Мой путь озарён рассветом (СИ) - Страница 43

Такие демоны будут подчиняться магу так же, как подчиняются ему его силы. Иначе говоря, в руках неопытного колдунишки демон может творить, что захочет. А хотят демоны одного — душевных мук.

Находясь в физическом мире, демон может легко убить человека, сам же он практически неуязвим: есть лишь одна маленькая и часто нестабильная точка, удар в которую уничтожает духов. Проще всего избавиться от демона, убив призвавшего его мага. Но есть и ещё один способ. Больше, чем нести разрушение в мир вокруг, каждый демон желает лишь тела призвавшего его мага. Да, духам разрушения дано проникнуть в тело своего хозяина, слившись с его душой и исказив её навсегда. Слившийся с демоном маг обречён на вечные терзания и страдания и, как правило, опасен для окружающих, так как за счёт демона его способности сильно увеличиваются, — рассказывала наставница.

Я слушала и не могла поверить, что существует такая огромная сторона жизни, о которой я ранее и не подозревала. Ещё раз пересмотреть свои взгляды на жизнь мне пришлось, когда Марика наконец научила меня погружаться в свои ощущения настолько, что я смогла осмысленно различать каждого духа и каждого демона, находящегося в своём мире поблизости. Я и подумать не могла, что их так много. Мелкими духами было облеплено буквально всё вокруг, крупные проплывали между ними бесформенными массами. В Коовире духов разрушения оказалось немало, и несколько раз Марика при мне мысленным диалогом убеждала их уйти. Атмосфера вокруг сразу менялась. Переставали плакать дети, начинали улыбаться прохожие.

На то, чтобы погрузиться в ощущение духов настолько, чтобы увидеть их мысленным взором, требовалось немало сил, а заговорить с ними я так и не смогла, даже с домовым моей наставницы, хотя тот честно пытался мне помочь и изредка я начинала улавливать в голове его голос. Марика велела мне не расстраиваться и продолжать развивать свою способность, что я честно делала все следующие два месяца.

Время пролетело быстро. Заглядывать за изнанку мира получалось всё лучше, с крокодильчиками и самой Арран я неплохо сошлась. Марика учила меня, меняя в моих глазах мир, превращая его во что-то совсем иное и превращая во что-то совсем иное меня саму.

Лето выдалось солнечным и жарким, я загорела и окончательно потеряла сходство с призраком, хотя класс Арран продолжал называть меня именно так. Прозвище «Призрак» плотно прилипло ко мне, постоянно напоминая о Крисе. От Криса вестей всё ещё не было, но тревожных новостей с севера тоже не приходило. Малисана, встречая меня на улицах деревни, сверлила меня полным открытой ненависти взглядом.

Мы с Марикой десять дней провели в лесу, где она учила меня походной жизни и дала попробовать себя в настоящей охоте. У меня получилось сбить птицу в полёте, правда, найти, куда она упала, без помощи наставницы я бы не смогла. Марика научила меня прогонять некрупных демонов, рождающихся при смерти добычи, с убитых тушек. Оказалось, такой же ритуал проводят все раски во время охоты, толком не понимая, что именно они делают.

Вскоре после случая с птицей наставница принесла мне ещё живого кролика. Зверёк замер в моих руках, и только сердце его колотилось быстро-быстро.

— Сверни ему шею, как я тебя учила, — велела мне Марика.

Я кивнула и посмотрела на приговорённого зверька, а тот, словно что-то почувствовав, задёргался, но куда там: я держала крепко. Я поискала в себе жалость к бедняге и неожиданно нашла, тут же пожалев о ненужных самокопаниях.

— Прощай, зверёк. Ты будешь вкусным, — с сочувствием сказала я ему, прежде чем убить.

Мир в моих глазах не перевернулся, отнятая жизнь не повисла грузом на совести, меня не замутило и даже отвращения я не испытала. Зато при мысли о зажаренном на костре кролике в животе заурчало, на чём я и успокоила разбушевавшиеся мысли, твердящие мне о моём бессердечии.

Соседи Марики, дома которых мы совместными усилиями избавили от духов разрушения, а потом и от лежащего вокруг мусора, шутливо называли нас ведьмами. Сначала я пыталась объяснить им разницу между ведьмами и ведунами, а потом поняла, что разницы особенной и нет.

В тот день ничто не предвещало беды. Жарило солнце, и Марика отправила меня на рынок, куда я с неохотой потащилась, намереваясь помимо прочего купить себе чего-нибудь сладенького. Булочка с клубникой поманила меня с прилавка; я так крепко задумалась о том, купить её прямо сейчас или потом, что не заметила быстрой походкой вышедшего из-за угла молодого человека.

— Ай, — пискнула я, не успев увернуться.

Человек уронил сумку, но быстро поднял и посмотрел на меня. А я посмотрела на него. И мы оба замерли, не в силах отвести взгляды друг от друга. Да, я сразу его узнала. Как я могла не узнать эти невероятные голубые глаза, эти короткие русые волосы, эту забавную родинку на подбородке?

— Ты, — прошептала я, не зная, радоваться или пугаться. Прошлое, которого я не ждала, всё-таки нагнало меня.

— Ты, — эхом отозвался он. — Неужели это правда ты? Неужели я тебя нашёл?

Комментарий к 7. На пути к светлому будущему не спотыкайтесь о прошлое.

Карнаэ́ль — столица Валмираны.

Довольно печально закончившаяся попытка нарисовать Марику:

https://vk.com/wall-117707382_48

========== 8. Демоны. ==========

Его короткие жёсткие волосы и цветом, и внешним видом напоминали пшеницу — так и хотелось провести по ним рукой. Взгляд цеплялся за острые скулы и нос с горбинкой, на широкой челюсти и украшенном крупной родинкой подбородке виднелась светлая щетина. Внешние уголки глаз оказались сильно опущены вниз, от чего казались грустными, но в этом взгляде я ясно видела неподдельную радость.

Мы стояли посреди улицы и смотрели друг на друга, не в силах оторваться. Я вновь и вновь оглядывала его лицо, едва заметно подрагивающие руки, странную одежду нездешнего покроя, выглядывающую из-под кажущейся неуместной в жаркий день длинной, почти до пола, куртки.

Человек из прошлого нарушил молчание первым. Он явно волновался, потому что голос его дрожал:

— Надо же, это в самом деле ты. Удивительно, но даже теперь я смог тебя узнать. Несмотря на то, что я запомнил тебя человеком.

Из-под куртки выглянул перетягивающий рубаху пояс, красный, украшенный жёлтыми узорами. Я с ужасом узнала символ эйноматринской церкви. Ещё раз внимательно оглядев выходца из своего прошлого, я обнаружила и другие признаки его принадлежности к столь недружелюбно относящейся к раскам стране. Мне стало как-то не по себе.

— Прости, — через силу выдавила я. — Даже не знаю, как такое сказать, но я, вроде как, потеряла память. Я не помню, кто ты, но помню тебя. Это сложно объяснить, так что… Так что вот. И да, я такой же человек, как и ты.

Он вздрогнул, будто я его ударила, и помрачнел. Я топталась на месте, гадая, как же так вышло, что я — раска — сохранила в памяти лишь одного человека: эйноматринского ниора. В голове родилась теория о том, что я могла оказаться жертвой магов-исследователей, а он был одним из моих мучителей, но она тут же разрушилась: слишком много тёплых и добрых чувств просыпалось во мне, когда я смотрела на этого эйноматринца.

— Вот, значит, как, — вздохнул он. — Я тоже не помню ничего о своей жизни до конца лета, когда я оказался здесь, в Коовире. Я пришёл в себя и обнаружил, что голова пустая. Не смог вспомнить даже своего имени. Но немного позже я вспомнил тебя, так, ничего конкретного, только образ. Всё это время я искал тебя, надеялся вместе с тобой найти ответы, а вышло вот так.

Я вздохнула, чувствуя неожиданное облегчение. Всё-таки воспоминания мне никто не вернёт, прошлое не догнало меня. Лишь человек, о котором я помнила только хорошее.

— Расскажи мне, как ты стала демоном? — спросил эйноматринец, и одним неприятным воспоминанием стало больше.

— Демоном? — переспросила я, почему-то хихикая. — Так меня ещё не называли.