Мотив ветра (СИ) - Страница 41

Айранитский язык.

*Новое пристанище.

*Столица нового государства айри.

*Восходящий поток теплого воздуха, поднимающейся с земли.

====== Обелиск ======

... человеческое горе никак не может обойтись без памятников из песчаника или мрамора, а при повышенном чувстве долга или соответствующем наследстве — даже из отполированного со всех сторон черного шведского гранита.

Настороженно прислушиваюсь к тихому дыханию своих вайшинов, мне предстояло незаметно выскользнуть из объятий Блэдраира и тесно прижавшегося к спине шамана, довольно сопящего мне между крыльев. Для этого пришлось долго гладить Лорда по руке, ждать пока стальная хватка разожмется, и осторожно отстраниться от Шана. Дальше последовало ворчание Блэда во сне и мне явилась умилительная картина.

Демон подтянул себе на грудь Ньяля и обняв всем, чем только можно было, уткнулся в нежно пахнущую цветами голубую макушку. Хихикнув про себя, начал собирать разбросанные по округе вещи. Тихо оделся в “рабочую” одежду и высматривая лича, начал движение в противоположную лагерю сторону. Стал невидимым, мысленно зовя Ворона. Валентайнэйлд даже не почувствовал моего ухода...

Проверил арбалет за спиной, метательные ножи и сумку. Привычным жестом поправил капюшон и вызвал Фоэдара из пространственного кармана. Клинок был покладистым и помалкивал, явно недовольный моим игнором. Меня такой расклад вполне устраивал.

Короткая пробежка, мощно оттолкнуться от земли и вспороть прохладный воздух крыльями. Бесшумные хлопки, высота полета начинает расти и вот через пару мгновений скольжу над деревьями, управляя парящим полетом кончиками крыльев. Откуда-то слева из тени вынырнул Ворон, поднимаясь на одну высоту со мной. Быстро приближаемся к зловеще чернеющей на горизонте стене. Мои брови медленно ползут под маской (ну не могу я ее снять просто так!) вверх.

Сразу видно – работа гномов. Огромный, каменный монолит из толстых квадратных блоков. Высота с драконий рост, очень широкая, метров семь, наверное. Даже Огнепалящим такое сооружение не сломать, разве что подкоптить. Так и веет от кордонов древностью и нерушимостью. Грифон тревожно фыркает, заприметив одну странность раньше меня, передает мысленно – нет стражей-наблюдателей. На стене не горят факелы. Небольшие башенки для наблюдения с узкими бойницами пусты. Настораживаемся и в полном замешательстве перелетаем стену, предварительно описав дугу над огромными стальными воротами. И тут я замечаю, что в некоторых местах камень покрылся приличным слоем мха, а кое-где и аналогом вьюна. Обычно этого не допускали, в праведном подозрении проверил подъемный мост и обнаружил, что механизм исправен, как и система открытия стальных створок ворот. Патрульных на стене так и не обнаружилось. Я и пернатый монстрик перелетели через стену незамеченными и оказались в городе-заставе.

Сто раз проверив наличие магии, разрешил Ворону приземляться на крыше одного из зданий, находящихся в сотне метрах от стены. Грифон по-кошачьи прокрался к широкой трубе, низко пригнувшись, прижался животом к скользкой черепице. Я зашкерился рядом. Орлиное зрение сослужило мне хорошую службу.

С крыши мы рассмотрели главную площадь и прилегающие к ней улицы. Город создавал двоякое впечатление. Как и стена, многие дома были построены качественно, на долгие века. Улицы были вымощены камнем, ровные дороги, опять же гномья работа. Наверняка у властей города были финансы, позволившие нанять гномов-строителей, плату за работу коротышки брали приличную. Но проблема в том, что город был построен очень давно. За многими домами не ухаживали и прямо около площади стояли старые развалины без крыш, смотревшие на улицу мрачными глазницами окон без стекол. Жилые здания были отреставрированы просто ужасно. Трещины заделывали глиной, на оконные проемы натягивали странную мутноватую пленку, видимо из животного волокна, или закрывали ставнями. Прохудившиеся крыши худо-бедно латали листами стали, переплавленными из чего-то. В этой крепости явно не хватало умелых рук.

Но проблема была другая. В воздухе висел тяжелый запах крови и дыма. Прямо посреди дороги стояли телеги, брошенные в явной спешке. Много трупов странных орков с короткой шерстью и хвостами. Ворон тихонько заворчал, настораживая уши в сторону главной площади, оттуда доносился радостный рев и возбужденные возгласы. По моей спине пробежались мурашки. Кто-то смог взять хорошо укрепленную заставу с довольно впечатляющими защитниками. Пала крепость не так давно. По улочкам тихо крались уцелевшие орчанки с детьми и покалеченными войнами. Где-то в окнах изредка мелькали одинокие тени, скрывающиеся в домах. В двух кварталах от нас шел поединок... Сквозь дым мне удалось рассмотреть лишь две сражающиеся мужские фигуры.

Для определения масштабов поражения я и грифон поднялись в воздух. Лег на правое крыло и закружил по спирали, внимательно всматриваясь вниз. Количество трупов поражало, а уж способы убийства и вовсе вызывали неприятный комок в горле. Варвары явно брали грубой силой и численным превосходством. Но что за твари могли победить свирепых орков? Вообще, Норагай Стиз – неправильный мир, кому расскажи про степняков, живущих на заставе, построенной гномами, обсмеют и посоветуют поменьше напиваться. Недоумение продолжало расти во мне. С одной стороны, жалко горстки выживших, а с другой своя задница дороже...

От нравственных терзаний отвлек пернатый брат, нарезающий круги над площадью. Сложил крылья и снизился до его высоты. Главная площадь представляла собой просто феерическое зрелище. Посередине стоял грубо выточенный тотем, верхушку его украшала... оркская голова. Вокруг него был начерчен круг призыва, уже окропленный кровью принявших поражение. Мы осторожно приземлились на здание с удобной крышей, для того, чтобы на ней мог спрятаться грифон. Начинался ритуал. В клетках на площади сидели пушистые орки, с рычанием бросаясь на прутья, скалили впечатляющие клыки и бессильно сверкали глазами.

Меж импровизированными темницами в странном танце прыгало мозговыносящее голое существо с бубном в руках, горланя что-то на ревущем языке. Я в своей жизни много рас повидал, но эта была мне незнакома. Тварь с головой, хвостом и ногами быка обладала впечатляющей мускулатурой. Бешеные бычьи черные глаза так и пылали извращенным удовольствием, когда в круг втащили пять извивающихся в стальной хватке быков-стражей орчанок.

“Надо что-то делать, Эро! Посмотри туда, на черную плиту!” – впервые за ночь Красная Смерть заговорил со мной. Поворачиваю голову в указанном направлении и челюсть молча падает вниз. И как я сразу не заметил огромный четырехметровый обелиск, целиком выточенный из мрамора? С измененными демоническими рунами и довольно интересными картинками. Ворон взволнованно прижался мохнатым боком к моему напряженному крылу. Скульптор изобразил четыре разные картины на каждой из граней обелиска из эпохи моего народа.

Первая – образное изображение Осиррэ’Ора. Три главных измерения. Вверху Эмпирей, внизу Тартар, а разделяет их Край Забвения. Друг на друга летят легионы вайшинов и айранитов, обнажив клыки. От Стены Шипов исходит странное сияние, выполненное тонкими полосками янтаря и рубина. Портал. Следующее изображение повествует о небесах чужого мира и впечатляющей воздушной бойне айри и демонов. Месиво, кости, перья и хадкор. Победа за демонами, айраниты несутся к земле чужого мира, оставляя Эмпирей далеко наверху.

Предпоследнюю картинку мне растолковал Фоэдар. Вспышки рубиново-оранжевого огня мне ничего не говорили. Читая демонические руны, клинок мрачнел. Магия, вплеснувшаяся в той схватке, была первородной маной, предназначенной для Осиррэ’Ора. Новый мир стал стремительно меняться. Руны на обелиске говорили об изменении магического поля, понесшим за собой катастрофу. Магия жителей мира выгорала под действием Элементов. Иссякали Источники. Расы, тесно связанные с колдовством, начинали резко меняться и вымирать. Мир умирал, перерождаясь. А последнее изображение повергло меня в еще большее онемение.