Мой странный друг (СИ) - Страница 14

Затем Тоями резко отстранился и уверенной походкой вернулся на свое место.

Кай тихо перевел дыхание, которое у него почему-то сбилось, и опустил глаза, чтобы никто не увидел их блеска. Дрожь во всем теле не проходила.

— Это было красиво! — непроизвольно вырвалось у Аршада.

— Изоа, отдай дискеты господам, — совершенно невозмутимо сказал Тоями.

Принесли дискеты, которые Изоа лично с поклоном передал Гору и Шейху Аршаду.

После обсуждения общих моментов по сотрудничеству, переговоры завершились.

Аршад, положив Каю руку на плечо, пошел с ним к выходу. Они поговорили о предстоящем Аршаду походе, после анализа данных с дискеты. Шейх не касался произошедшего, не хотел вызвать опять у Кая негативную реакцию.

Кай проводил его до машины. Они тепло обнялись на прощание.

Гор и его люди уже ждали Кая у своих машин, нужно было ехать. Попрощавшись с Шейхом, Кай пошел к ним.

— Кай, подожди, — Тоями спустился с лестницы и жестом пригласил его отойти чуть в сторону к перилам.

Фахр обеспокоено сделал шаг вперед, но Кай поднял руку, глядя на него. Фахр понял и пока не стал вмешиваться.

— Можно с тобой поговорить? — Тоями замялся, сейчас он не был так надменно самоуверен, как при поцелуе, — я не хотел…

— Избавь меня от романтического выяснения отношений, — резко прервал его Кай. — Что ты не хотел? Ты мне пообещал поступить так — молодец, сдержал слово! Гордись!

— Кай, ты не так все понял, я очень хотел тебя поцеловать, но ты бы не согласился, никогда, — Тоями говорил это с растерянным видом, пытаясь найти в глазах Кая хоть каплю надежды.

— Хватит! Ты хотел всем показать, что всегда добиваешься своего — показал! Мне не о чем с тобой больше разговаривать.

Кай шагнул по направлению к машинам. Тоями преградил ему дорогу.

Араксы напряглись — застыли, ожидая команды Гора. Кай это увидел. Обстановка накалялась.

— Ты бесчувственный! Общаешься с этими нелюдями и стал такой же, как они! — растерянность Тоями перешла в гнев. — Если достучаться до тебя можно только насильственными методами, значит, я продолжу действовать, так, как тебе нравится! Я получу от тебя все, что я хочу. Обещаю!

— Пропусти, — прошипел Кай, глядя в глаза Тоями.

Тот помедлил несколько секунд, но, видя холодный блеск зеленых глаз Кая, шагнул в сторону.

— Ты просто псих, я тебе это давно хотел сказать! — зло сказал Кай, проходя мимо Тоями.

Тоями остался стоять на месте. В нем бушевали страсти: возмущение и обида.

«Ну что же, наши дороги еще пересекутся! Я добьюсь своего! Я так просто не сдамся, чем нереальней цель, тем слаще победа!»

Кай, не оборачиваясь, подошел к машине, сев в нее, нервно закурил, приоткрыв окно.

Гор молча наблюдал за лицом Кая, на котором не было злобы, наоборот, он выглядел грустным и задумчивым.

Гора это сбило с толку. Опять он ошибся в своих расчетах с Каем. По его представлению, Кай сделал сейчас то, что ему не хотелось делать, значит, он должен быть рассержен, злиться и питать те эмоции, которые движут человеком строящим планы мести. Но этого не было в глазах Кая. Что так его поразило сейчас в его взгляде? Печаль, вроде так это называют люди. Наверное, именно так должны выглядеть глаза человека, в которых печаль.

«Я опять ошибся в нем!»

Гора это злило. Как он, сверхчеловек, не может понять действия людей? Такого не может быть! Люди примитивны и предсказуемы. Так почему сейчас эта странная ситуация ему не понятна?

Кай — он всегда для них был загадкой. Его действия были нелогичны и не поддавались их просчету.

Вот поэтому они не убили его. Он единственный из всех людей смог каждый раз действовать не так, как они просчитывали.

***

Вернувшись в лабораторию, Кай сразу включился в работу. Всю ночь просидел с реактивами и пробирками. Он бы и дальше не отрывался от проведения перерасчетов химических формул, но позвонил полковник и сказал, что Кай срочно нужен в гарнизоне. Полковник сказал, что духи перекрыли дорогу в долину Зандар и заняли высоту, с которой простреливается большая часть дороги. Дорога важна: по ней идет снабжение всех и местного населения в том числе. Приказ командования: в кратчайшие сроки решить проблему быстро и не очень шумно. Это работа Кая. Поэтому его срочно ждут.

Написав рекомендации и формулы, он переговорил с Тонном по ведению эксперимента, затем пошел к Гору, чтобы сказать, что ему нужно ехать в гарнизон.

Гор был в основном зале со всеми, отслеживал в мониторе ход эксперимента.

Кай сел с ним рядом в соседнее кресло.

— Говори, я слушаю тебя, — прозвучал безликий голос Гора.

— Мне звонил полковник. Духи простреливают дорогу в долину Зандар. Я должен ехать, — Кай посмотрел на Гора, он никогда не знал, как тот поведет себя. И сейчас ему была непонятна реакция Гора на это известие. Только оставалось надеяться, что он нормально все воспримет и выпустит его отсюда живым.

Гор молчал.

«Отпустить Кая?»

Там война — его могут убить. Это будет очень плохо для них. Очень плохо. Кай хорошо работает. Лучше, чем они. Но он не может его запереть здесь. Кай не будет работать. И никакие пытки не переломят его. Гор это знал. Они пытали его, тогда, заставляя на них работать, — он чуть не умер, но не изменил своего решения — он работает на них только при условии его свободы.

— Можешь ехать, — ответил безликий голос. Гор так же продолжал смотреть в монитор.

— Спасибо, — у Кая отлегло. На этот раз все прошло мирно. Это хорошо.

***

О произошедшем событии, Коджи не смог поговорить с Тоями сразу, так как они ехали в мерседесе вместе с его помощником, а это были явно лишние уши.

Коджи был потрясен, увидев в первый раз Кая. Когда Тоями описывал внешность Кая, он спокойно слушал его, понимая, что любой влюбленный будет говорить об объекте своего желания, описывая его как самого красивого и тому подобное — обычная романтическая чушь. Но сегодня, когда в зал вошли высокие тени в черных плащах, от одного вида которых кровь стыла в жилах, и между ними шел он, Коджи понял, что Тоями был прав, во всем прав.

«Кто бы мог подумать, что он русский?!»

Только вечером Коджи, наконец, перехватил Тоями, идущего к своему шатру.

— Я в восторге от твоего выбора! Действительно в восторге. Я потрясен!

Тоями остановился и подозрительно посмотрел на Коджи, который тоже обычно отличался сдержанностью.

Видя недобрый взгляд Тоями, Коджи понял. Нужно объясниться:

— Я не собираюсь на него претендовать. Не переживай. Хотя он мне понравился. Очень понравился. Ты должен это знать и понимать, — Коджи взял Тоями под локоть и повел в сторону его шатра — их разговор стал привлекать лишние взгляды, — я искренне буду рад, если ты будешь с ним. Поверь мне, я буду этому рад! Ты для меня больше, чем друг, ты это знаешь. Мне очень важно твое счастье. Я вижу, как тебе все тяжелей и тяжелей бороться с одиночеством. Не перебивай! — Коджи почувствовал, что рука Тоями дрогнула, — дослушай меня. Одиночество души — это страшно, очень страшно. Ты не можешь заполнить эту пустоту ничем. Со временем она поглотит тебя. И Кай один, он тоже один. Я видел его глаза, там пустота.

— А ты — ты ведь тоже один?

— Я другой. Я заполняю свою пустоту утехами, и меня это устраивает. Я другой, Тоями, — Коджи сказал это с горечью, понимая, что душевный мир его друга намного богаче и тоньше его. Поэтому он и выбрал Тоями из всех юношей. Но это было давно. Тоями был еще очень молод, а он был старше него. Их связь продлилась недолго. Постигнув все тонкости любовных утех, Тоями вскоре надоела вторая роль. И это был не вопрос постели, это был вопрос их взаимоотношений в жизни. Тоями уже тогда был лидер, победитель. Коджи еще тогда понял, что Тоями никогда не будет в роли побежденного. Никогда.

Коджи подумал о Кае: готов ли он стать побежденным? Нет. Кай тоже лидер! Самое страшное, что Тоями еще не понял этого. Кай превосходит его во многом. Так неужели их отношения обречены?