок. Некромант, явно довольный произведенным фурором, неожиданно включается в шаманские танцы под бубен. У меня просто одно словосочетание на языке – храк нрак! Певучий эльфийский приятно ласкает слух, несмотря на то, что Валет выпевает заклинание Разрушения. Фиолетовая сфера срывается с рук лича и врезается в обелиск.
*Золотисто-оранжевый цвет магии и глаз бывает только у рода Солуэри.
*Кинжал японского происхождения. Клинок самурая. Обоюдоострый, длина до тридцати сантиметров.
====== Тайна ларчика ======
Сфера столкнулась с обелиском, жахнуло так, что мне заложило уши. Каменная крошка полетела в разные стороны. Оставаться на месте я не мог, вся айранитская сущность сама рванула вперед. Повелительно сжимаю коленями бока Ворона, он неохотно слетает с крыши, направляясь к осколкам от обелиска. Нетерпеливо шарю взглядом по земле и натыкаюсь на чёрный ларчик. Свешиваюсь с седла и подбираю его, удивленно вертя в руках. Вдруг бычий шаман дернулся и начал движение в мою сторону. Однако Блэд тут же пресёк это, вонзив в тварь меч. Болезненный рев, клинок пронзил плоть, и кровь окропила мостовую. Человек-бык медленно начал оседать на землю, предсмертно хрипя.
- Р-а-а-анхр-р-р! – раздался рокочущий рев и на площадь опустились чешуйчатые махины. Пепельная Тень грациозно изогнул длинную шею и уставился на то, что было в моих руках. Едкая струйка дыма вырвалась из ноздрей задумчивого дракона. Океан грубо вырвал когтистой лапой дверцу клетки и гордо продефилировал к нам. Напряженное молчание нарастало. Орки настороженно выходили из клеток, во все глаза смотря на нас. Блэд и Валентайнэйлд уничтожали круг призыва. Эхо перевязывал онемевших перед Огнепалящими орчанок.
“Положи шкатулку в сумку. Здесь не место и не время чтобы его открыть,” – гордо сказал Фоэдар, довольный находкой. Кажется, в его несуществующей голове в ускоренном режиме работали шестеренки: у клинка явно были какие-то домыслы, что же в этом мире делал обелиск и почему я чувствовал его зов. Мы приближались к разгадке катаклизма на Норагай Стиз и айранитам. Я нежно пробежался пальцами по крышке ларчика и последовал совету Красной Смерти, спрятав его в сумку.
Наш отряд напряженно следит за выходящими из клеток шерстистыми орками. Эхо взлетел на Заката и направил его поближе к моему грифону. Лич, пронизывая будоражащим кровь взглядом орков, подсел к саюши. Блэд должен сесть со мной на Ворона. Виару и Чучундрий устроились на спине Раайде, он и Океан встали по разные стороны от нас, выразительно щеря клыки, равные по размерам с мечом. Все в растерянности и напряжении. Орки сбились в кучу, тихо переговаривались на незнакомом мне языке и, выразительно косясь на нас, возбужденно тыкали в осколки обелиска (явно возмущенно) и трупы бычеголовых. Мы же улетать не торопимся.
Долг жизни как-никак, да еще и отличный источник информации. А охрана у нас отменная: со встроенным огнивом и грелкой вон сидит скалится. Лорд невозмутимо стоит чуть впереди, ожидая переговорщика, и отвечает на любопытные взгляды своим долгим и пронизывающим до самых сокровенных уголков сознания. Мечи вайшин убрал, но длинные пальцы ненавязчиво так поглаживают кожаную рукоять двуручника. И секунды не пройдет, а клинок, в случае чего, снова затанцует в умелых руках. Терпеливо дожидаясь пока бывшие пленники успокоятся, Князь затрагивает узы и бархатистый баритон приятным мурлыканьем раздается в моей голове:
“Что было внутри обелиска?”
“Ларец с чем-то магическим. У него нет ауры, но мои пальцы покалывает от Кето Ариас. Именно он звал меня в этом направлении. Пока не время его открывать,” – с готовностью ответил я, ожидая этого вопроса.
“Опиши мне его,” – попросил Блэдраир, задумчиво пошевелив крыльями.
“Прямоугольный, из черного металла, закрытый на странный замок. В длину достигает сантиметров тридцать, в ширину двадцать,” – проронил, вспоминая все детали, что увидел мимоходом.
“Определить магические свойства, не открывая, можешь?” – полюбопытствовал демон, которому моя находка была очень интересна и важна.
“Нет. Чувствую лишь Кето Ариас и еще...” – я ненадолго замолчал, поглаживая свою сумку, прислушиваясь к своему ощущению. Ларец буквально прижимался к моей ладони сквозь кожу сумки, – “Неважно.”
“Говори, что ты ощутил?” – тут же в голосе Блэда появились требовательно – тревожные нотки.
“Мне кажется, что кроме меня эту штуку лучше никому не трогать. Что бы это ни было, оно создано айранитами для рода Солуэ’Ри. Могут произойти всякие... последствия, не желательные для нас,” – удивленно растолковал свои чувства.
“Я понял тебя. Прошу, будь с ларцом поаккуратнее: мы не знаем, какими свойствами он обладает, ” – Феникс впервые после секса позволил своим чувствам коснуться моего сознания, передавая смесь беспокойства за мою скромную персону и любопытства с настороженностью. Мои щеки начали гореть. Раньше Блэдраир себе такого не позволял, не показывал, что переживает за меня. С его стороны это было большим откровением, и я, если быть честным, не ожидал такого поворота и был польщен. Сердце сильно колотилось в груди, отдаваясь пульсацией в венах. Щеки предательски горели, Блэд действительно переживал и посчитал нужным показать это. Моя странная реакция заставила задуматься: а воспринимал ли я предполагаемое влечение Лорда ко мне серьезно, без выгодного и сексуального подтекста?
Кажется, мое продолжительное молчание насторожило демона. Он мельком оглянулся на меня, заметил напряженно сжатые челюсти и сделал для себя вывод. Я успел заметить тень победной улыбки, прежде чем Князь отвернулся. Осознав, как наши переглядывания выглядят со стороны, я покраснел и почувствовал, что нахожусь на перекрестье взглядов отряда. Смущенно посмотрел на Шана, стыдясь своего неумения скрывать эмоции. Но рассветные глаза нежно смотрели в ответ, без намека на упрек или недовольства. Саюши улыбнулся своей неповторимой открытой и немного наивной улыбкой.
Было довольно прохладно, но по моим венам словно бежал жидкий огонь, согревая и мягко заключая в объятия мое сердце. Такой волшебной силой обладала чувственная улыбка Ньяля. Голубоволосому демоненку не обязательно было что-то говорить, чтобы мы могли понять друг друга, живая мимика и открытый взгляд притягивали меня в нем больше всего. Банши опустошал мою голову и наполнял мыслями о себе. Мой нежный и ласковый Эхо. Я тут же пожалел о том, что вообще вылез из теплых объятий супругов – сейчас мог бы целовать эти яркие алые губы и подставлять шею под игривые покусывания Блэдраира... Ироничное “кхе-кхе” Красной Смерти вернуло меня в реальность, жестоко выкинув из сладких грез.